Услышь меня среди могил

4 глава. В добрый путь

Папа вернулся поздним вечером, когда уже стемнело. Лора к тому времени ушла домой готовиться к завтрашнему рабоче-учебному дню. А мне предстояла битва с родителями за право самостоятельно выполнить элементарное задание и взять с собой метлу. Впрочем, последнее папу совершенно не смутило — знал, что при всей любви к полётам, я не стану гонять по воздуху в Большом Мире. Гораздо сильнее его занимала идея менталиста-помощника.

— Бельтейну стоило назначить Аманде напарника, — в который раз повторила мама за ужином, ища поддержки у папы.

— Катрина, я полностью тебя поддерживаю, — начал тот, а я уныло подпёрла щёку рукой. — Но ему совершенно некого с ней отправить. В Синклите сегодня как раз обсуждали этот вопрос. Поскольку оперативников в департаментах внешних магических дел не хватает, придётся задействовать тех, кто работает в пределах Навира. А значит, менталистов, которые помогают в адаптации, потребуется в разы больше, чем сейчас. Ни Сатрон, ни Бельтейн не допустят, чтобы кто-то из них отправился «в поле». У них каждый специалист на счету. Думаю, тебе тоже скоро придётся поработать сверхурочно.

— В других регионах происходит то же самое? — спросила мама, наверное, в надежде подыскать мне напарника там.

— Абсолютно. И Южный, и Западный, и Восточный — все отделения Службы Безопасности Колдовства уже нарастили количество агентов в Большом Мире. А с менталистами у них дела похуже чем у нас.

— Пап, а кто будет в Навире работать, если все из внутренних департаментов уедут? — задала свой вопрос и я, убедившись, что точно буду работать в одиночку, как все нормальные агенты.

— Планируем привлечь к работе колдунов, специализирующихся на магии неживой природы. Они, конечно, не владеют боевой на том же уровне, но классы всё равно смежные. Разберутся.

Я представила, как вчерашние строители, геологи и ландшафтные дизайнеры патрулируют улицы Навира, толком не понимая, чего от них ждут. Как бы у нас на острове за это время преступность не выросла. Хотя, может, не стоит недооценивать тех, кто способен предотвращать обвалы и вызывать молнии?

На следующий день мама не пошла на работу и отменила всех клиентов. Всё ради того, чтобы вложить в мою голову знание русского языка. Я слышала, он и среди людей считается непростым, но дело даже не в этом. Внушить кому-то чуждый, особенно лингвистический навык, очень сложно. Во-первых, менталист сам должен владеть языком, который внушает. Во-вторых, на протяжении всего процесса ни в коем случае нельзя отвлекаться, чтобы в голове «клиента» ничего не перепуталось. А уж сделать такое внушение на длительный срок — вообще высший пилотаж.

За пять часов мама внедрила в мой мозг русский язык ровно на две недели. На большее не хватило ни времени, ни сил. Знание активируется, как только я впервые заговорю или что-нибудь прочту на новом языке. Если за это время не сниму проклятье и не найду негодяя, придётся возвращаться. Навирский язык в Большом Мире уж точно никто не поймёт. Он неизвестен людям, поскольку возник уже после Великого Побега. Десятки языков и диалектов, на которых говорили наши предки слились в единое причудливое наречие. Впрочем, если верить опытным агентам, по звучанию он похож на латинский.

С пульсирующей болью в голове после ментального воздействия я отправилась собирать рюкзак. Закинула пару домашних сарафанов, широких штанов и несколько рубашек. Вдруг повезёт, и люди носят что-то подобное? Затем я бережно уложила подаренное Лорой ожерелье в один из кармашков. Ещё один пришлось отвести под вещи Бусинки — кошка ни за что не станет пить и есть из других мисок. Привереда.

Вечером, когда после маминого внушения перестала кружиться голова, я слетала на работу, получила под роспись путеводитель «Большой Мир. Страна: Россия» и два хрустальных безвременника. С виду обычные безделушки наподобие родительских фарфоровых статуэток, но на Кракелюре можно было увидеть, как вокруг цветочков струятся тёмно-синие нити. Обвивают стебли и лепестки, переплетаются друг с другом, пробиваются из самого хрусталя. В центре бутонов — небольшие тёмно-фиолетовые горошины. Если разбить цветок, в Навир сразу отправится запрос на обратный портал.

Мама помогла мне осторожно упаковать безвременники в рюкзак, доложила туда небольшой мешочек с наполненными магией минералами, а заодно всё перерыла и утрамбовала так, как ей казалось правильным. Компактно, да. Но мой вариант был не хуже.

Остаток вечера я провела за путеводителем. Целая неделя подготовки агентам даётся именно на изучение культуры той страны, где им предстоит работать. Мне же пришлось пролистывать целые разделы и скакать со страницы на страницу, поэтому я не стала заранее составлять впечатление о России. На месте разберусь.

На третий день после обеда мы с мамой и Бусинкой отправились в главное здание Службы Безопасности Магии на воздушном плоту. Я с рюкзаком на плечах и метлой в руке, мама с элегантным кожаным саквояжем и корзинкой, в которой сидела кошка. Папа не смог нас проводить — с раннего утра его снова вызвали в Синклит.

Бельтейн ждал нас в своём просторном винтажном кабинете. Сатрона на этот раз с ним не было. Наверное, решил не терять времени и приступать к обучению специалистов по оранжевой магии.

Мама начала о чём-то переговариваться с главой департамента внешних магических дел. Бусинка задремала в корзинке. Я разместилась на небольшой тахте и оттуда наблюдала, как двое незнакомых ведьм-проводниц средних лет выкладывают в центре кабинета широкий круг из полупрозрачных чёрных камней размером с кулак. Обсидиан. Закрыв глаза, я увидела вокруг камней оранжевые, зелёные и чёрные нити. Не знала, что это возможно — закачать противоположные виды магии в один камень, ещё и вместе с чёрной.