Увидимся на озере

Глава 20

Алиса проснулась от звука будильника и потянулась, не открывая глаз, к телефону на тумбочке. Выключила сигнал и несколько секунд лежала неподвижно, разглядывая знакомую уже обстановку. Месяц прошёл с тех пор, как она приехала в Северный. Месяц в этой съёмной однушке, в этом городе, в этой новой жизни.

План был выполнен. Она сбежала, начала с чистого листа, устроилась на работу. Всё, как хотела.

Почему же так пусто?

Алиса села на кровати и огляделась. Квартира была маленькой и безликой, несмотря на попытки как-то её обжить. Она купила новые занавески, расставила на полках несколько книг из местного магазина, повесила на стену постер с цитатой про то, что «жизнь начинается там, где заканчивается зона комфорта». Ирония не ускользнула от неё самой: она покинула зону комфорта, но жизнь так и не началась.

Она встала, прошла в крошечную ванную. Умылась холодной водой, посмотрела на своё отражение в зеркале. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, которые не исчезали, сколько бы она ни спала. Волосы отросли и требовали стрижки, но Алиса всё откладывала поход в парикмахерскую. Зачем? Здесь всё равно никто не обращал внимания на то, как она выглядит.

Она оделась в простые джинсы и свитер, позавтракала овсянкой из пакетика и вышла из квартиры. На улице было серо и холодно – сентябрь вступал в свои права. Ветер трепал голые ветки деревьев, небо висело низко, тяжёлое, обещая дождь или снег.

Алиса шла по знакомому маршруту: пять минут до автобусной остановки, пятнадцать минут на автобусе, ещё пять минут пешком до здания издательства «Северная звезда». Название было помпезным, но само издательство представляло собой небольшой офис на втором этаже старого здания, где печатали местную газету, несколько рекламных буклетов и иногда – очень редко – чью-то книгу.

Алиса работала корректором. Читала тексты, исправляла ошибки, проверяла пунктуацию. Работа была монотонной, но не требовала особых усилий, и это устраивало. Она не хотела напрягаться, не хотела карьеры, не хотела соответствовать чьим-то ожиданиям. Просто делала свою работу, получала зарплату и уходила домой.

– Доброе утро, Алиса, – поздоровалась Нина Петровна, главный редактор, когда Алиса вошла в офис.

– Доброе утро.

– Вот тебе новая партия текстов. К пятнице нужно закончить.

Алиса взяла папку с распечатками и прошла к своему столу у окна. Окно выходило на серую стену соседнего здания, но иногда, если смотреть под определённым углом, можно было увидеть кусочек неба.

Она включила компьютер, открыла первый документ и начала читать. Текст был о новых тарифах на коммунальные услуги. Скучный, сухой, полный канцеляризмов. Алиса методично исправляла запятые, выделяла повторы, правила стилистику.

Время тянулось медленно. В офисе было тихо, только слышалось тиканье настенных часов и клацанье клавиш компьютеров. Нина Петровна сидела за своим столом и что-то верстала, периодически вздыхая. Второй сотрудник, Игорь, дизайнер, слушал музыку в наушниках и рисовал очередную обложку.

Никто не разговаривал. Никто не смеялся. Никто не интересовался, как у другого дела.

Алиса вспомнила офис в Новосибирске, где работала раньше. Там тоже было не особо весело, но хотя бы шумно. Люди обсуждали проекты, спорили, ходили вместе на обеды. Здесь же царила гробовая тишина, нарушаемая только звуками работы.

К обеду Алиса закончила половину текстов. Нина Петровна отпустила её на перерыв, и она вышла на улицу. Обычно она приносила еду из дома, но сегодня забыла приготовить бутерброды, поэтому пришлось идти в ближайшее кафе.

Кафе называлось «Уют», что было издевательством: обстановку внутри можно было охарактеризовать как угодно, но только не этим словом. Пластиковые столы, выцветшие занавески, меню на ламинированных карточках, от которых несло пластиком. Алиса заказала комплексный обед – суп, котлету с гречкой, компот – и села за столик у окна.

Ела медленно, жевала без аппетита. Еда была безвкусной, но съедобной. Она смотрела в окно на серую улицу, где редкие прохожие спешили по своим делам. Все куда-то торопились, все были заняты, все знали, куда идут. А она?

Алиса достала телефон. Открыла галерею и пролистала к фотографиям из Ясного Озера. Вот озеро на закате. Вот кофейня Веры с яркой вывеской. Вот книжный магазин Павла Сергеевича. Вот она сама на сельском празднике, в руках горшок с геранью, который они выиграли с Марком за лучший танец.

Марк.

Она остановилась на той самой фотографии, которую сделала тайком: Марк у озера, снимающий закат. Его профиль, сосредоточенное лицо, камера у глаз. Каждый раз, глядя на эту фотографию, Алиса чувствовала, как внутри что-то сжимается.

Она так и не позвонила ему. Месяц прошёл, а она не набралась смелости. Каждый день думала: «Сегодня позвоню». И каждый день откладывала. Что она скажет? «Привет, прости, что была идиоткой, давай попробуем снова?» Слишком глупо. Слишком поздно.

Он наверняка уже забыл о ней. Закончил свой репортаж, вернулся в Новосибирск, живёт дальше. Может, даже встретил кого-то ещё. Месяц – это долго. Люди идут дальше.

Алиса закрыла телефон и допила компот. Вернулась в офис, доделала оставшиеся тексты и просидела до конца рабочего дня, глядя в окно на серую стену.

Вечером она пришла домой, разогрела замороженные пельмени и села перед телевизором. Переключала каналы, не останавливаясь ни на чём: новости, сериал, ток-шоу, реклама. Всё сливалось в один монотонный фон. Она выключила телевизор, открыла книгу, которую купила неделю назад, но не смогла сосредоточиться. Буквы сливались, смысл терялся.