Уродливая жена. Попаданка всё исправит...

Глава 5. Главное - говорить убедительно!

Несколько мгновений красавчик пялился на меня с непониманием, а потом возмущения на его лице стало ещё больше. Он выпрямился и начал бегать по комнате взад-вперёд, заложив руки за спину. В этот момент он отчаянно напоминал мне закипающий чайник, который в любую минуту мог «засвистеть»…

Воспользовавшись паузой, я осторожно присела — точнее, попыталась присесть. Пресс у этого тела вообще не работал. Мне пришлось перевалиться на бок, чтобы принять сидячее положение, и я банально от этого устала. Ощутила, как тяжело в этом теле и даже трудно дышать. Господи, как будто на меня тяжёлые доспехи надели! Как же с таким здоровьем жить?..

Осмотрелась. Комната, в которой я находилась, поразила своим видом.

Это была просторная спальня в духе XIX века: высокая кровать с резной деревянной спинкой, тяжёлые бархатные портьеры на окнах, массивный комод и туалетный столик с потускневшим зеркалом в витиеватой раме. В воздухе витал запах воска и старого дерева, а пол был застлан плотным ковром тёмных оттенков.

Будто декорации к историческому фильму.

Наконец мужчина прекратил мельтешить перед глазами и вновь повернулся ко мне. Лицо его было красным, в глазах сверкали молнии. Он тяжело дышал, как будто бык на арене, приготовивший рога для смертоносного удара.

— Вот что, барышня… Мы немедленно пойдём в бюро дознавателей! И вы признаетесь в том, что обманом — при помощи своих подельников — заставили жениться на вас. Это понятно?

— Никуда я не пойду! — вырвалось у меня, потому что кто такие дознаватели, я догадалась. — Неужели мы не можем решать вопросы цивилизованно? Объясните суть ваших претензий.

Он едва не задохнулся от возмущения.

— И вы ещё спрашиваете? Меня обманом женили на ушлой девице, которой я даже имени не знаю!

Я всё ещё плохо представляла картину произошедшего, но поддаваться не хотела, несмотря ни на что. Не люблю, когда на меня давят.

— Как можно жениться на ком-то без имени? Вы, как минимум, подписывали документы или произносили клятвы. Там однозначно звучало моё имя!

Мужчина замер, лицо его вытянулось. Однако лёгкое недоумение снова сменилось гневом.

— Но я его не запомнил! — воскликнул он.

— Ну так это ваша проблема, что вы его не запомнили, — живенько перебила я. – Нечего вешать на меня всех собак!

Красавчик нахмурился, пытаясь проследить логику в моих аргументах, но ее… не было. Ну да, первое правило идеального спорщика: брать нужно не фактами, а убедительностью! Это из психологии: если уверенно кричишь даже полную чушь, тебе поверят гораздо быстрее, чем если будешь мямлить совершенную истину.

— Эта церемония… церемония, — продолжал возмущаться мужчина уже скорее от отчаяния, — была подстроена! Вы… вы каким-то образом подговорили самого Иоанна Первого, а это… а это… о Боже… просто кощунство!!! — он замер и не нашёл больше ни одного аргумента в свою пользу. Только дышал громко и часто, как загнанный в ловушку зверь.

Мой разум лихорадочно работал. Ага, а значит, эту девушку с мужчиной обвенчал некто весьма высокопоставленный. Именно это и делает расторжение брака сложным. Красавчик явно на этом факте споткнулся.

— И вы утверждаете, что я должна прийти к дознавателям и сообщить, что Иоанн Первый был моим подельником? — уточнила я. — Это и есть ваш план?

Я говорила интуитивно, наобум выхватывая детали произошедшего из его слов, и не прогадала.

Плечи мужчины опустились, он выдохнул и вмиг сдулся. Лицо заледенело, тело стало каменным. Он повернулся ко мне с уже другим выражением на смазливой физиономии.

— Что ж, этот раунд вы выиграли, обманщица! – процедил с презрением в голосе. - Но, если вы думаете, что сможете поживиться за мой счёт, глубоко ошибаетесь. Мне всё равно, кто вы и как вы это сделали. Долго наш брак не продлится в любом случае!!! Я вам клянусь, не пройдёт и нескольких месяцев, как вы вылетите отсюда на законном основании. Сами побежите подавать на развод. Уж вам-то Иоанн Первый точно не откажет в расторжении брака!

Вложив в последнюю фразу как можно больше язвительности, мужчина развернулся и стремительно покинул комнату, оставив после себя аромат терпкой туалетной воды.

Вместе с ним ушла и звенящая атмосфера ненависти, и я облегчённо выдохнула. Неужели могу просто осмотреться?

Опустила ноги на пол, нашла тапочки. Но ступни отчаянно заболели, когда я на них наступила. Охая, как старушка, прошлась по комнате и, увидев огромное зеркало, висящее у входа, подошла к нему ближе.

На меня смотрела та самая девчонка, встретившаяся в духовном мире. Разве что добавилась шишка на лбу — от падения. И синяк на боку, который ныл при каждом движении. Ах вот почему я чувствую себя развалиной!

Включила логику. Из того, что она успела сказать, этот мужчина и есть тот возлюбленный, который теперь её ненавидит. А ненавидит потому, что каким-то образом его вынудили жениться на ней.

Кажется, Мария упоминала деда. Дед подстроил фиктивную свадьбу, но как? Подсунув внучку ему в постель? Это жестоко. Не самое умное решение, конечно же.

Впрочем, каков мир, таковы и порядки. С подобным менталитетом общества я ещё однозначно не сталкивалась. Здесь у девушек, подозреваю, и выбора-то нет. Что прикажут делать, в то и ввязываются…

В общем, всё непросто.

Я вспоминала несчастное выражение лица Марии и почувствовала её скорбь как свою. Я ведь теперь в её теле. Мы стали фактически одним целым.

Подошла ближе к зеркалу, потрогала дряблые щёки.

Нет, девушка симпатичная. Я бы даже сказала — красивая. Мягкие черты лица, красивые глаза… но вот эта дряблость кожи, второй подбородок, мощная верхняя часть тела и отвратительное платье. Да кто же на неё его надел?

Волосы у девушки, конечно, шикарные, но сейчас они были в таком состоянии, что это больше походило на гнездо. А ещё она, очевидно, больна. Помимо ушибов возможны варикоз, повышенное давление, проблемы с ЖКТ…

Вижу следы воспаления на коже под толстым слоем пудры. Ногти обломаны. Похоже, она отвратительно питалась.