Услышь меня среди могил

11 глава. Чайный осьминог

— Я ему целых полтора часа не решалась написать, — призналась Юля, откусив круассан и запив его чуть остывшим чаем.

— Почему?

— Ты что! — она широко распахнула глаза — Он наверняка даже лица моего не помнит! А если бы проигнорил: прочитал и не ответил? Да я бы весь вечер пыталась понять, что не так!

— А если это с ним что-то не так? Может, он приболел.

— Чем это?

— Манией величия.

— Неправда, — Юля обиженно надула губки, но развивать свою мысль не стала.

А когда кто-то защищает другого просто так, у этого обычно одно объяснение.

— Он тебе нравится?

Юля быстро кивнула и уставилась в свою чашку, будто надеясь разглядеть там послание судьбы. Мне стало её очень жаль, а Свиридова захотелось треснуть куда сильнее, чем прежде. Не хватало ещё по его милости лишиться единственной в Большом Мире подруги.

— Мне Кирилл и даром не нужен, честное слово, — заверила я.

— Я понимаю, — вздохнула Юля. — Но ты ему нужна. Он потому и ведёт себя так… странно. Внимание привлекает. Как же я ему сочувствую!

— Почему это?

— По себе знаю, как сложно безответно любить. А Кириллу тяжелее вдвойне: и ты его отвергаешь, и ему самому приходится отвергать всех, кому он так же отчаянно нравится. Такой груз!

Я не стала говорить, что Свиридов вряд ли заморачивается над такой мелочью, как чужие чувства. Указывать влюблённой девушке на недостатки её избранника — дохлый номер. И не важно, сколько недостатков там найдётся.

Пока я подбирала правдивый и одновременно приемлемый для Юли ответ, у неё зазвонил телефон. Юля выхватила его из рюкзака и поднесла к уху.

— Что, мам? Я у подруги… Да, у меня есть подруга! Я с новенькой в нашем классе подружилась. Хорошо, поняла.

Она выключила телефон, вздохнула и сообщила:

— Через полчаса надо выдвигаться домой.

— Далеко живёшь?

— Рядом со школой, буквально через дом. Минут сорок тащиться.

— Через кладбище можно срезать, до школы полчаса будет, — подсказала я.

Наверное, если бы утром меня не отвлекли порча и обвитая цепью могила, получилось бы именно столько.

— Нет, только не кладбище! Там п-призрак…

Не сдержавшись, я засмеялась. Какой ещё призрак? Нет, это не значит, что их не существует. Встречаются. Но уж точно не на кладбище, где все души упокоены как подобает. К тому же людям не под силу не то что вызвать, но даже увидеть призраков — они различимы только на Кракелюре.

— Что, тоже меня теперь дурой поехавшей считаешь? — насупилась Юля.

— Если только чуть-чуть, — я улыбнулась. — Нам уже не по семь лет, чтобы в такие байки верить.

— Я бы и не верила, если бы сама его не вызвала!

А это уже было серьёзным заявлением. Я внимательно вгляделась в лицо Юли, пытаясь отыскать подвох. Нет. Кажется, она не шутит, пытаясь отыграться за мой смех над её страхом перед кладбищем.

— С этого момента поподробнее, — попросила я.

— В призраков она не верит, а в некромантию верит.

Я в неё не просто верю. Я за неё даже арестовывала, когда в Навире работала. Очень непростая тогда выдалась ночка.

Юля, немного помявшись, начала рассказывать:

— Это случилось в августе. Вика с подругами решила сходить на озеро в лесу и впервые взяла меня с собой. Я плавать не умею, но пошла. Думала, мы же сёстры, что может случиться? Вначале всё было хорошо — она с компашкой купалась, я рисовала на берегу. А потом Вика как давай звать меня в воду: что сидишь как неродная, окунись хоть разочек. Я отказывалась. Ну реально, не люблю воду! А она всё настаивала. Вскоре и её подруги подключились. И вот семь человек уже уговаривают. Сама понимаешь… неудобно. Я разделась до топа и трусов, немного зашла в воду, а потом…

Она вздрогнула так резко, что опрокинула чашку. Тёплый ароматный чай впитался в белую скатерть и превратился в бледно-жёлтое пятно, напоминающее осьминога. Я хотела броситься за тряпкой или губкой, но быстро поняла, что чайный осьминог может и подождать.

Юлю трясло, будто она окунулась в ледяную прорубь. Я даже расслышала стук зубов. По бледным щекам стекло две крупные слезы, взгляд застыл в одной точке. И без синей магии понятно, что воспоминания сейчас стояли у неё перед глазами.

— Эй, всё в порядке, — я аккуратно взяла Юлю за руки и поразилась тому, какими ледяными оказались её пальцы.

— Она… они… м-меня…

Внезапно я тоже увидела эту картину, подвижную словно видео в телефоне. Всё происходило как будто наяву и как будто со мной.

Ясное голубое небо. Прохладный ветер. Солнце. Бликующее в его лучах озеро. Две пары рук тянут меня всё глубже и глубже. Только что вода была по колено, через мгновение уже по грудь, а в следующую секунду ноги перестали касаться дна. Разум затуманивает смертельный ужас. Под весёлые крики «Раз!» мою голову силой опускают вниз и держат. Мой крик не слышен под водой. Я сейчас захлебнусь! Воздуха! Отпустили голову, дали вдохнуть. «Два!» — Вика веселится больше всех, а меня снова заставляют нырнуть… кровь стучит в ушах, вода забивается в нос и больно щиплет. Тело непроизвольно дёргается, пытаясь освободиться. Воздуха! Отпустили. «И три!». Нет, не надо! Отчаянный крик снова сменяется бульканьем…