Утро нового века.

Часть четвёртая. Предательство. Глава 4

Утром, во время завтрака, за столом висела тишина. Только мирное тиканье больших напольных часов и звяканье посуды нарушало его.

Даша не поднимала глаз от своей тарелки. Андрей, сосредоточенно читал «Биржевой Вестник».

Сжимая горячую чашку в руке, Арсений не спеша пил чёрный, крепкий кофе. Его любимые сливки, которые он обычно добавлял в кофе, остались нетронутыми.

Елена, украдкой посматривая в его сторону, отметила про себя, что, не смотря на внешнее спокойствие, он крайне вымотан случившимся этой ночью. Бледное лицо, в глазах - лихорадочный блеск. Она почувствовала, он весь, как натянутая струна.

Допив кофе, Арсений поставил чашку, громко звякнув о блюдце и, встал из-за стола.

- Благодарю, - нехотя буркнул он, решительно направляясь к дверям. – Я покидаю вас.

- Куда идёшь? - не отрываясь от чтения, поинтересовался Андрей Михайлович.

Последовал немедленный ответ:

- Прогуляюсь.

- Хорошо. – Рунич выглянул из-за газеты. – Ступай, проветрись.

Елена насторожилась и поджала губы. Ей не понравилось как, уходя, Арсений посмотрел в сторону отца и Дарьи.

Покинув столовую, Арсений остановился в коридоре. Через минуту, ноги, словно сами, повели его в прихожую, где накинув на плечи пальто, он вышел за порог «Дюссо».

Хмурый и угрюмый, побрёл, сам не зная куда.

******

Адель возвращалась от портнихи домой и думала о том, что вовсе будет неплохо пообедать в трактире «Столбы».

С самого утра она ничего не ела. Утром, выпив чашку крепкого кофе с печеньем, весь день ездила по лавкам, и, делая покупки, даже посетила Пассаж.

Она проезжала мимо небольшого храма. На золочёном куполе, тянувшейся вверх, к небу, колокольни, сверкали лучи заходящего солнца. Над окрестностями слышался колокольный звон, а солнечные лучи растекались по небу золотой пеленой. Всего пять часов вечера, и скоро наступят зимние сумерки.

Пролётка остановилась возле трактира. Расплатившись с извозчиком, француженка направилась в заведение.

Трактир «Столбы» был весьма приличным заведением.

Не кабак, или дешёвый трактир на окраине столицы, в котором находиться было не комфортно и не безопасно. В таких местах околачивались подозрительные, тёмные личности, пьяные извозчики, фабричные рабочие. Тут были нередки драки и убийства.

Куда как спокойно скоротать время в приличном трактире, каковым и являлись «Столбы». Тут бывали солидные люди, мещане, купеческое сословие. И даже дворяне не гнушались отведать жареной поросятины, супа из раков и наивкуснейшего рыбного пирога. Здесь столовые приборы сверкали чистотой, накрахмаленные белые скатерти, расторопные и опрятные половые, а из кухни доносится чудесный аромат аппетитных и вкусных закусок. Причём водка была настоящая, а не «балованная». И если за обед в ресторане нужно было заплатить два рубля, то здесь всего пятьдесят копеек.

Многие приходили сюда не только выпить и закусить, но и совершить сделку, встретиться с нужными людьми и провести переговоры. Для этого имелись несколько отдельных кабинетов.

И самое важное, что привлекало к этому месту француженку. Это был едва ли не единственный трактир, где не устраивались, любимые в иных питейных заведениях, тараканьи бега.

Войдя в залу, Адель тот час увидела знакомое лицо. Недалеко от входа, за столом, сидел Арсений Рунич.

— Видимо и правда ты — моя судьба! — всплеснув руками, насмешливо воскликнула она. — Наши пути постоянно пересекаются.

— Рад тебя видеть. — Арсений кивнул на стул. — Садись, союзница.

— Да, похоже, что из любовников, мы стали союзниками.

— Любезный! - Арсений подозвал полового.

В белой косоворотке и таком же переднике, с белоснежным полотенцем, перекинутом через руку, тот подскочил к паре.

- Что прикажете-с, сударь?

- Чем угоститься у вас можно?

- Балычок, икра осетровая паюсная, телятина жареная, лососинка, котлетки "Грилье".

- Балык, телятина, салат.

- Слушаю-с. Что барышне пожелаете заказать?

- Апельсинов и лимонаду. Мне  пару шкаликов «белоголовой» водки, а даме бокал красного вина «Мюскадель».

Спустя несколько минут половой принёс поднос с едой.

Арсений положил на тарелку тонкий ломтик балыка, налил в рюмку водку.

Адель внимательно присмотрелась к нему и почувствовала, что с ним что-то не так.

— У тебя всё хорошо?

— Да, - Арсений откинулся на спинку стула. - Всё замечательно.

Он выпил  и, не закусывая, закурил сигарету.

Но Адель невозможно было обмануть.

В лице Арсения не было света. Оно осунулось. И горечь. Горечь в глазах, в изгибе губ, в повороте головы. Даже в том, как он улыбался. И этот нежданный вопрос.

— Скажи, ты ненавидишь меня?

— Я просто стараюсь забыть тебя, — призналась девушка. — Хотя воспоминания о прошлом болезненны для меня.

— Я никогда и ничего не обещал тебе.

— Не обещал, не говорил, — вздохнула она. — Боже мой! Чего вы, мужчины, только не говорите, когда вам надо залезть в постель. И ты не исключение. Ты даже не понимал, что я чувствовала в такие минуты.

— Теперь понимаю. - Он наполнил свою рюмку и предложил. - Давай, как в старые добрые времена, выпьем.

— Твоё здоровье, Арсений, — она подняла бокал.

— И твоё здоровье, Адель.

Разговор не клеился. Адель, молча, ела, а Арсений допил водку и, оставив под пустым графином деньги за обед, встал из-за стола.

- Спасибо, что разделила со мной компанию. Я пойду.

Девушка печально смотрела на него.