Утро нового века.

Часть вторая. Пламя на ветру. Глава 4

Ксения добрела до своей спальни и без сил опустилась на кровать.

Как же она устала от своего бесцельного существования…

Девушка сняла роскошную шляпку с вуалеткой и с раздражением стала выдёргивать из волос гребни и шпильки. Густые русые волосы волной рассыпались по плечам.

Посмотрела на своё отражение в зеркале и не увидела его. Слёзы затуманили ей взор и неудержимой рекой полились по щекам.

Как ей невыносимо и тяжело ездить с матерью по петербургским салонам её подруг, чувствовать на себе изучающие взгляды солидных дам и их жеманных дочерей. Терпеть ненужные комплементы мужской половины общества. Театры, гуляния, балы и приёмы.

Как всё это было чуждо её натуре.

Только лето, проведенное на дачах, на Ладожском озере, оставило светлое воспоминание в её душе.

Вначале мать настаивала на поездке в Швейцарию, но Ксении удалось проявить твёрдость и отказаться от неё.

По узкоколейной Ириновской железной дороге, от Охты, они медленно ехали до станции Борисова Грива.

Снятая на лето семьёй Карницких удобная, большая, двухэтажная дача располагалась за Белым островом.

Это было излюбленное место отдыха адвокатов, врачей, профессоров и господ богемы: художников, актёров, литераторов.

Любимым развлечением девушки в тёплые вечера стала игра в крокет. Небольшой пустырь на окраине дач был выбран для крокетной площадки соседями из ближайших дач. Мужчины же объединялись в команды и играли в необычную, довольно азартную и энергичную игру под названием футбол.

На озере устраивали лодочные катанья и купания на открытых пляжах для мужчин и в закрытых купальнях для дам.

Деревянные мостики уходили далеко в воду и желающие искупаться, пройдя по этим мосткам, оставляли одежду в кабинке, спускались по лестнице в воду в том месте, где можно было плавать.

Вдоль берега находили себе удовольствие пропадающие с раннего утра до вечера любители рыбной ловли. И хотя результаты улова были невелики, но рыбаки за ужином оживлённо обсуждали, где на озере лучшие рыбные места.

Ксения не только научилась играть в крокет и плавать, она брала уроки верховой езды. Для этого Маргарита Львовна заказала для дочери изящное платье – летнюю амазонку.

По дорожкам для верховой езды Ксения ездила не одна. Почти постоянно на этих прогулках её сопровождал сосед по даче, богатый фабрикант Измайлов Глеб Александрович.

Он приезжал на дачу только на выходные. В остальные дни недели посвящал управлению фабриками.

Этим летом Маргарита Львовна отмечала свои именины на даче.

Именно в тот день в их доме появился господин Измайлов.

Балкон и веранда были украшены гирляндами из зелени. В саду на протянутой в разные концы проволоке развесили разноцветные флажки, между ними цветы и китайские бумажные фонарики.

С наступлением темноты в фонариках зажгли свечи. Их таинственное свечение во мраке сада придало праздничное настроение имениннице и её гостям.

Ужинали прямо в саду за большим накрытым изысканными блюдами и напитками столом. Свечи оградили от ветра прозрачными стеклянными колпаками.

На устроенный в конце вечера на берегу озера фейерверк пришли полюбоваться почти все соседи.

Вращающееся огненное колесо, прыгающие по воде огненные лягушки, римские свечи и цветные ракеты вызвали всеобщее восхищение и доставили всем большое удовольствие.

По словам матери, всё это великолепие ради её именин доставили из Петербурга рабочие с фабрики Глеба Александровича. Будучи приглашённым на семейный ужин, он решил сделать имениннице подарок и закупил этот эффектный фейерверк в пиротехническом магазине.

Измайлов появился из темноты сада в летней соломенной шляпе с прямыми полями, в белой рубашке, тонкой материи пиджаке, с нашитым поверх кармашком для часов, в светлых брюках и лёгких туфлях. В одной руке он нёс корзину с алыми розами, в другой –корзину с фруктами, сладостями и несколькими бутылками шампанского.

Лицо Глеба Александровича не отличалось красотой или утончённой изысканностью.

Ростом высокий, с покатым лбом и смугловатой кожей. Густые тёмные волосы гладко зачёсаны со лба. Широкие изогнутые брови над серыми глазами придавали слегка удивлённое выражение его лицу. Между бровями, на переносице хмурая складочка-морщинка. Резко очерченный рот, крупный нос и волевой подбородок делали его похожим на изображения древних императоров на римских монетах. Когда Глеб Александрович улыбался, ровный ряд белых зубов освещал его хмурое лицо. Именно это выражение немного портило его внешность

Со дня именин Глеб Измайлов стал очень частым визитёром в их доме.

Отдых на даче стал для Ксении во много раз приятнее, чем вид той же московской и петербургской публики на водах. Там девушке показалось, что она избавилась от чувства горечи, обиды и тоски.

Именно тоски.

Потому что всё это время, как не старалась гнать от себя мысли о своём друге, они не оставляли её ни на минуту.

Он преследовал её постоянно!

Входя ли в театры, в бальные ли залы, Ксения ловила себя на мысли, что ищет его глазами. Вдруг Арсений здесь, и можно хоть мельком, хоть издали увидеть его? Тщетно...

Уже полгода длился этот кошмар, и конца ему не было видно. Чувство любви к этому человеку захлестнуло Ксению и всё сильнее сжимало её сердце. Она плохо спала ночами, думая об Арсении.

Вертясь на постели, засыпала тревожным сном и, просыпаясь, видела его облик перед глазами. Никогда ранее такого с ней не было.

К своему стыду, Ксения не знала, как справиться с грешными мыслями и, думала, стоило ли быть такой неприступной?

Она ушла не оттого, что оскорбилась на слова Адель, а оттого, что эта девушка поняла, что она, Ксения, любит Арсения Рунича не так, как любят сёстры братьев. Адель. Она лишь тень в его жизни, вынужденная гавань от одиночества. Возможно, не надо было быть такой злой и несправедливой и самой, самой попросить у него безумной и сладкой отравы? И только потом уйти. Быть может, навсегда.