Уродливая жена. Попаданка всё исправит...

Глава 19. Прилюдный скандал и особая тактика...

Стремительно начала собираться толпа зрителей. Перешёптывания, изумлённые возгласы, ошеломлённые взгляды были в самом разгаре. А Тоня для пущей убедительности начала всхлипывать и смотреть на меня со смертельной обидой.

Боже, как же выкрутиться из этого всего? Я недооценила эту девчонку. У меня просто не было времени сообразить…

Как хитро она всё провернула! Респект барышне за смекалку…

Я разволновалась. Ситуация была неординарной, а я — немножечко растерянной. И в этот момент произошло нечто странное.

Вспышка перед глазами на мгновение ослепила меня. Я вдруг оказалась внутри какого-то воспоминания, явно относящегося к прошлому настоящей Марии.

Небольшая полутёмная комната. Мария сидит на диване и пытается читать. Она очень расстроена, сердце рвётся на части от боли. Она чувствует себя ничтожной. И в этот момент врывается Тоня и начинает всячески оскорблять бедную Марию, называя её ничтожеством, уродиной, человеком, который вообще не должен был родиться в их семье.

Бедная девушка из-за этого чувствует себя настоящим отбросом, едва сдерживает слёзы, старается не разреветься вслух. И не потому, что она такая сильная, а потому что знает: за этим последует ещё больше унижений, ещё больше критики и ненависти.

Похоже, сестрица изводила бедную Марию день и ночь, и, возможно, именно поэтому она чувствовала себя такой ничтожной…

Эта картина, вспыхнувшая в разуме всего на долю секунды, расставила всё по своим местам. Я возмутилась до глубины души и поняла, что Антонина — едва ли не единственная истинная причина того, что Мария ушла из этого мира.

Поэтому я выровняла спину, медленно поднялась на ноги и произнесла:

— Сестра моя, прости, я была такой неуклюжей! Я совершенно случайно выронила на тебя чашку с соком. У меня просто трясутся руки от волнения, ведь мы так давно не виделись, я так скучала! Ты подошла ко мне — вся такая красивая, яркая, родная… Мои сестринские чувства не удержались внутри, и руки задрожали. Прости, прости, я слишком неуклюжа, но я сейчас всё исправлю!

Я схватилась со стола тканую салфетку и попыталась промокнуть одежду Антонины.

А она, переставшая кричать и уставившаяся на меня ошеломлённым взглядом, замерла и даже некоторое время не препятствовала. Но ровно до тех пор, пока я не начала довольно грубо вытирать ей лицо.

Подобная тактика поведения была выбрана мной совершенно намеренно. Дело в том, что Тоня пыталась загнать меня в ловушку. Я предполагала, что если бы на моём месте была настоящая Мария, то она начала бы доказывать и сестре, и окружающим, что ни в чём не виновата и что вовсе не выливала сок на Антонину. Но, естественно, сестрица продолжала бы гнуть свою линию, и мнение толпы оказалось бы на её стороне.

Я же схитрила. Сделала вид, что её обвинения отчасти справедливы, но тут же исказила те мотивы, которые она пыталась мне приписать.

Похоже, она совершенно не ожидала такого хода, поэтому несколько мгновений была полностью дезориентирована. Однако, когда я коснулась её лица — и отнюдь не аккуратно, — она очнулась, оттолкнула и салфетку, и мою руку, уставившись на меня яростным взглядом.

А я с удовлетворением заметила, как сильно размазалась от моих усилий тушь под её глазами и как потекли румяна.

— Ты! Ты! Хватит лгать и изворачиваться! — закричала девушка, сжимая руки в кулаки и уже не столько играя, сколько действительно испытывая дикую ярость. — Ты сделала это намеренно! Ты ненавидишь меня, а всё потому, что завидуешь! Завидуешь моей красоте! Из-за этого ты отняла у меня любимого человека! Пусть об этом узнают все! Пусть услышат!!!

Антонина обернулась и начала кричать в толпу:

— Елисей Александрович собирался жениться на мне. Именно я должна была стать его супругой, а моя сестра… моя сестра соблазнила его! Я так любила свою сестру! Я души в ней не чаяла. И вот такой близкий человек, которому я сделала столько добра, отнял у меня самое дорогое — мою любовь!

Толпа, которая некоторое время не могла определиться, кому верить, начала активно симпатизировать бедняжке Антонине.

Я поняла, что стремительно теряю позиции. Мысли лихорадочно забегали.

— Тонечка, всё не так! – выкрикнула поспешно. - И если уж ты начала прилюдно выказывать свои обиды, я тоже выскажусь. На самом деле… я встретилась с Елисеем Александровичем совершенно случайно, посреди коридора. Мне бы и в голову не пришло притворяться тобой. Да и по сути — ты тонка, как тростинка, а я намного крупнее тебя. Кто бы в здравом уме мог нас перепутать? Нет, мой нынешний супруг не мог перепутать. Это невозможно. И пусть каждый порассуждает об этом сам. Елисей Александрович мог остановиться в любой момент, но не остановился, потому что ему понравилось быть со мной! И если в моих словах нет логики, пусть кто-нибудь мне возразит!!!

Я обвела взглядом окружающих, а Тоня, попытавшаяся открыть рот, чтобы обрушить на меня очередную порцию обвинений, не нашлась, что сказать. Её взгляд наполнился растерянностью.

Окружающие начали активно обсуждать услышанное. Я видела, как они кивают друг другу, как разглаживаются хмурые лица. До меня донеслись обрывки слов:

— А ведь правда…

— Выходит, Елисей Александрович лукавил. Он же утверждал, что его обманули, что подсунули одну сестру вместо другой. Но как их можно перепутать? Они же совершенно разные.

О да, - подумала я с удовлетворением. - Скандал Антонины явно не принёс ей тех плодов, на которые она рассчитывала.

Девушка начала оглядываться, с ужасом осознавая, что мнение толпы разделилось. Кто-то по-прежнему винил Марию, а кто-то всё больше склонялся к мысли, что вся вина лежит исключительно на Елисее Александровиче, который был слишком неразборчив.

— Да и вообще! – воскликнул кто-то наконец. – Какая разница, кто из девиц попался под руку графу Милославскому! Как он мог в принципе возлечь с кем-то из них до брака – вот это самое главное! Любая барышня может быть очарована богатым ловеласом, встретившимся на пути, если она невинна и неопытна в любовных делах. Так что виноват только мужчина, который не смог удержать свои пороки!