Усадьба с подвохом, или Невеста в белом халате

Глава 21. Ушастые разборки

Когда утром мы с Элом вошли в комнату, где пристроили нашего второго полуоткисшего эльфа, мне захотелось выйти назад. Но я ведьма гостеприимная, так что пришлось проявлять это самое гостеприимство...

— Живой, слава всем богам, включая тех, у кого слишком много рук, — протянула я, прислонившись к косяку. — Как себя чувствуешь, Эммануил? Надеюсь, приятнее, чем было на коврике?

— Ты снова здесь… — пробормотал он, с трудом открывая один глаз.

— Не радуйся, она временно. Как и ты, если не расскажешь, какого дракона тебя сюда занесло, — вставил Эл, скрестив руки на груди. Он подошёл к кровати с выражением лица, будто ему под нос сунули тухлую селёдку. — Начинай говорить. Пока я добрый.

— А ты бывал другим? — Эммануил попытался усмехнуться, но вышло криво и неправдоподобно.

Я примостилась на подоконнике, решив, что это представление не пропущу ни за что. Только попкорна не хватало. И где эта Бабуленька, когда она действительно нужна?

И как по заказу, в комнату вплыла Она.

— Уж не любовный треугольник? — Авдотья хитро сощурилась. — А может, он пришёл вернуть тебе твой магический бюстгальтер, Сашенька? Я же говорила, не надо было давать его эльфам.

— Ба! — Я вздохнула, вжав лицо в ладонь. — У нас тут второй потенциальный труп, а ты со своими глупыми шутками.

— Помнится, я предлагала тебе добить ещё первого… — пожала плечами старушка и, довольно улыбаясь, уплыла прочь.

Правда, мужчины не обратили на неё никакого внимания.

— Ну? — Эл кивнул на Эммануила. — Говори. Кто тебя так отделал? И главное — зачем ты припёрся именно сюда?

Эммануил тяжело вздохнул:

— Я не знал, куда ещё... Я направлялся к тебе, Эл. Но кто-то захотел, чтобы этого не случилось...

— Вот это да! — воскликнула я и посмотрела на Элунадриила: — Неужели кто-то ещё, кроме меня, мечтает свернуть эльфу шею?

Эл проигнорировал мой выпад и шагнул ближе к (не)другу.

— Кто это был?

— Не знаю. Напали сзади.

Я хоть и шутила, но внимательно наблюдала за обоими. Что-то явно было между ними. Что-то большее, чем простое «не люблю тебя, ушастый». И ладно бы один раз! Но ведь уже второй эльф умирает у меня на пороге. Это или совпадение, или кто-то реально решил превратить мою усадьбу в хоспис для остроухих.

***

Тем временем мы уже переместились в гостиную.

Эл, хмурый, как грозовая туча, сидел рядом с камином, скрестив руки на груди, и испепелял взглядом Эма.

Напротив, в кресле, полулежал сам Эммануил — теперь уже отмытый, перебинтованный и весьма живой. Настолько живой, что язвить начал с первой же минуты.

— Ты как обычно просиживаешь штаны вместо того, чтобы заниматься делами? — и это был скорее риторический вопрос, чем требующий ответа.

— Слушай, Эм, если ты не начнёшь говорить по делу, я тебя обратно на коврик приложу. Долечиваться будешь там.

— М-м, какая забота. А ты, смотрю, и правда жениться собрался. Стал более… раздражительным. — Эммануил изобразил удивлённую мимику, глядя на меня. — Или ты настолько плохо влияешь на него, милая ведьма?

— Я вообще-то в этом цирке на работу не устраивалась, — фыркнула я. — И на провокационные вопросы отвечать не буду.

— Так, тише, — вмешалась Бабуленька, появляясь в дверях, как всегда без предупреждения и с загадочной ухмылкой. — Я вот думаю… Может, они на самом деле тайные любовники? Один подкинул второго на коврик, второй — первого. Это же романтика! Эльфийская версия «Спящей красавицы».

Я захлебнулась чаем. Эл и Эммануил одновременно закашлялись.

— Бабуль, ну пожалуйста! — простонала я. — Это уже слишком! Подобные шуточки неуместны!

— Я просто рассуждаю. И, между прочим, у вас уже начались традиционные семейные ссоры. — Она подмигнула мне и полетела вглубь дома.

Элунадриил резко развернулся к Эммануилу:

— Говори. Зачем тебе надо было тащиться к моей… нашей… её… Чёрт, сюда?

— А то ты не знаешь? — Эммануил ухмыльнулся.

Я внимательно следила за каждым эльфом. Могла бы, конечно, заставить их всё нормально рассказать, но, во-первых, зная Эла, он бы всё равно ничего не объяснил, если до сих пор не поведал мне, зачем ему нужна фиктивная невеста. Во-вторых, иногда молчание красноречивее любых слов. А наблюдением можно почерпнуть куда больше информации. Поэтому я выбрала для себя тактику прикинуться простушкой-дурочкой, всё сводящей на «хи-хи». Глядишь, они расслабятся и где-нибудь проболтаются.

— Ты понимаешь, что это может быть он… Тот, кто охотился за тобой в тот раз? — Эл понизил голос. — И если он добрался до тебя — значит, мы все под угрозой. Даже она...

— О, теперь я «она»? Спасибо, Эл. Приятно чувствовать себя частью вашей маленькой драмы и больших тайн.

Эммануил хмыкнул. Но я уже серьёзнее добавила:

— Кто бы это ни был, он явно хочет, чтобы мы все оказались в одном месте. А это, поверьте, плохая новость для всех. Мы же поубиваем друг друга! И доставим этим кому-то радость.

Элунадриил и Эммануил переглянулись. Их взгляды несли столько напряжения, что воздух почти заискрился.

— Я найду его раньше, — выдал Эл. Может, перспектива остаться нам втроём в одном доме пугает его настолько же сильно, как и меня?

— И когда найдёшь, передай ему привет от меня. И кулак в лицо, — добавил Эммануил. — А зубы потом принесёшь в мешочке.

Я залпом допила чай и со вздохом произнесла:

— Ладно это всё очень увлекательно, но расскажи-ка, Эммануил, как ты всё-таки оказался на пороге моего дома? Приполз из последних сил, зубами цепляясь за дорогу? Или кто-то тебя швырнул, как мешок картошки? А в дверь ты сам постучал? Или тебе постучали?