Уроки выживания для злодеев

Глава 3

Задумчиво перекинула пульсар из одной руки в другую. Так. Что нужно делать с принцессами? Спасать. От чего? От душевной тоски и одиночества? Место как будто только таким мукам и способствовало. Или где-то тут бродит какой-нибудь страшный монстр, которого нужно победить?

Лучше бы, конечно, второе. Монстров я убивать умею. А вот лекарь душ из меня так себе — скорее уж могу окончательно добить морально, даже особо не стараясь. Вообще не очень знаю, как именно организовывается спасение прекрасных принцесс. У меня профиль как бы немного другой — грабежи, аферы, шантаж, иногда немножечко политических интриг. Но никак не героические подвиги.

Впрочем, однозначно вызволение принцесс — это дело доброе и обществом восхваляемое. Значит, мне оно надо. Вопрос только в деталях.

Надо уточнить у объекта спасения, каким именно образом его следует спасать. А то вдруг тут какие-то особые условия — поцелуй настоящей любви, например — и придется все-таки откуда-то принца доставать.

Я погасила пульсар и решительно шагнула в комнату.

Девушка испуганно подняла голову, услышав посторонние звуки. Увидела меня, и тут же сжалась, пытаясь забиться в угол кровати.

— Не подходите! — пролепетала она дрожащим голосом. — Пожалуйста... я ничего не сделала...

Я остановилась посреди комнаты, демонстративно подняв руки в миролюбивом жесте:

— Спокойно. Я не собираюсь тебе вредить.

Девушка всхлипнула, но из угла не вылезла. Продолжала смотреть на меня с ужасом и такими выпученными глазами, что у меня появилось весьма отчетливое желание посмотреть я в зеркало. Может, я не я, а монстр какой-то?

Но это потом. Надо действовать быстро: на долгие уговоры и завоевание доверия у меня всё равно нет времени — "К" наверняка тоже не сидит на месте, а пытается набрать баллы.

— Слушай, — сказала я деловито, — тебя спасать нужно?

Девушка моргнула, явно не ожидая такого вопроса.

— Ч-что?

— Спасать, — повторила для особо заторможенных. — Вызволять. Освобождать из заточения. Ты же здесь против своей воли, верно? Тебя кто-то держит взаперти?

Она осторожно кивнула, всё ещё настороженно глядя на меня:

— Да... моя мачеха... она привезла меня сюда и заперла. Сказала отцу, что меня похитило чудовище, а сама... — голос дрогнул, — ...а сама хочет, чтобы её дочь стала наследной принцессой вместо меня.

О, как интересно. Классический дворцовый заговор.

— Понятно, — кивнула я. — Значит, тебя нужно вернуть к отцу.

Наверное, в таком случае доброе дело будет делать засчитано?

Девушка немного расслабилась, и на её лице впервые мелькнула надежда. Но потом она огляделась — на меня, на пустую комнату, на дверь — и её брови недоуменно сдвинулись.

— А... а где принц?

Я моргнула.

— Какой принц?

— Ну... — она растерянно сжала пальцы на коленях, — Разве не он прислал вас? Обычно же... обычно принцесс спасают принцы...

О.

— Принц, видимо, занят. — А может, его вообще нет. — Я временно за него.

Девушка уставилась на меня так, будто я только что сообщила, что планета плоская. Хм... интересно, какой формы она в этом мире?

— Вы... временно... за принца?

— Ага, — кивнула я. — Проблемы?

— Но вы же... — она явно пыталась подобрать слова, не желая обидеть, — ...вы женщина.

— Спасибо, я заметила, — не удержалась от сарказма. — И что? У нас тут дискриминация по половому признаку? Спасением людей может заниматься только мужчина?

— Просто... — она покраснела, — ...обычно принцесс спасают принцы. Рыцари. Герои-мужчины. Это... это правильно так. Так всегда было...

— Правильно — это когда тебя вообще кто-то спасает, — парировала я. — Сидеть в ожидании гипотетического принца тут можно годами. А он возьмет и вообще не придет. вообще не придёт.

Девушка раскрыла рот, глядя на меня с какой-то смесью удивления и благоговения. Кажется, я ляпнула что-то крайне революционное.

— Кхм, — надо было как-то вернуться к цели моего визита. — Ну так что? Либо я тебя вытаскиваю отсюда и везу к папе, либо ты дальше сидишь в этой каморке и ждёшь, когда принц внезапно материализуется из воздуха. Что выберешь?

Девушка прикусила губу, явно взвешивая все «за» и «против». Посмотрела на решётку на окне, на обшарпанные стены, потом на тяжелую ржавую цепь, один конец которой заканчивался кандалами на правой лодыжке, а второй уходил куда-то под кровать. А мачеха у нее женщина серьезная — обстоятельно подошла к вопросу заточения.

— Я... я хочу домой. К отцу. Пожалуйста, помогите мне.