Услышь меня среди могил

42 глава. Холод всегда мне был по душе

Не знаю, сколько времени прошло, но казалось, будто я удерживала Чёрного Карателя целую вечность. Ну или половину вечности, что тоже немало. Голем продолжал выть и отчаянно рваться вперёд — туда, куда ушли сёстры Коробковы. Странно, он уже должен был присмиреть… Чёрт! Да ведь Вика всё-таки не ушла с кладбища!

Закачанная в красно-оранжевые камни брошек энергия иссякала, и подавлять сопротивление монстра становилось всё труднее. Какой же он находчивый, что сделал себе каменное тело, даже дождём теперь не размыть! Слабеющее бордово-алое заклинание больно кололо ладони. Я закрыла глаза и увидела, что в трёх тигровых глазах магия уже закончилась, а из двух последних слабо-слабо сочится. Когда закончатся и они, энергетическое истощение мне гарантировано. А выживание после него — нет.

Погас предпоследний камень, и я почувствовала, как трос-лассо начал тянуть силу из меня. Пока не в полной мере, но этого хватило, чтобы к горлу подступила тошнота, голову сдавило будто тисками, а ноги подкосились. Перед глазами поплыли очертания могил и голых стволов деревьев, а я всё держалась за заклинание, отчётливо понимая, что, если не отступлюсь, погибну или от энергетического истощения, или от Чёрного Карателя. Вырвавшись, он с удовольствием поглотит мою обессилевшую ауру.

Нельзя… нельзя отпускать. Вика ещё здесь, на кладбище. И Юля. Как только заклинание спадёт, Чёрный Каратель бросится на свою жертву. Я не могу допустить этого. Не могу.

В какой-то момент колени подогнулись сами, и я вытянулась во весь рост на сырой листве. Но даже в таком жалком положении моя правая рука продолжала сжимать уже начавший тускнеть конец заклинания-лассо. Я зажмурилась. На моих глазах потухла последняя брошь. В следующий миг живот пронзила резкая боль, словно меня проткнули насквозь. Из глаз брызнули слёзы, и я приглушённо застонала от боли.

Вдруг сквозь окутывавшую темноту я почувствовала, как кто-то взял меня за свободную руку. Чья-то тёплая ладонь мягко сжала мои пальцы. Какая странная галлюцинация, не думала, что они бывают осязаемыми. Докрутить мысль о том, почему мои предсмертные видения оказались предсмертными ощущениями, не удалось. Потому что в меня неудержимым потоком хлынула энергия.

Я чувствовала себя опустошённым кувшином, который наполняют водой из водопада. Боль в животе и тошнота постепенно отступили, голова всё ещё пульсировала, но пальцы правой руки крепче сжали трос сдерживающего заклинания, подпитывая его новой силой. С трудом разлепив слипшиеся от слёз веки, я увидела рядом с собой Кирилла. В условиях кладбища его рваный фрак смотрелся куда более зловеще, чем на Балу Ужасов.

— Дурак, — одними губами прошептала я, всё ещё лёжа на земле. — Нас же обоих сейчас того…

— Я в курсе, что ты хорошая актриса, — хмыкнул Свиридов. — Но не надо здесь трагично помирать. Говори, что делать, чтобы эта тварь угомонилась? Дождик, как я понял, не прокатит.

— Нужно дождаться призывателя и заставить его освободить душу покойника. Или… — я сжала конец сдерживающего заклинания так, что побледнели костяшки пальцев. — Или убить его.

Сейчас мне казалось, что лишить жизни создателя Чёрного Карателя, кем он ни был, лучше, чем отдать собственную. И ещё хотелось верить, что этот самый создатель уже на полпути к своему творению, потому что наши силы на исходе.

— Ага, понял, — коротко ответил Кирилл. — Побуду твоей батарейкой.

— С ума сошёл?! Ты же через пять минут рядом валяться будешь!

— Не думал, что ты считаешь меня таким идиотом, Кудряшка.

Он достал что-то из кармана и повертел перед моим носом. В сиянии багрово-алого заклинания я разглядела какой-то камень. Прикрыла глаза и сразу поняла, какой именно. Ещё один тигровый глаз, набитый под завязку оранжевой магией. Судя по очертаниям, прилажен он был к такой же наградной брошке, что и у меня.

— Но магия внутри оранжевая, — прохрипела я.

— На твоём острове этот цвет вышел из моды? — фыркнул Кирилл.

— Сдерживающее заклинание красное!

— Значит поэкспериментируем.

Я вспомнила, как ещё в Навире мой папа сказал про красную и оранжевую магию: «Классы всё равно смежные». Это внушало надежду.

— Ты как, в себя пришла хоть немного? — после небольшой паузы спросил Кирилл.

— Если только немного.

— Хорошо. Тогда смотри. Груду камней, мусора и палок я беру на себя. А ты своими красными верёвками держи покойника. Вдвоём справимся.

Мне хотелось выдать в ответ что-то вроде: «Раскомандовался!», но времени на споры не было. Да и план Свиридова, по правде сказать, не звучал как бред сумасшедшего. Если энергию его тигрового глаза нельзя добавить к моему заклинанию напрямую, то почему бы не использовать оба цвета вместе?

Кирилл поднял к небу руку, в которой сжимал свою брошь и выпустил в ночные тучи сияющий ярко-оранжевый жгут. Такой же, как тогда, когда мы с ним стояли недалеко отсюда и орали друг на друга. Лёгкая морось в считанные секунды сменилась мощным ливнем. Как только Чёрный Каратель полностью промок, Кирилл выпустил в него чуть более тёмное по оттенку заклинание, и вода на големе и земле под ним замёрзла. Лёд намертво приковал ящероподобного монстра к месту.

Я судорожно вздохнула, наблюдая за этой картиной. Навыки и находчивость Кирилла восхищали. Мне тоже нельзя ударить в грязь лицом. Набрав в лёгкие побольше воздуха, я немного ослабила собственное заклинание, перенаправив его на Кракелюр. Лассо растворилось в воздухе и стало видимо лишь внутренним взором.