Условия развода

Глава 13

Поскорей бы Трауб возвратился! Все же оставаться в одном помещении с четырьмя драконами, пусть и мелкими — довольно рискованно. Зубы-то у них острые…

Продолжаю гладить “моего” дракончика, присев рядом. Он по-прежнему не проявляет никакого недовольства. И вообще складывается впечатление, что эти малыши не привыкли проявлять характер. Они кажутся робкими и несчастными. Вполне объяснимо, с учетом того, в каких условиях их содержат. Как будто мало мне собственных проблем, теперь еще переживать за обитателей фермы.

Наконец появляется Трауб и протягивает мне бумажный кулек со свежими круглыми булочками, которые успел приготовить с утра повар.

Дракончик с любопытством смотрит на булочку, принюхивается…

— Хочешь?

Его мордашка кажется настороженной.

— Это очень вкусно. Попробуй.

Встаю на ноги и пячусь к двери, держа булочку на ладони.

— Ну же, пойдем!

Дракончик нерешительно поднимается и делает первый шаг в мою сторону. Потом еще шаг, еще… Остальные удивленно наблюдают за ним, но сами не шевелятся. Затаились…

Продолжаю отступать, останавливаюсь на пороге, дожидаясь, пока дракончик приблизится.

Вот я уже снаружи, теперь дракончик замер на пороге. Выглянувшее из-за облаков солнце ярко освещает его. Он испуганно щурится, однако не возвращается в сумрачный сарай.

Я делаю насколько шагов по траве, слегка помахивая булочкой. И дракончик сдается. Медленно ступая и чуть заметно раскачиваясь, подходит вплотную. Откусывает мягкое, отлично пропеченное тесто.

— Нравится?

В качестве ответа он издает звук, отдаленно напоминающий басовитое мурлыканье.

Вместе с Траубом удается выманить из сарая собратьев первого дракончика. Получив угощение, они принимаются осторожно обследовать лужайку перед сараем. Словно котята, впервые попавшие из безопасного уголка, где привыкли находиться, в какое-нибудь большое открытое пространство. Но в таких случаях свое потомство обычно сторожит и охраняет кошка-мать. А сейчас вместо нее мы с Траубом. Даже он слегка растроган и бормочет:

— Бедолаги.

За спиной раздается резкий окрик:

— Это еще что такое?!

Из домика с остроконечной крышей выбегает полная женщина в пышном платье с передником.

— Это частное владение! Я сейчас сторожа позову! — Буквально на глазах лицо женщины краснеет от злости. — Убирайтесь отсюда!

— Да ты хоть знаешь, на кого кричишь?! — вскипает Трауб.

Женщина, которая уже в нескольких шагах от нас, останавливается и только сейчас внимательно присматривается. Я вижу ее впервые.

Вероятно, решив, что на грабителей или бродяг мы не похожи, она чуть снижает тон:

— На ферме нельзя находиться без разрешения владельцев.

— Я и есть владелица. Супруга Третьего принца. А вы кто такая?

Она некоторое время изумленно хлопает глазами, потом заявляет:

— Супруга Третьего принца никогда сюда не приезжала и не приедет.

— Уверены?

Моя собеседница поджимает губы. Под ее нахмуренным лбом напряженно крутятся мысли и вырабатывается тактика дальнейшего поведения. Наконец губы складываются в угодливую улыбочку. Потом слышится относительно любезное:

— Добро пожаловать, госпожа… госпожа…

— Арнэлия, — подсказывает Трауб.

— Конечно, госпожа Арнэлия. Я помнила ваше имя, просто растерялась. Проезжали мимо и решили заглянуть к нам?

— Нет, я приехала специально. Посмотреть, что тут у вас творится.

— Но ведь Рангель… то есть господин управляющий Рангель Крост… говорил, что сам занимается фермой. И не беспокоит вас.

— Как видите, я сама решила побеспокоиться. И теперь хочу знать: почему здесь все разваливается? Почему дракончики сидят взаперти голодные? Почему…

— О, вам показалось, госпожа Арнэлия! Они мне как родные дети. Да мы тут все с утра до вечера заботимся о них и ферме не покладая рук.

— Что-то незаметно!

Она смотрит куда-то в сторону. Не похожа эта еще довольно молодая женщина на обычную фермершу. Платье, хоть и повседневное — из тонкого дорогого сукна, кружевной передник покрыт цветной вышивкой, на шее и в ушах поблескивают золотые украшения. Пальцы белых пухлых рук унизаны кольцами. Эти руки явно не знают никакой работы. Кто она такая? Почему держится так уверенно? Возможно, родственница или любовница управляющего. Последний вариант кажется самым правдоподобным. Я, разумеется, не знаю, каковы вкусы нашего управляющего. Однако не исключено, что эта толстушка в самом соку для Кроста настоящий идеал. Поэтому и пристроил ее сюда. Подальше от замка, туда, где можно безнаказанно воровать.

Какой же наивной идиоткой я была, когда доверилась управляющему и Каросферу! Думала, тут все прекрасно — подрастающие драконы благоденствуют, козы, куры и прочая живность тоже.

— Для драконов постоянно закупался особый корм. А в сарае — гнилое зерно в ведерке. Где всё? Ферма запущена, как будто здесь сто лет никто не живет!

Фермерша ничуть не смущается.

— Госпожа Арнэлия, вы даже не представляете, как тяжело нынче вести такое огромное хозяйство. Светские дамы далеки от скучной сельской жизни. На самом деле все вполне благополучно. Просто дракончики в этот раз сами по себе какие-то хилые и бракованные. Но мы из кожи вон лезем, чтобы их вырастить. Прошу вас, пойдемте, я проведу вас по окрестностям. Можно прогуляться возле озера. А пока приготовят чай в моем скромном домике…

— Возле озера? Мне всегда говорили, что там водится полно рыбы. Серебряные рыбины так и снуют в воде. Надеюсь, сейчас такая же картина?

— Ну… не совсем.

— Вы уволены!

***

Снова просыпаюсь рано утром. Как замечательно, что сегодня никуда не надо уехать. Накануне мы с Траубом вернулись глубокой ночью. Раньше не удалось вырваться с фермы. Пытаться навести хоть какой-то порядок было бессмысленно. Это займет не часы, а в лучшем случае, недели. Я просто обходила разоренное хозяйство и прикидывала, во сколько обойдется его восстановление. Искала хоть какую-то еду для дракончиков и обнаруженных в больших полупустых сараях козочек и овец. Нашлись там и четыре тощие телочки и одна корова… Все, что осталось от когда-то процветающей фермы. Не нужно особо разбираться в сельском жизни, чтобы понять — животные постоянно голодали.