Уроки приручения или Сердце по обмену

- Глава 22 -

Мы ужинали у Таллена. Его дом на территории академии — тихий, уютный, с мягким светом свечей и ароматом ужина, который наполнял воздух. Всё было простое, но так уютно, что, казалось, время просто замедлилось. Мы сидели за столом, едва не забывая о чём-то важном, что было между нами, и вместо этого болтали обо всём подряд. О погоде. О том, как странно изменился свет в последние дни, как каждый вечер стал немного мягче и туманнее. Мы говорили о книга, которые он читал недавно, и о том, как я, в отличие от него, не могу читать исторические хроники, потому что потом не сплю неделю. Говорили обо всём и ни о чём одновременно.

Таллен усмехался, когда я говорила о своих неудачных попытках разгадывать старые книги. Он шутил про мою «неспособность» к детективным сюжетам, а я в ответ напоминала ему, как он однажды не смог найти выход из лабиринта в древней магической библиотеке. Мы смеялись, снова как старые друзья, будто время никогда не разделяло нас.

Мы сидели на обитых бархатом креслах, окружённые уютом его дома, и всё это время, я думала только о том, что мне не хочется, чтобы этот вечер заканчивался. Я хотела бы просто сидеть так, разговаривая о пустяках и смеясь, пока весь мир не исчезнет за этими стенами.

Но когда я подняла взгляд и встретила его глаза, я поняла, что всё это не случайно. Его глаза, полные тепла и какого-то глубокого понимания, не оставляли сомнений. Всё, что мы говорили, все эти лёгкие разговоры о чепухе, были просто предисловием. Мы оба это чувствовали.

Таллен отставил пустую тарелку и снова налил вино в наши бокалы. Он немного наклонился вперёд, его пальцы мягко касались моего запястья, и я почувствовала, как дыхание немного сбилось.

— Так, — сказал он с улыбкой, которая была гораздо более серьёзной, чем я ожидала. — Хочешь ещё немного вина? Или ты воздерживаешься после второго бокала?

Я сдержала улыбку. У него всегда была эта привычка — замечать мельчайшие детали, которые могли бы ускользнуть от остальных.

— Я, наверное, уже на грани своей дозы, — ответила я, но на самом деле мне казалось, что я бы осталась здесь и выпила бы больше, если бы он продолжал так смотреть на меня.

Таллен рассмеялся тихо, но как-то особенно, глубоко. Он чуть-чуть откинулся на спинку кресла, но не отпустил меня взглядом. Мы сидели так, не говоря ни слова, и в комнате была такая тишина, в которой слышались только лёгкие щелчки посуды и успокаивающий звук нашего дыхания. Это было почти уютно, как погружение в какую-то невидимую оболочку, где не было нужды в лишних словах.

И вот тогда он поднялся и подошёл ближе. Его движение было плавным, и я не успела даже подумать, как он оказался рядом. Он протянул руку, слегка коснувшись моей, и сердце сразу же дало ответ — так быстро, что я едва успела понять, что это.

Я посмотрела на него, а он держал меня взглядом, так, как будто всё, что между нами происходило, не было случайным. Это не было внезапно. Это было... естественно. Его рука аккуратно скользнула по моим пальцам, и я почувствовала, как его тепло охватывает меня. Мы оба молчали, но это было не напряжённое молчание. Это было то самое молчание, которое перед тем, как сказать что-то важное, становится почти невыносимым.

Таллен опустил взгляд и затем, почти не замедляя движения, наклонился ко мне. Его губы сначала едва коснулись моих, но поцелуй был такой нежный, тёплый, что я не могла больше думать о том, что было до этого. Всё, что я чувствовала, было связано только с этим моментом — с ним рядом, с его дыханием, с тёплым поцелуем, который длился как вечность. Он был осторожным, но в нём было что-то невыразимо искреннее, что-то, что я не могла бы описать словами, даже если бы пыталась.

Когда мы оторвались друг от друга, воздух вокруг нас оказался как будто другим — мягким и плотным, полным незаконченности и обещаний. И в его глазах я увидела что-то, что не было скрыто, не было припрятано. Это было настоящее.

— Я уже давно люблю тебя, Лили, — сказал он, его голос был твёрдым, но в нём звучала какая-то боль, будто он не мог больше держаться. — Я не могу больше держать себя на расстоянии. Всё, что между нами... всё это время... то, что я обещал... я обманул тебя — я не готов тебя отпустить.

Его слова пронзили меня, но не болью, а какой-то невыносимой ясностью. Я хотела что-то сказать, но не могла найти слов. Я просто сидела и смотрела на него, и, возможно, он понимал меня, потому что его взгляд был спокойным и решительным.

— Этот фарс с фиктивной помолвкой... — он продолжал, наклоняясь ко мне ещё ближе. — Он только убедил меня, что я не могу больше оставаться на расстоянии. Я хочу быть с тобой, Лили.

Я почувствовала, как всё внутри меня затихло. Не было ни страха, ни сомнений, только ощущение того, что я больше не могу убегать. Мы были здесь. Это было настоящим. И мне не нужно было ни больше, ни меньше.

Таллен прав. Мы не могли продолжать, как раньше. И я не хотела. Я чувствовала, как мои чувства начинают менять всё, что я думала о себе и о нём. Это был не конец. Это было начало.

Я сидела рядом с ним, его слова всё ещё эхом звучали в голове. Я не могла поверить, что так долго прятала эти чувства, даже от себя самой. Он был рядом, теперь между нами не было никаких барьеров. Таллен всегда был сдержанным, всегда поддерживал дистанцию, а теперь... теперь его слова, его признание было таким явным, таким реальным.

Мы сидели рядом, не решаясь отодвинуться друг от друга. Вино грелось в бокале, и тишина между нами казалась плотной, как вечерний туман, который окутывал дом. Я могла почувствовать его присутствие всем телом — каждое прикосновение, каждый взгляд теперь казались обнажёнными, открытыми. Я боялась, что если я скажу что-то, это разрушит то, что появилось между нами, ту хрупкую ниточку, которая теперь соединяла нас.