Увенчание усилий

Глава 10. Союзы и браки (2)

Каким же счастьем было выяснить, что в Серте всё спокойно: кочевники стоят возле своего шатра, наши ребята скучно патрулируют стенку, на дальнем севере тишь-гладь, и ровным счётом ничего не происходит! Мне оставалось отдыхать и ждать, когда в гости явятся мать и дочь Солор, и, возможно, ещё кто-то из имперской знати, кому государь поручит участие в переговорах. Моресна понемногу занималась хозяйством, командовала слугами, которые словно только-только очнулись от долгой спячки и с трудом приходили в себя. Может, не верили, что война закончилась, и пора возвращаться к мирной жизни? Понравилось прятаться по углам и щёлкать орешки? Да фиг бы с ними…

Теперь я присматривался к кочевникам совсем по-другому. Понятное дело, мне жить с ними бок о бок, а кому-то из моих детей, возможно, с ними прямо стык в стык. В любом случае придётся знакомиться с их обычаями, как-то к ним привыкать… Интересно, кто у них готовит обед – женщины или тоже мужиков нагружают? А полы кто моет? А носки штопает?

– Почему тебя это так волнует? – удивилась Аштия. Она прибыла очень скоро, намного раньше, чем её дочь, и охотно взялась меня утешать. – У твоей дочери будет прислуга, и у сына тоже.

– Ну, не знаю… А вдруг там у них принято, чтоб муж встречал жену у двери с кружкой кваса! А не наоборот. Разве мой сможет привыкнуть?

– Да ну тебя. Ну, не до абсурда ж доводить!

– Так почему до абсурда… Я когда-то своей девушке делал чай.

– Зачем? Она что, сама не могла?

– Могла, конечно. Мне хотелось сделать ей приятное.

– И ей было приятно, что мужчина грубо вторгается в её сферу влияния?

– О, господи… Ну по-другому у нас всё, по-другому!.. Кстати, ты решила приехать сюда раньше дочери, чтоб до ссоры не дошло? – Аштия приподняла брови, внимательно посмотрела, и у меня слегка по старой памяти засаднило скулу. – Ну ладно, не обижайся. Ну ляпнул.

– Вечно ты нос суёшь в чужие дела. У меня с дочерью всё отлично. Она только сказала мне что-то вроде: «Ну ты, мать, даёшь!» – и на этом мы разошлись. Пообещала, что не станет вмешиваться в наши с её мужем отношения, если действительно станет императрицей.

– То есть пофиг, где гуляет мужик, лишь бы на голове красовалось полкило золота?

– До чего же ты мерзкий мужик! Просто слов нет!

– Мда. Зато всегда ляпну правду, ты ведь меня знаешь. Я прямолинеен и предсказуем.

– Ох, если бы предсказуем… Значит, так. Чтоб больше в мои семейные и внесемейные отношения нос не совал, понятно?

– Понятно. Закрыли тему. – Я рефлекторно помассировал половину лица, хотя на этот раз Аше выразила своё неудовольствие одними только словами. Да и вообще, хук слева в челюсть в ходе дружеской беседы мне от неё прилетел всего однажды в жизни, и было это давно.

– Не понимаю, почему ты грубо высмеиваешь то, что Джайда твёрдо знает свою цель, уверенно обозначила её и теперь добивается желаемого?

– Ну, как тебе сказать… Иногда считается, что жажда власти – это, как бы сказать… Не очень красиво.

– Почему, бога ради, желать власти – плохо? А что нужно желать, чтоб выглядеть хорошим? Слушай, столько лет уже тут живёшь, а всё мыслишь родными стереотипами.

– Понимаю, тебе было бы удобнее, чтоб я мыслил местными.

– Хотя бы осознал: наследство, которое ты с собой приволок – всего лишь набор штампов.

– Ваши штампы ведь тоже штампы.

– Ох. – Она картинно закатила глаза. – Однако они наши, здешние, привычные и родные. Они облегчают нам именно нашу жизнь. Ты ведь живёшь здесь, а не там. Как ты мне сам говорил – в чужой монастырь…

– Да, примерно так… Но если без шуток – я с радостью помогу чем смогу.

– Ты уже помогаешь. Когда держишь рот на замке… Джайда прибудет завтра, так, может, заранее договориться с нашими соседями об очередной встрече?

– Уже всё оговорено. Начнём послезавтра. И хотелось бы, чтоб Иджимал обязательно успел прибыть. Не хочу сам вести головоломные дипломатические разговоры, пусть он отдувается.

– Не век же тебе выставлять кого-то вместо себя. Это же тебе с ними толкаться локтями…

– Надеюсь, мы будем сосуществовать весело, задорно и прямолинейно.

– Дипломатия всё равно пригодится. Привыкай.

– «Когда-нибудь потом» намного лучше, чем «прямо сейчас». Договорились?

Аштия покачала головой и простонародно ткнула меня в бок.

Я был уверен, что она простила мне все мои промахи, и уже вечером мы непринуждённо болтали за ужином. Хотя первая же вольность в разговоре, показавшаяся ей попыткой вскользь зацепить тему её сердечных дел, вызвала краткую, но однозначную реакцию, жёсткую, как закалённый клинок. Тут всё ясно, и мне придётся последить за своей болтовнёй – по крайней мере до того момента, когда тайное станет явным.

А оно обязательно станет.

Ещё мне думалось, что уже можно, пожалуй, перевозить младших детей обратно в Серт. Хотя можно оставить их и на юге, но уже не по соображениям безопасности. Ради общего удобства, например. Наверное, им интересно в столицах, там развлечений больше. И Амхин, которая сейчас вместе с младшими братьями-сёстрами, не стоит дёргать на север, а то захочет к мужу на позиции, а мне придётся запретить, и вот, пожалуйста – очередная обида, лишняя напряжённость в семье.