Утренняя звезда. Точка невозврата

Глава 2

Лучезар разлил яблочный нектар в шесть стаканов по числу присутствующих на мостике членов команды.

– Спасибо, – Лиза негромко поблагодарила Горского, принимая стакан из его роботизированной руки. На миг их пальцы соприкоснулись, и Лизавета недовольно поморщилась. Все напоминания о прошлом, включая протезы Лучезара и даже ласковые интонации его голоса по отношению к ней, вызывали у женщины досаду.

Яблочного сока хватило ровно на шесть порций. Лучезар поднял стакан с соком, салютуя:

– За успешное завершение нашей работы.

– Наша работа только начинается, Горский, - Майк сварливо поправил его, недовольно скривившись от этого пафосного жеста.

– Ее первой части, разумеется, – инженер сдержанно улыбнулся и пригубил напиток.

Слава с Мартой пили сок неуверенно, словно сомневались, стоит ли им вообще употреблять такое. Марте Ванда откровенно не нравилась, и, в отличие от Лизаветы, молодая программистка не считала необходимым свое отношение скрывать. А Марков в попытке удержать ускользающее внимание своей девушки, старался не перечить ей в мелочах, и потому тоже воротил от Ванды нос, показательно ее игнорируя.

А вот командир могучим глотком ополовинил свой стакан, довольно крякнул и искренне похвалил:

– Сто лет не пил свежего яблочного сока. Очень вкусно.

Лизавета нахмурилась:

– Разве? Я же в прошлом году все лето делала вам с Катюшей свежие соки. У нас же три яблони в саду росли…

– Да, действительно, – Такер озадаченно почесал затылок. – Прости, Лиззи, но это было и не в прошлом году, а по факту пять лет назад. После криосна мне вообще кажется, что Земля была в прошлой жизни…

Командир озвучил мысль, которая так или иначе посещала каждого, кто находился на борту «Утренней звезды», поэтому на пару мгновений на мостике повисла тишина.

Лиза пила свой сок маленькими глоточками и, казалось, вовсе не чувствовала вкуса. Не потому что сок был плох или она злилась на Ванду, просто ее мысли сейчас оказались очень далеко отсюда, в маленьком садике их уютного домика под Новосибирском.

– А в этом году яблок, наверное, не будет, – она протянула задумчиво, ни к кому особенно не обращаясь. – Они же плодят через год.

– «Алеся» наверняка плодоносит и в этом году тоже, – Горский проговорил ровным голосом, словно по привычке давая справку. В ответ на недоуменный взгляд Лизаветы улыбнулся, – Ну, та маленькая кривенькая яблонька, которую… – он осекся, замолчал и отвел глаза.

Лизавета только закусила губу и скованно качнула головой, спрятав взгляд за стаканом с соком. Кривенькую яблоньку сорта «Алеся» Лучезар подарил ей на их новоселье, когда они вдвоем переезжали в полученный от профсоюза Космофлота маленький семейный домик под Новосибирском. Тот самый, который позднее стал домом для семьи Такер. А тогда они оба смеялись над неказистым внешним видом деревца. Но уже на следующий год яблонька принялась так бойко и исправно плодоносить, что все смешки и шуточки относительно нее были забыты.

Допив свою порцию сока, Лиза на просвет посмотрела на опустевший стакан. Протянула:

– Ну вот, а Василию Ивановичу сока не хватило.

Горский проворчал негромко, не спеша цедя яблочный сок:

– Что ж ты все о нем так переживаешь?

Лизавета мотнула головой, обидевшись за доктора. Укоризненно покосилась на Горского:

– Василий Иванович заслужил хорошее к себе отношение. Он всегда всем искренне хочет помочь, несмотря на то, что пришлось пережить ему самому.

Инженер смутился, залпом допил остатки сока:

– Да, конечно, извини. Вэнди сделает еще. Да, Вэнди? – он повернулся к девушке, и та, тут же отреагировав на его призывный взгляд, скользнула к нему, обвив рукой его талию. Игриво толкнула Горского бедром, ущипнула за ягодицу, и рука ее уже потянулась к его паху, но Лучезар стыдливо отстранился:

– Вэнди, ну, я же просил тебя.

Девушка надула пухлые губки:

– Подумаешь, - и покосилась на Лизу, которая, пунцовая, смотрела на эти телодвижения со смесью смущения и осуждения. И, явно впечатлившись реакцией на первую свою выходку, показала язык Лизавете.

Такер смотрел на них, играя скулами, хоть и не ясно было, на что именно он злится больше: на фривольное поведение Ванды или на то, что его жена любезничает с бывшим женихом. Наконец, он не выдержал:

– Доктор Горский, могу я попросить вас вернуться к вашим непосредственным рабочим обязанностям? – проговорил сварливо.

– Ах, да, – Лучезар спохватился. – Я же обещал вам всем кое-что…

И отошел к главной консоли, оставив девушек наедине.

– А мы поженимся с Лучиком, – Ванда решила продолжить свой эпатаж. – Он мне обещал.

– Очень за вас рада, – Лиза проговорила подчеркнуто вежливо и растянула губы в дежурной улыбке.

– И все? – девушка показательно расстроилась. – Я-то думала, что вы нас будете поздравлять и дарить подарки.

Вздохнув, Лизавета досчитала про себя до десяти, выдохнула и проговорила, старательно спокойно произнося слова, пытаясь думать о том, что Ванда просто несчастный невоспитанный почти еще ребенок: