Услышь меня среди могил

48 глава. Я обязательно вернусь

Я села на метлу в позе новичка, держа древко между ног. Кирилл таким же образом устроился сзади и осторожно взял меня за плечи. Метла взмыла вверх чуть медленнее, чем обычно и всё время покачивалась в полёте. Мы поднимались выше до тех пор, пока оставшиеся внизу многоэтажки не превратились в муравейники, после чего, резко набрав скорость, направились к дому Свиридова. Дождь уже закончился, но задержавшиеся в воздухе маленькие капельки всё равно оседали на наших лицах, делая нас ещё более беззащитными перед морозным ветром.

И всё же обветренное лицо казалось приемлемой платой за то, чтобы преодолеть за десять минут расстояние, на которое пешком ушло бы все сорок. К тому же мы здорово сэкономили время на подъёме по лестнице, приземлившись сразу на балконе. За плотными бордовыми занавесками горел приглушённый свет. Значит, Елена Владленовна ещё не спит.

Кирилл сделал глубокий вдох и осторожно постучал.

— Ну и напугали же, волшебники! — всплеснула руками Елена Владленовна, открывая балконную дверь.

— Так быстрее, мам, — коротко пояснил Кирилл. — Аманда спешит. Она такая же как я. Даже сильнее. И она сможет тебе помочь.

Елена Владленовна тихо хмыкнула и покачала головой, давая понять, что давно обо всём догадалась. Дурацкий акцент!

— Полагаю, взамен вы потребуете что-то посущественнее денег? — она сделала ударение на «вы», показывая, что обращается не столько ко мне, сколько ко всем навирцам.

Я немного поёжилась от её пристального взгляда. Говорить правду было ужасно неловко и стыдно. От дежурной утверждённой уставом фразы: «Именем Синклита Навира я отчуждаю метиса от Большого Мира», произнесённой даже про-себя, становилось противно и тошно, будто я безжалостно отнимаю у этой семьи их самое больше сокровище.

К счастью, Кирилл избавил меня от необходимости отвечать и принялся полушёпотом — Рая уже спала — разъяснять матери ситуацию. Та поначалу возмущалась, утверждала, что никуда не отпустит сына, потому что не хочет, чтобы он так же бесследно сгинул, как его отец. Всё время их разговора я стояла чуть поодаль и то и дело поглядывала на часы, гадая, успею ли попрощаться с друзьями из Большого Мира на их языке или же нам придётся делать это жестами. Наконец, Елена Владленовна крепко обняла Кирилла и поцеловала в обе щёки. Скрепя сердце отпустила.

— Времени мало, — я протянула ей малахитово-жемчужное ожерелье. — Вот, пожалуйста, наденьте и ложитесь в кровать.

Елена Владленовна кивнула, опустилась на постель и принялась возиться с замочком. Кирилл помог матери застегнуть украшение и кивнул мне. Я подошла ближе, сделала вдох и закрыла глаза. Только бы не накосячить!

Я направила руку с открытой ладонью к ожерелью. Тонкие сияющие ниточки изумрудного и белых цветов с готовностью потянулись навстречу. Несмотря на ограниченное количество времени, я старалась не спешить. Магия живой природы чем-то схожа с ментальной, она не терпит суеты. В моих пальцах ниточки неторопливо связывались друг с другом в аккуратные узелки и петли, создавая вокруг ног Елены Владленовны переливающийся кокон с причудливым орнаментом.

— Боже мой… — ахнула она. Видимо, заклинание просочилось на физический уровень.

Кирилл тоже наблюдал за моей работой с открытым ртом. Я продолжала плести, пока все ниточки до единой не стали частью этого кокона. Недолго думая, добавила от себя самую малость жёлтой магии, которая мелким золотистым горошком легла на изумрудно-белое плетение. Укрепление костей лишним не будет.

По лёгкому взмаху руки кокон начал постепенно впитываться в ноги Елены Владленовны. Та заёрзала в постели, и я на миг испугалась, что что-то перепутала. Но обошлось. Она лишь негромко и восхищённо произнесла:

— Ого, ноги будто в горячий песок закопали.

Я улыбнулась, не открывая глаз, и продолжила наблюдать, как целительский кокон неспешно растворяется в ногах Елены Владленовны.

— Готово, — сказала я, как только заклинание полностью подействовало.

Кирилл тут же подбежал к матери и аккуратно помог ей встать на ноги. Колени женщины напряглись в ожидании привычной боли, руки сами потянулись за прислонёнными к кровати костылями, но замерли на полпути. Взгляд Елены Владленовны был прикован к ногам. Она осторожно шагнула вперёд, затем бесцеремонно отодвинула сына в сторону и сделала ещё пару шагов.

— Поразительно… — выдохнула Елена Владленовна, не поднимая головы. — Ноги как новые.

Кирилл осторожно обнял её, словно боясь, что волшебство рассеется от одного его прикосновения. На этот раз Елена Владленовна не стала его отталкивать, наоборот, крепче прижала к себе и даже привстала на цыпочки, что ещё пару минут назад казалось для неё невозможным. Я услышала приглушённый всхлип. Кирилл успокаивающе гладил мать по голове.

— Я вернусь, — Свиридов старался говорить спокойно, но в глазах стояли слёзы, которые он безуспешно пытался сморгнуть.

— Будь осторожен, сынок, — тихонько причитала Елена Владленовна ему в плечо. — Умоляю тебя, будь осторожен. Аманда, солнышко, — вдруг обратилась она ко мне, — приглядывай за Кирюшей, хорошо? Я могу на тебя рассчитывать?

— Ну мам…

— Не мамкай.

— Можете на меня положиться, Елена Владленовна, — ответила я.

В её глазах отчётливо читалось желание продлить момент прощания с сыном. Накрыть на стол, вместе выпить чаю, помочь собрать вещи, даже если это и не нужно. Но время поджимало, и Елена Владленовна не стала нас задерживать. Ограничилась лишь тем, что заставила сына переодеться в чистое, а потом он сам тихонько пробрался в комнату младшей сестрёнки, чтобы чмокнуть её в макушку.