Успокойтесь, дорогая супруга

Глава 13

– Познакомься, Луиза, герцог Кенерийский, мой старый друг, партнер и акционер. А это моя дочь, Луиза Эдинтер, будущая мать наследника Эдинтеров.

Здесь традиция выкупа за невесту практикуется повсеместно, собственно, сам брак – это обмен капиталов, выкуп меняется на приданное, зачастую неравнозначное, но к приданному прилагается еще и будущее наследство невесты. Вспомнить хотя бы чаяния лорда Мертона улучшить свое финансовое состояние за счет будущего зятя. Это молодые болваны – вроде тех, в салоне мадам Эрхи – сватаясь к леди, вооружаются нежными чувствами и верят в брак по любви, без примеси презренных денег. А их отцы тем временем за закрытыми дверями кабинета делят свои финансы, пытаясь найти золотую середину для двух семей.

– Рада познакомиться, лорд Кенерийский, – мужчина возраста хорошего вина склонился к моей руке, огладив седые усы.

И моя покупка легальна только потому, что начальная стоимость и последующие цены – это размер обязательного выкупа с точки зрения закона, а не "преступная торговля людьми". Да-да, самой смешно, но всё подаётся именно так. И сейчас самые ушлые наверняка уже оценили собственные накопления и отписались герру, не желая, скрипя зубами, поднимать ставку в попытке перебить чужую цену.

– Вольдемар, твоя дочь как драгоценная роза среди ромашек, – меня одарили непритязательным комплиментом, впрочем, более не акцентируя внимание.

А перебивать придется, потому что истинным товаром торгов выступаю не я, а гарантированное партнерство в бизнесе отца. Выгода сторон проста: отцу нужно пристроить единственную дочь и снять с себя головную боль по передаче семейного наследства, заодно приобретя полезные родственные связи. Те же самые связи будут интересовать будущего жениха, хотя в нашем случае связи сомнительные, отчасти случайные и едва ли не венерические в политическом смысле. Я вообще предполагаю, что здесь к Луизе никто не подкатывал не только из-за возраста, но и из-за неоднозначной репутации ее папочки.

– Такую статную княжну необходимо пристроить в надежные руки, – задумчиво покивал партнер отца. Уж не себя ли имеет в виду? А, хотя нет, лорд Кенерийский и так имеет то, ради чего затевается торг.

Кроме связей, конечно, жених имеет виды на женино наследство, ставшее его по праву после смерти тестя. Именно это получил бы мой будущий муж, заключи он помолвку, как честный человек. Но никто и никогда не принудит герра вести бизнес с зятем, это останется на усмотрение отца невесты и его доброй воли. В случае же нашей семьи отец продает не только меня, но и условную долю в фабриках, а также право принимать важные решения относительно их развития. И вот это уже может заинтересовать рагондских лордов, сколько бы они ни воротили носы от торгашества. Ход явно дался отцу непросто, но я не я буду, если князь не отобьет проданные доли ценой выкупа. А я, по сути, приятный бонус и минус одна проблема семейства Эдинтеров.

– Именно. В связи с чем я готов внимательно выслушать тебя, Крэйг, – серьезно ответил отец и закрыл дверь кабинета прямо перед моим носом. Досадно.

Так что будущий жених явно заплатит больше стандартного выкупа, зато войдет в местный совет директоров, если можно так назвать практически единоличное владение мебельными заводами семьей Эдинтеров. Увы, аукцион – это не брачное мероприятие, а самое что ни на есть деловое, с нотками крупной сделки и круглосуточной работы нотариусов. Ну и относиться ко мне будут соответствующе, как к купленной вещи, что втайне порадует нечистого на моральное благородство мужа. Надеюсь, богиня меня убережет от латентного психопата.

– Прошу прощения, госпожа, письма для герра, – подоспевший лакей аккуратно обогнул меня, постучав в дверь.

– От кого?

Слуга скосил глаза на меня, на конверты и понизил голос.

– От графа Бридена и барона Дерена. Но я вам этого не говорил. Ваше сиятельство, личная почта! – дверь снова хлопнула, отрезая мне путь.

Что ж, а вот и первые птички. Оба писаря были на литературном вечере и оба, насколько мне известно, ранее не состояли в переписке с главой семейства Эдинтеров. Хе-хе, обратный отсчет пошел.

Не забыть поблагодарить Амелию, которая старательно подогревала слухи в свободное время, подзуживая холостых лордов вступить в соревнование – нет, не друг с другом, а со мной. Мол, княжну не каждый мужчина одолеет в словесной схватке и приучит покорности, а оттого по зубам она лишь сильнейшему. Забавный образ, но мне на руку.

– Леди, вам тоже письмо, – выскочивший лакей протянул мне конверт.

Я недоуменно посмотрела на имя отправителя. Амелия, рядом с печатью знак личной переписки. Странно, обычно она ограничивалась записочками, переданными со своим слугой, или же стандартными письмами без дополнительной маркировки о срочности или личной тайне.

«Луиза, сегодня вечером к вам в дверь постучится дама, находящаяся в большей беде, чем одна известная дева, которую мы обсуждали при последней встрече. Умоляю, примите ее, иначе сия особа обречена. С мольбой и упованием на вашу милость, Амелия. P. S.: Позже я обязательно встречусь с вами лично и обсужу произошедшее».

Так-так, что же успело произойти? В последний раз мы обсуждали именно ее, Амелию, и будущее моей подруги. Уж не с этим ли загадочным письмом связан отцовский гость? И что это за обреченная особа?

Спустившись вниз, я велела привратнику доложить лично мне, если к нам заглянет кто-либо женского пола, особенно если попросит меня. Есть у меня смутное предчувствие относительно сегодняшнего вечера, но всякие гипотезы следует оставить на потом, а сейчас озабочусь делами посерьезнее.

– Цинита, накрой в чайной стол для меня с отцом и передай ему предложение почаевничать, как только гость покинет Эдинтер-холл, – я притормозила спешащую служанку. Та кивнула и унеслась в противоположном направлении, на ходу перепоручая предыдущую задачу коллеге.

Против воли я начинала нервничать. Уф-ф-ф, вся моя затея шита белыми нитками и строится исключительно на логике моего мира, на знании психологии человека двадцать первого века, может быть, даже на моей личной находчивости и сопротивлении открытой попытке распорядиться моей жизнью. Но кто знает, может, здесь законы мира совсем другие и я не смогу повлиять на свою судьбу?