Уроки приручения или Сердце по обмену

- Глава 10 -

Иногда мне кажется, что магия земли — это не просто стихия. Это способ жить. Понимать. Замечать то, что другие обходят стороной.

Сегодня был именно такой день. День, когда ты не просто ведёшь занятие, а чувствуешь — между тобой и учениками наконец начинает прорастать что-то настоящее.

Аудитория была холодной. Каменные стены, гулкие шаги, тишина — всё дышало ранним утром. Я пришла первой и долго стояла у окна, наблюдая, как студенты по одному спускаются по лестнице. Мои. Все уже знакомые по именам, характерам, манере говорить.

Когда они расселись, я начала, как обычно, с вопроса:

— Что чувствует земля под вами?

— М-м… твёрдость? — неуверенно протянула Мари.

— Стабильность, — добавил Райан.

— Холод, — буркнул Ник.

Я усмехнулась.

— Всё верно. Но ещё она чувствует вас. Если вы честны, она подскажет. Если врёте себе — молчит. Сегодня мы будем учиться слушать. Через руки, через ноги, через внутреннее чутьё.

Мы вышли на северную поляну. Там, где под тонким слоем травы уже пробивались жилы песчаника — мягкого, тёплого, отзывчивого. Я принесла простейшие кристаллы: кварц, яшму, аметист. У каждого из студентов был свой: я подобрала по стихии и характеру. И пусть они пока этого не знали — земля уже ждала их.

— А теперь — сядьте. Прямо на землю. Руками коснитесь кристалла, глазами — не смотрите. Слушайте. Чувствуйте. Кто он? Что он вам говорит?

Сначала были смешки. Кто-то ерзал, кто-то пялился на кристалл, как будто ожидал, что он заговорит. Но с каждой минутой смех затихал. Пространство наполнялось тишиной. Той самой, густой и внимательной.

Райан первым почувствовал — его ладони вжались в мох, глаза закрылись, дыхание замедлилось.

— Он как… дом. Будто зовёт внутрь.

— Именно, — кивнула я.

Потом ожила Мари. Потом Инга. Один за другим они начинали слышать. И я — слышала их. Видела, как соединяется их энергия с минералами. Это было… волшебство, не для эффектов — для роста.

***

Когда занятие подошло к концу, я почувствовала — нам удалось то, что не всегда удаётся даже за месяцы. Мы стали ближе. Я — не просто преподаватель. Они — не просто ученики.

— Всё хорошо? — спросила я Адама, когда он задержался, собирая сумку медленнее остальных.

Он вздрогнул.

— Да. Просто задумался.

— Это нормально. Но… ты сегодня был немного в стороне. С кристаллом не стал работать. Что-то случилось?

Он долго молчал. Потом вдруг выдохнул, как будто сдерживал всё слишком долго.

— Мама с отцом разводятся. Она хочет забрать меня с собой — в другой город. В другую семью. У неё новый муж. А я не хочу туда. Я хочу остаться с отцом. Но пока я несовершеннолетний — я не могу выбирать. Не официально.

Сердце сжалось. Я села рядом, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Ты уже выбрал. И этого выбора у тебя никто не отнимет. Даже если временно ты не можешь его отстоять — ты знаешь, чего хочешь. А это уже сила.

Он опустил глаза.

— Вы… вы правда так думаете?

— Думаю. И ещё думаю, что мы найдём способ решить этот вопрос. Не обещаю чуда. Но я поговорю с ректором. Возможно, мы сможем получить временное попечительство от Академии. Или статус магической опеки. Такое уже бывало.

Он кивнул, быстро, не глядя.

— Спасибо… мисс Тайен. Вы… Вы как… ну… как кто-то, кому правда не всё равно.

Я улыбнулась, мягко.

— Потому что мне действительно не всё равно. И мне повезло с группой. Не знаю, что вы там устроите в следующий раз — но я рада быть вашей наставницей.

— Я тоже рад, что вы здесь.

Он встал, неуклюже, словно хотел что-то ещё сказать, но потом только махнул рукой и ушёл.

А я осталась сидеть на траве.

И чувствовала, как земля подо мной — живая, теплая, откликающаяся — будто тоже шепчет:

«Ты на своём месте.»

***

Вечером в Академии становится особенно тихо. Каменные коридоры словно выдыхают: шаги глушатся, заклинания стихают, даже магические фонари светят чуть мягче, будто понимают — время заботиться, а не сражаться.

Я нашла Таллена в его кабинете. Он сидел за большим дубовым столом, аккуратно сортируя документы. Пальцы двигались точно, взгляд был собран, но я знала его достаточно давно, чтобы заметить — он уставший.

— Надеюсь, у тебя не назначено ещё десять приёмов и не срочное совещание с лордом Эймаром. Потому что мне нужно поговорить.

Он поднял взгляд и тут же отложил перо.

— У тебя всегда приоритет.

— Прекрасно, — вздохнула я и села в кресло напротив. — У меня один из студентов в сложной ситуации. Адам. Его родители разводятся. Мать хочет забрать его в другую провинцию. Но он хочет остаться с отцом. Проблема в том, что он несовершеннолетний. И не может выбирать. Пока.

Таллен нахмурился.

— Это серьёзно. Отец не подал ходатайство о первичном опекунстве?

— Говорит, что нет — всё произошло слишком быстро. И теперь мать давит на ускоренный переезд. Формально — всё законно. Но мальчик в панике. И он... — я замялась, — он доверился мне. А я не могу сделать вид, будто не слышала.

— Конечно, не можешь, — мягко сказал Таллен. — И не должна.

Он встал, подошёл к полке с архивами и достал тонкий, но увесистый том — магические законы Академического кодекса.

— Есть прецеденты. В случае, если ученик проходит обучение на территории закрытой образовательной институции и демонстрирует магическую нестабильность, требующую продолжительного наблюдения, Академия может оформить временное наставническое попечительство. Обычно это оформляется на куратора.