Услышь меня среди могил

32 глава. Весомый повод закосплеить лист А4

Я вернулась домой рано, всего в девять вечера. И это действительно рано, учитывая, что мне случалось возвращаться и в час, и в два часа ночи, и даже под утро. В Навире за подобное я бы уже схлопотала материнский выговор даже с учётом своего совершеннолетия по законам острова.

После разговора на крыше Кирилл проводил меня до дома, но по дороге беседа не задалась. Я молчала вопреки его настойчивым попыткам меня разговорить, а сама снова и снова возвращалась к тому, что произошло на крыше. Лишь на прощание разлепила слипшиеся от волнения и холода губы и пообещала подумать насчёт Бала Ужасов. В конце концов, после поцелуя с парнем пойти с ним же на вечеринку звучит уже не так преступно, правда?

Но стоило остаться одной, как внутри будто всё разом взорвалось, сгорело и рассыпалось пеплом. Я скинула кеды, прошла по темноте в спальню и рухнула на кровать прямо в пальто и шарфе. Уткнулась лицом в подушку и приглушённо застонала от осознания собственной глупости.

Что же я творю? Как могу позволить себе такую беспечность? Почему сразу не придушила в себе это странное чувство, заставляющее вести с Кириллом задушевные беседы на крыше, давать какие-то обещания насчёт бала и… целоваться? Как же непрофессионально вышло! И ужасно подло по отношению к Юле…

«Хотела бы я спросить, учили ли тебя снимать верхнюю одежду при входе в помещение, но знаю ведь, что учили» — в спальню вошла Бусинка и, судя по пришедшему в движение одеялу, запрыгнула на кровать.

— Наскучило дуться? — просипела я в подушку.

«Взяла перерыв. Должна же я узнать, почему ты валяешься как палка колбасы и хнычешь как после зачёта по синей магии».

— Так я и рассказала.

«И кто из нас дуется?» — хмыкнула кошка.

— Просто дай мне время свыкнуться с тем, что я полная дура.

«Я до сих пор с этим не свыклась» — Буся спрыгнула с кровати.

— Угу, спасибо за поддержку, — пробурчала я, не отрывая лица от подушки.

Ответа не последовало, значит Бусинка уже ушла. Пальцы снова похолодели от собственной беспомощности. Я спрятала руки в карманы пальто, чтобы согреться и вдруг нащупала в одном из них кольцо. От него на Кракелюре всё ещё тянулась сияющая нить, устремлявшаяся в сторону кладбища. Чуть не забыла! Я вынула кольцо, надела на указательный палец и отправила Лидии мысленное сообщение: «Лидия, проверка связи. Как обстановка на кладбище?».

Минут десять я с замиранием сердца ждала ответа от княгини и шумно выдохнула, когда её сдержанный гортанный голос прозвучал в моей голове: «Доброй вам ночи, юная барышня. Надеюсь, день ваш прошёл плодотворно и счастливо. Сообщаю о том, что на кладбище ныне царит безмолвное спокойствие. Однако кое-что беспокоит моё, увы, уже небьющееся сердце. У камня, под коим покоится мой прах, я приметила сгущающуюся тьму. Она стремительно растёт, и, хотя пока не имеет осязаемого облика, даже мне, бестелесному духу, под силу ощутить расходящийся от неё во все стороны мертвенный холод. Торопитесь, юная барышня. Я же возвращаюсь к поискам. С искренне благодарностью, княгиня Лидия Воронова».

Наверное, стоило сказать ей, что мысленное сообщение необязательно составлять как классическое письмо, но чего уж теперь. Я отправила ответ с напоминанием, что приближаться к изуродованной чёрной магией душе опасно, а сама наконец оторвалась от подушки, села на кровати и задумалась.

Стремительно растущая тьма, мертвенный холод, ощущаемый даже призраками… До следующей материализации голема всего осталась всего одна или две ночи. Но как Чёрный Каратель сумел так быстро оклематься после недавней взбучки?

Я начала медленно расстёгивать пуговицы на пальто, а сама рассуждала. Первая, вторая… Вариантов не так уж и много. Каратель вполне мог сожрать ещё чью-то ауру, ему ведь даже физической оболочки для этого не нужно. Но тогда Лидия бы точно это почувствовала и сообщила. Третья пуговица, четвёртая… Карателя мог подпитать призыватель. Но для этого нужно уметь видеть Кракелюр, а Юля сегодня не сумела чётко различить ни одного моего заклинания. Или же…

Расстегнув последние пуговицы, я рывком сбросила с себя ставшее удушающе жарким пальто. Подрагивающей рукой стянула с шеи коричневый шарф, от волнения едва себя им не задушив. Я столько раз восторгалась умением Юли выкручиваться из щекотливых ситуаций и выдумывать правдоподобные отмазки, но ни разу не подумала о том, что она могла использовать эту способность против меня.

Я мысленно одёрнула себя. Что за нелепый приступ паранойи? Юле нет смысла мне врать. Она знает, я не успокоюсь, пока не уничтожу Чёрного Карателя, пусть даже её руками. Если бы хотела соскочить, не стала бы рассказывать о своём ритуале. Да и во время нападения Чёрного Карателя на кладбище испуг подруги нельзя было назвать поддельным. Сложно притворяться, когда на тебя нападает огромное чудовище из мокрой земли, веток и битого стекла. В её же интересах избавиться от голема.

Успокаиваясь этими мыслями, я переоделась и в кои-то веки решила лечь спать пораньше. Может мне и неизвестно, почему Чёрный Каратель так быстро восстановился, но нужно быть готовой к его новому появлению.

После выходных мы с Юлей встретились в школе. Точнее, я вошла в класс и увидела её в окружении Вики и нескольких наших одноклассниц. Пенал подруги, полностью выпотрошенный, валялся на полу, а сама Юля взирала на сестру с раскрасневшимся лицом и влажными от слёз глазами. Я не различала слов, зато отчётливо слышала ехидные смешки.