Усадьба с подвохом, или Невеста в белом халате

Глава 20. Трупик на коврике

Бум... бум… бум…

Я непроизвольно вздрогнула, а сердце ухнуло в пятки. Бабуленька перекрестилась. А эльф (да куда уж без этого) вытащил свой меч. (Снова не хочу говорить, откуда. Хотя нет, скажу. Оттуда!)

Осторожно приблизилась к двери, переглянулась с бабулей, сделала глубокий вдох и приоткрыла её, тихонечно высунов нос…

Тишина. Ни души. Только лёгкий ветерок пробежался по крыльцу и заглянул под мою юбку.

— Никого… — начала я, но тут же осеклась, опустив глаза и заметив что-то странное... лежащее у порога. — О, ну отлично. Мы на новом уровне гостеприимства! Второй трупик за последние полгода. — к моему несчастью я заметила, что этим трупиком оказался эльф. — Эл, это случайно не по твою душу? У вас что ли у эльфов традиция такая — отправлять в последний путь к ведьме? Может, я, конечно, чего-то и не понимаю, но заставлять сородичей подыхать на коврике как-то бесчеловечно.

Я оценивающе покосилась на эльфа.

— Хотя вы, эльфы, ничего не знаете о человечности.

Эл фыркнул, но не успел возразить, потому что трупик внезапно зашевелился.

Я подпрыгнула на месте.

— О-о, он живой. Ну, почти дохлый уже был. А теперь вот — живой, — съязвила я, хотя на самом деле мне было очень не по себе. Сразу вспомнила нашу встречу с Элом и как долго я его выхаживала. — Может, нам пора открыть клинику по реанимации эльфов?

Эл юмора не оценил. Нахмурился и убрал свой меч (и опять туда же!)

Бабуленька тут же возникла у меня за спиной и, прищурившись, посмотрела на раненого гостя.

— А ты знаешь, чем она занималась, пока ты на коврике подыхал? — хитро поинтересовалась она у Элунадриила.

— Чем? — подозрительно уточнил он, бросая на меня быстрый взгляд.

— Бабуль, молчи! — попыталась я её заткнуть, но куда там…

— Кубики твои считала! — заявила она и, довольно хихикая, исчезла в глубине дома.

Эл вскинул брови и, конечно же, заулыбался. О-о-о, я уже предчувствовала, что он не оставит это без комментариев.

— Значит, разглядывала меня? — елейным голосом протянул он.

— И ничего я не разглядывала! — быстро возразила я, но щёки почему-то начали предательски гореть. — И вообще, у нас тут человек… эльф подыхает! Неси его в дом. Спать ещё и на улице я не намерена!

Элунадриил рассмеялся, бросил на меня очередной лукавый взгляд. А я буквально почувствовала, как он добавил очередной пунктик в свой список: «Влюбилась. Кубики считала. И вообще она от меня без ума». Но всё же поднял пострадавшего на руки и внёс внутрь.

Мы устроили незваного гостя в комнате для присмотра за больными. Я проверила его раны. Выглядели они не слишком критично, но кто-то явно приложил немало усилий, чтобы заставить бедолагу валяться у чужих дверей. Я украдкой бросала взгляды на Эла, который выглядел довольно сосредоточенным и крайне напряжённым.

Что-то здесь было не так.

— Ты его знаешь? — спросила я, стараясь сделать голос максимально нейтральным. Хотя любопытство уже грызло мою бедовую голову.

Он молчал. И это молчание было красноречивее любого ответа.

— Ну же, Эл, не тяни! — Я возмущённо взмахнула руками. — Твой дружок? Враг? Старый должник? Бывший любовник? Кто?

— Тебе так не терпится узнать подробности моей личной жизни? — ухмыльнулся он, но в его глазах промелькнуло что-то более серьёзное.

— Нет, мне так не терпится понять, не грозит ли мне очередной ночной визит незваных гостей с манией уничтожения моего дома! — огрызнулась я.

Эл провёл рукой по волосам и, вздохнув, наконец заговорил:

— Он мне знаком. Но не могу сказать, что я рад его видеть.

Я только открыла рот, чтобы потребовать объяснений, как наш пострадавший эльф вдруг застонал и приоткрыл глаза.

— Твою ж эльфийскую меткость... — прохрипел он.

Я похлопала глазами. И уже открыла рот, чтобы поздороваться, представиться, да и вообще задать кучу очень нужных вопросов, но не успела.

— И тебе не хворать, Эммануил. — холодно произнёс Элунадриил. И от этого холода не то что повеяло, от него зазвенел воздух и поджилки затряслись.

Мой взгляд метался с одного ушастого на другого. Зелёные глаза явно пытались препарировать фиолетовые. Напряжение в комнате можно было резать ножом. Я почти ждала, что один из них сейчас кинется на другого, а мне потом придётся убирать их трупы и смывать кровь с пола. Но самое забавное было то, что я, кажется, его вспомнила. Ведь это именно он в тот самый день притащил ко мне Эла. А после сбежал.

— Охренеть, вы ещё и дружбаны? — вырвалось у меня, пока в комнате нарастала гробовая тишина.

Эммануил скривился и закашлялся, а Эл... Эл просто смотрел на него так, будто уже мысленно копал ему могилу. У меня даже возник порыв сбегать за лопатой. Но я подавила его на корню.

Становится всё страньше и страньше...