Усадьба с подвохом, или Невеста в белом халате

Глава 33. По самую душу

Тишина. Долгая, холодная и давящая, как потолок, который вот-вот обрушится.

И вдруг шаги. Глухие, размеренные, не спешащие, потому что... Зачем спешить к тому, кто уже не может сопротивляться?

Я кожей почувствовала, как ко мне приближается тот в маске. Внутренности сжались в один холодный узел. Что-то острое коснулось моей спины неуверенно, словно палач на мгновение усомнился в том, что делает. Но недостаточно, чтобы остановиться.

Я вся съёжилась, зажмурилась, что стало больно.

И ничего. От меня больше не прозвучало ни крика, ни слёз, ни единого звука. А вот внутри заорала так, что легко могла бы своим криком разорвать мир на части.

— Достаточно. — Резкий и властный голос вдруг нарушил звенящую тишину. А само слово — всё равно что удар меча, разрезающий тьму.

Я дёрнулась. И этот голос продолжал звучать где-то внутри меня. Мужской голос, холодный, отточенный, как приговор. Или как спасение, которое опоздало на несколько жизней.

— Она не виновна, — повторил он, но уже чуть тише.

— Это станет ясно в процессе, — отозвался кто-то другой, чей голос был сухим и безэмоциональным.

— Я сказал достаточно. Отпусти её. Сейчас же.

Оковы ослабли. Цепи звякнули. Платье было разорвано, кожа саднила, но я была свободна. По крайней мере, теоретически. Ноги совершенно не слушались, и я невольно опустилась на колени. Иначе попросту бы рухнула лицом в пол. Тело била мелкая дрожь.

И вот тогда он заговорил снова.

— Прости, Саша. Но нам был нужен твой страх.

Страх.

Меня передёрнуло от его слов.

Я медленно повернула голову. Каждое движение давалось с трудом, словно я пробиралась сквозь вязкий кисель. Мой взгляд устремился к двери, где стоял Элунадриил, залитый светом, словно герой из старых баллад. Только вот глаза у этого героя были совсем не добрые. Пустые. Как у человека, который знает, что сломал тебя, но убедил себя, что это было необходимо.

— Э… Эл? — выдавила я с большим трудом, потому что горло саднило. — Ты… Ты где был?!

Он подошёл. Жестом остановил палача, который уже собирался что-то там поправить в своей коллекции инструментов боли. И палач, не споря, вышел.

— Зачем?.. — Я пыталась говорить нормально, но не получалось, и я то и дело выдавала то хрип, то всхлип. — Зачем ты дал им?.. Так?

— Мы не дали им довести всё до конца, — ответил он спокойно. Слишком спокойно.

— До конца?! Они меня чуть не... — Я задохнулась. — Ты видел? Ты хоть видел это место?! Ты… ты позволил им…

Он опустился рядом со мной. Его взгляд мне не понравился — слишком прямой, лишённый каких‑либо эмоций, совершенно не похожий на прежнего Элунадриила. Наверное, именно таким он и был на самом деле — маршал Эллиэрии: жестокий, властный и… чужой. У меня даже мороз прошёл по коже.

— Нам был нужен твой страх, — тихо повторил он.

Я молча выдохнула и потом:

— Прости, что? Может, взять у меня ещё пару литров страха в баночку? Или выжимку из паники? Хочешь вино из страха? Отличный букет, свежий урожай! — Я хрипло рассмеялась, но без радости. — Может, меня ещё в банке закатать, чтоб не скисла?!

Он не ответил. Только смотрел.

— Страх ведьмы... — тихо произнёс Эл. — Он оставляет магический след. Яркий, как маяк. Мы сможем найти тех, кто тебя подставил.

Я была в шоке.

— Значит, я действительно оказалась приманкой?!

Он кивнул одним коротким, резким движением.

— Мы не успевали иначе. Все улики исчезли, свидетелей нет, осталась только ты.

— Как мило. Какая честь, — процедила я сквозь зубы.

А затем встала. С трудом, поскольку дрожь не отпускала, но я держалась. На одной лишь упрямой злобе.

Он протянул руку.

Я отшатнулась.

— Даже не вздумай, — прошипела, хотя губы дрожали. — Даже не смей.

Он отдёрнул руку. И впервые я увидела его без привычной маски флирта и дурашливости. В его зелёных глазах на мгновение промелькнули сожаление и, кажется, стыд.

— Я… Я не хотел, чтобы это зашло так далеко, — прошептал он.

— Поздно, Эл. Уже зашло. По самую душу. — Я посмотрела ему в глаза. — Если это был план, он сработал. Теперь у меня есть всё: страх, ярость и вопросы без ответов.

— Я всё исправлю, — сказал он.

— Тогда начни с простого. Найди настоящего убийцу до того, как они решат, что можно продолжить и дойти до конца.

И медленно прошла мимо него, не из гордости, а из-за боли. Из-за разбитого сердца. И доверия, которое он сжёг.