Ужас Двенадцати Созвездий

ПМП 28. Так и знала, что все впустую!

– У меня есть парча высшего качества, – хозяйка прилавка сунула мне под нос изумрудно-зеленую ткань. – Идеально подойдет к твоим чудесным глазам.

– Спасибо, не...

– Мы знаем кто ты, Рау, – Вик прервал мою жалкую попытку откреститься от куска тяжелой ткани. Никогда не любила ходить в мелкооптовые магазины и бутики, там на потенциальных покупателей хозяйки касс смотрели глазами голодных стервятников. А моя склонность покупать бесполезные вещи и годами их хранить – была им только на руку.

– Ты и Хершид – Мантисса, – последнее слово парень произнес полушепотом, чуть перегнувшись через прилавок.

– Нужно предсказание, умник? – сладкий как мед голос стал жестче и холоднее. Я удивленно вытаращилась на женщину. Ведь она и рта не раскрыла, но этот голос определенно принадлежал ей: те же мурчащие нотки в букве «р».

Ответ пришел тут же: две гобеленовые золотисто-зеленые ткани, висевшие прямо под потолком разъехались в стороны – и на свет вышла женщина точь-в-точь как та, что стояла напротив меня. Только вот их словно по-разному раскрасили. Вошедшая приблизилась, движением руки взъерошив свои короткие светлые волосы, бледная кожа под лучами солнца казалась синеватой, а черты лица и фигуры – хоть и повторяли внешность добродушной торговки тканями, были острее.

– Не за бесплатно, Хершид, – уточнил Вик, выкладывая на стол увеличенные до человеческого размера украшения, что он взял из сокровищницы фатов. Над ухом недовольно запыхтел Айом – видимо ему не понравилось, что его фамильные ценности тратятся на поиски фонтанов. Но промолчал, не удивлюсь, что Его Королевское Высочество еще не раз это припомнит.

– Откуда ты нас знаешь? – отодвинул парные кольца и браслеты в сторону, блондинка сощурилась и смерила Вика холодным цепким взглядом разных глаз – такого же цвета, как и у сестры.

– Забавно, что ты меня не помнишь, – ухмыльнулся парень. – Я раньше жил напротив твоего дома, вместе с Давидом и... Эсфи.

Вик замялся, буквально выдавив из себя последнее имя. Что же такое было между ним и этой Эсфи?

– Авигдор? – тон Хершид заметно потеплел. – Я тебя не сразу узнала, возмужал...

– Да уж... – парень неловко потер шею. – Так Вы нам поможете?

– Конечно, – ответила та, что с длинной косой и рта не дав раскрыть сестре.

– Ладно, – фыркнула блондинка, поднимая столешницу и пропуская нас за прилавок.

Фаты затихли, но я кожей чувствовала, что Айом с Кайдэном ловят каждое слово.

За развешанными у стены тканями, оказалась дверь. Натужно взвизгнул проржавевший замок, пуская нас в каменный коридор, освещенный факелами: от языков огня исходил голубой свет.

– Рау, не забудь закрыть дверь, – кинула Хершд, не оборачиваясь и снимая со стены ближайший факел.

Мы следовали за женщиной, сохраняя молчание, ее светлый костюм сливался с тоном кожи, делая ее похожей на призрака. В потемках это выглядело зловеще. Рау же, поравнявшись с сестрой, почти растворялась при плохом освещении – лишь голубые блики на ее темной коже и кирпичного цвета платье разрушали иллюзию. Прогулка по, очевидно, цокольному этажу замку, вышла довольно короткая – не успела я достаточно осмотреться, вглядываясь в серые сводчатые потолки с колоннами, как Хершид и Рау одновременно приложили ладони к резной двери, повторяющей узор... Инь и Янь? Так вот что они обе мне напоминали! Светлая и Темная сторона! Читала я о нем. Противоположности. Небо и земля, Солнце и Луна, покой и подвижность... Только вот, белый символ «янь» вроде как символизирует мужчину... Хотя в китайскую мифологию я так не ударялась, чтобы утверждать наверняка. Просто хотела крутую татушку себе, да так и не решилась.

По ту сторону двери оказалась небольшая комнатушка без окон, по краю стен пол поднимался сантиметров на двадцать в высоту и почти столько же в ширину, образуя своеобразный выступ. Как только мы вошли, свечи, расставленные на возвышенности, образуя квадрат с разрывом дверного проема, разом вспыхнули.

Как только женщины вошли, сразу направились в центр комнаты, где был выбит такой же символ, как и на двери. При ближайшем рассмотрении он, хоть и был похож на инь-янь, края и изгибы были острее и хаотичнее, разве что плавная перетекающая линия, соединяющая два цвета, сохранилась.

Сестры взялись за руки и закрыли глаза. Айом выглянул из своего убежища, чтобы понаблюдать за открывшейся картиной, даже Кайдэн смело выпорхнул из сумки Вика и уселся тому на плечо.

– Синхонефси [слияние (греч.)]! – голоса слились воедино, и воздух вокруг двух сестер задрожал, образуя оранжево-синий вихрь с фиолетово-зелеными искрами, обволакивающий две женские фигуры.

От резкого порыва ветра капли желтых огоньков на фитилях сотни свечей задрожали и на секунду потухли. Когда мини-ураган, взвившийся вверх под потолок, растворился, на каменный пол с тихим пристуком каблуков опустились женщины, ну или что, чем они стали. Будто бы кот-то взял черный и белый пластилин, создав человекоподобное существо: оттенки их кожи сливались, где на условной середине, мерцая и перетекая с левой стороны тела на правую, Заостренные и мягкие черты лица тоже плавно сменялись, будто разделенные невидимой линией от подбородка до лба, оба глаза полностью побелели, растворяясь в белке глазных яблок, а к ним сверху добавился третий – черный, с сиренево-фиолетовой подвижной дымкой внутри. Волосы с головы начисто исчезли.