Услышь моё имя, истинный!

Глава 2 Истинность - не шутки

— Это какая-то шутка? Вы сговорились? — не поверила услышанному.

Отец обречённо покачал головой и, подойдя ко мне, крепко обнял.

— Я был бы очень рад, если бы это оказалось фарсом, но нет. Оракул действительно назвал твоё имя, Таласса. И я как никто понимаю, что именно это означает.

— Тогда почему такое настроение? Это же здорово! Я так мечтала, что однажды стану парой для высшего, — не унималась я.

— Идём-ка в дом. Утром поговорим, — осадил меня отец. — К Мире заходить не вздумай. Она устала за день, пусть отдохнёт.

По одному его взгляду стало ясно, что путь в покои сестры мне этой ночью заказан, и если ослушаюсь, неприятности, обещанные Оракулом, найдут меня куда раньше, чем я встречу того, кому уготована судьбой.

— Тала, прошу тебя, забудь об этом. Считай, что ничего этого не было. Я не говорила тебе о словах Оракула. Хорошо? — утирая слёзы, попросила сестра, которую наш родитель активно подталкивал к лестнице, ведущей наверх в её покои.

— Я…

— Она подумает, Мира. Иди отдыхать. Обсудим всё утром. Расскажешь нам ещё раз всё в подробностях, — спокойным тоном сказал ей отец и погладил по голове, словно маленького ребенка.

Сестра что-то буркнула в ответ, захлюпала носом, но противиться не стала и послушно отправилась в свои покои.

Мне оставалось только вздыхать, глядя на то, как она поднимается на второй этаж и скрывается в коридоре. Как дождаться утра? Как вытерпеть, когда вопросы не дают покоя, а любопытство буквально сжирает меня изнутри?

Драконий Бог сказал, что я — пара для одного из его созданий. Для кого? Кто он, мой суженый?

— Таласса, — вздрогнула от неожиданности, услышав голос отца.

Он всегда называл меня полным именем, не используя сокращений.

— Да?

— Наш Бог никогда не ошибается. И если он назвал тебя истинной высшего, то так оно и есть, — сказал он, пристально глядя мне в глаза.

Мужчина склонился ко мне и приобнял. Снова. От него повеяло морем и свежестью. А чем ещё может пахнуть водный дракон? От него я унаследовала не только магию, но и белые, цвета первого снега, локоны, и голубые глаза, зрачки которых в моменты тревоги или отчаяния приобретали продолговатую вертикальную форму, но затем возвращались в прежний вид будто ничего и не случилось.

— Никогда не думал, что однажды прочувствую на своей шкуре то, что испытал мой “драгоценный” свёкр, узнав, что его дочь*** — истинная для ему подобного. Должен признать, меня это не обрадовало, — белый дракон отстранился и выглядел каким-то…растерянным.

Я не знала, что сказать. Историю их знакомства с мамой я знала из первых рук, и было в ней много испытаний, самопожертвования и, конечно же, всепреодолевающей любви. Именно любви, а не слепого следования за истинностью, как у прочих. Их чувства зажгли в моём сердце искру, которая тлела уже много лет и вот-вот грозила разгореться в настоящий пожар.

— Ты сейчас пойдёшь в свои покои, а я — в свои. Но что бы ни случилось после, помни одно, — отец сделал паузу, на лбу его выступила испарина, кулаки сжались, он тяжело вздохнул, будто говорил всё это через силу, понимая неотвратимость того, что меня ждёт.

***Историю родителей Талы можно почитать вот в этой книге: https://litnet.com/shrt/g82X