Усы за двенадцатью замками

Гномья гордость

Автор: Настя Фокина

Наш гномий народ, жители Дварфа, существует уже несколько тысяч лет. И в традициях, и в культуре у нас заложено так, что каждый гном-мужчина, имеющий смелость назвать себя представителем своего племени, обязан иметь усы. И чем больше и гуще — тем большим уважением ты пользуешься. Уровень мужественности, силы и ума у нас измеряются усами. А если ещё и присовокупить к ним добротную бороду, — так вообще можно войти в историю и потом про тебя будут читать в учебниках последующие поколения.

Почему так сложилось? Это всё благодаря Создателям. Ходят легенды, что мы, гномы, начали свою историю с четверых братьев — Двергура, Ембаланга, Идайо и Лютена. Говорят, что когда только они родились, у них уже были усы! У Двергура были густые, непослушные, вьющиеся во все стороны и больше похожие на леску, чем на волосы. У Ембаланги, наоборот, усы были прямые, гладкие, длинные. Поговаривают даже, что когда он ел, ему приходилось завязывать их на макушке, чтобы не мешались. У Идайо были усы, которым втайне позавидует любой гном — лихо подкрученные. Ох и красавец он был, говорят — любимец женщин! А у Лютена, как у самого младшего брата, усы были короткие и будто до конца не оформившиеся.

Родились эти братья в центре нашего мира и разошлись на четыре стороны света, строя города, создавая семьи и творя историю. С того самого времени и повелась эта «усатая» традиция. Причём в каждой стороне света у каждого племени были точно такие усы как и у их прародителя.

Я — наследник Двергура. И у меня, и у моих соплеменников усы такие же, какие были у него — непослушные и кучерявые. У нас, к слову, многие дети рождаются уже с усами! А если есть усы у женщины — тут уж начинаются настоящие войны за её сердце. Потому что двергурийка с усами — верный признак благополучия, плодородия и здоровья. А любить она тебя будет… О-о-о-о, самая дорогая шлюха Дварфа так не любит, как усатая двергурийка!

Мне в этом плане, конечно, повезло. Моя Арнедия — обладательница самых дивных усов, что я когда-либо видывал у женщин. И наследственность у неё отменная! Слава Двергуру, все наши семеро деток родились с пушком над верхней губой. И даже младшенькая — Корнелия… Ох, и повоюем мы с её женихами!

И из-за того, что у меня такая чудная жена и большая семья, многие мои товарищи мне завидуют. Всё-таки усатая гномиха в нашем племени — это огромная редкость. А мои соплеменники не понимают, как у такого простака как я, не отличающегося красотой и не хватающего звёзд с неба на лесопилке, могло всё сложиться так удачно в семье.

Со стороны-то оно всегда кажется, что всё дело в простом везении. Но никто даже не догадался поинтересоваться, сколько я добивался расположения моей дорогой Арнедии.

Мы познакомились с ней будучи ещё совсем юнцами. Помню, вся наша деревня собралась тогда на ежегодный праздник Плодородия, который мы отмечаем в начале весны. Моя будущая супруга пришла туда вместе со всей семьёй: с отцом, матерью и девятью сёстрами. Но самая красивая и усатая среди них была она одна. Помню, я как увидел этот русый пушок под её «картофельным» носиком — понял, что пропал!

А отец её был не из обычных гномов, и так просто ни к нему, ни к его дочери не подойдёшь.. Он был владельцем всех ближайших в округе водяных мельниц — а это не хухры-мухры! Это сейчас он всё распродал, потому что времена тяжёлые настали. А в то время он имел большое влияние, и если бы к кому из его семейства подступился, то всю мою семью просто засмеяли бы.

Единственным выходом тогда было — чтобы Арнедия сама в меня влюбилась и сказала отцу, что хочет за меня замуж, по-другому меня к ним и на порог бы не пустили.

Как я только не изворачивался: и записочки всякие со стихами передавал, и цветы под ноги с крыши кидал, и подругам её бабушкиным мёдом приплачивал, чтобы они про меня ей хоть словечко замолвили. И так продолжалось около года, пока наконец моя красавица не захотела познакомиться со своим тайным воздыхателем.

Разумеется, она ожидала увидеть какого-нибудь крепыша с богатыми родителями, но, хочу сказать, что и я, сын рыбака, в то время был не промах — усищи у меня были гуще бороды. Они-то, наверное, её и подкупили даже больше, чем мои ухаживания.

И вот так потихоньку мы с ней начали общаться, встречаться и в один прекрасный день она заявила отцу, что хочет, чтобы я стал её женихом. А там понеслось: быт, работа, старший сынок, второй, третий, и так дальше…

Я-то как женился, думал, что другие гномы меня ещё больше уважать начнут, а они стали завидовать. Сначала подшучивали, а затем и вовсе выгнали из своей компании, а потом много раз творили всяческие пакости в мой адрес. То подожгут солому на заднем дворе, то курицу украдут… А то, бывало, повесят на дверь венок из первоцвета — самый верный признак разлуки! Стыд-то какой!

И вот они дошутились, доглумились, что уж не выдержала моя дражайшая Арнедия. Говорит мне:

— Если ты — достойный предок Двергура, то ты должен прогнать с нашего двора этих поганцев!

Их тогда, помню, было гномов пять. А в драку-то лезть страшно! Я и ростиком их пониже и весом поменьше — такой себе боец. В общем, захватил я с собой вилы и давай орать с крыльца, чтоб проваливали.

Разумеется, никуда они не ушли. Хохотали, разбрасывали по огороду с капустой жуков и топтали свёклу, которую моя Арнедия с таким трудом выменяла в том году у базарки.

Я плюнул, вернулся в дом, а там, уперев руки в бока, стоит моя ненаглядная и страшно так на меня смотрит… Так смотрит, что мне захотелось вилами выколоть себе глаза, чтобы не видеть как она на меня вылупилась. Так-то она гномиха у меня добрая, чуткая, но когда злится — дай мне сил, великий Создатель, чтоб провалиться под землю и не попадаться ей под руку!