Уроки приручения или Сердце по обмену

- Глава 8 -

Я проснулась от звука... тканевого ужаса.

Это был шелест. Такой, как будто кто-то разложил по комнате сразу двадцать платьев и, не найдя идеальное, решил попробовать все одновременно.

Я открыла глаза. Надо мной возвышалась она.

— Доброе утро, Аличкина радость, — сладко пропела бабушка Верэс.

Я села как солдат на тревоге.

— Что ты… что вы... — попыталась я, заикаясь, — ...что вы здесь делаете?!

— Подготовка! — воскликнула она. — До приёма остались сутки, а у тебя даже нет платья. А я ведь обещала устроить лучшее празднество в этой чёртовой Академии! Поэтому… — она драматично развернулась, — ...примерка!

И тут я увидела это.

На моей кровати, кресле, столе и даже подоконнике — море платьев. Шёлк, бархат, тонкая органза, пайетки, золотая вышивка. Цвета — от кремового до тёмно-вишнёвого. Одно выглядело так, будто сбежало с королевского бала, другое — будто в нем можно было удушить соперницу взглядом.

— Это... слишком, — пробормотала я. — Я не невеста века.

— Ещё какая! — фыркнула бабушка. — И не спорь, милая. Молчание — золото, а в твоём случае ещё и платье. Вот, держи вот это. Или это. Нет, вот это. Хотя нет — не подчёркивает талию…

Я застонала.

***

Через час в мою комнату ворвалась Айрин. Я сидела посреди одежды, как побеждённый полководец. В руках — туфля, на коленях — шлейф.

Айрин оглядела поле боя и издала уважительный свист.

— Я думала, ты преувеличиваешь. Но это — апокалипсис с кружевами.

— Спаси, — выдохнула я. — Или добей. Всё лучше, чем третье платье слева, которое, я клянусь, пыталось на меня зашипеть.

Айрин закатила глаза, подошла, аккуратно отложила в сторону неудачные экземпляры, и через пять минут вытащила — его.

Платье было простым — на первый взгляд. Мягкий дымчато-серый шёлк, открытые плечи, длинные рукава, вышивка в форме вьюнков вдоль подола. Без лишних блёсток, без кричащих вырезов. Но когда я надела его…

— Вот, — сказала Айрин тихо. — Ты в нём — это ты. Не маска. Не чужая невеста. Лили.

Я посмотрела в зеркало. И к собственному удивлению… согласилась.

***

Позже, ближе к вечеру, я вышла в сад — вдохнуть свежего воздуха и немного успокоиться. И, конечно, кто ещё мог ждать меня на дорожке между елями, как не он.

Таллен стоял, прислонившись к дереву, руки в карманах, волосы чуть растрёпаны ветром. Увидев меня, он выпрямился.

— Я слышал, бабушка устроила тебе маленький магический шопинг.

— Это была полевая операция с жертвами. Но я, кажется, выжила, — сухо ответила я.

Он усмехнулся, чуть кивнул — и вдруг стал серьёзным.

— Лили... Спасибо, что не сбежала. Что... поддержала меня. Даже вот так.

Я посмотрела на него. Он был действительно благодарен. И выглядел очень уставшим. Но в этом взгляде было нечто ещё — вина. Не та, что притворная, а настоящая. Которая долго носится под кожей.

— Я сделала это не ради тебя, Таллен, — ответила я. — Я сделала это ради себя. Чтобы не позволить этой Академии — или этой бабушке — превратить меня в чью-то удобную историю.

Он молча подошёл ближе. На мгновение — совсем рядом.

— И всё же… спасибо. Завтра всё пройдёт. А потом я объясню ей, что это не по-настоящему.

Я усмехнулась.

— Не уверена, что она поверит. Особенно после того, как она заказала торт в виде фамильного герба Верэсов.

Он выдохнул, сдерживая смех.

— Полагаю, ты хочешь в нём вырезать дверь и сбежать?

— Я хочу посадить туда артефакт и взорвать изнутри. Стихийно, разумеется.

Мы молчали. Смотрели, как сад засыпает в полумраке, как ветер касается ветвей. А потом он вдруг сказал:

— В этом платье… ты похожа на свою стихию. На землю. Спокойную. Но с корнями, которые держат всё вокруг.

Я не ответила.

Потому что впервые за долгое время почувствовала — меня видят.

Настоящую.

***

Приём сиял — буквально. Заклинания света свивались в гирлянды над головами гостей, музыка наполняла зал, словно ткань, сплетённая из ожиданий и любопытства. Всё выглядело так, как будто мы действительно были парой. Будто это — начало новой главы. А не тщательно разыгранный спектакль, в который верили почти все.

Почти.

Только мы с Талленом — и Айрин, которая знала с самого начала — держали в уме то, что за этой красивой иллюзией стояла лишь сделка. Временное соглашение. Театральная постановка ради спокойствия одной женщины, которую трудно было не уважать — и ещё труднее остановить.

— Мисс Тайен, как приятно вас видеть! — защебетала мадам Линесс. — Такое платье! И вы так подходите господину ректору!

— Спасибо, — ответила я сдержанно, — стараюсь соответствовать Академии.

— Академии — и его фамилии, хм? — подмигнула она и ушла, оставив меня с лёгким желанием зашить ей рот декоративной лентой.

Подошёл Корстен, преподаватель боевой магии, с тяжёлым взглядом и излишне продолжительным рукопожатием.

— Если свадьба будет в этом году — дайте знать. Мой брат — выдающийся пиромант. Может устроить салют, который будет виден даже в северной провинции.

— Обязательно сообщим, — ответил Таллен ровно, стоя рядом.

Мы оба умели держать лицо. Но внутри… у меня начинало сводить желудок.

***

— Лили, — произнесла она — Элора. Высокая, безупречно уложенная, в тёмном платье с золотой вышивкой. — Ты умеешь притворяться. Прямо восхитительно.