Ужасы и психопатия Чертогов разума

День второй

Вот и наступил новой день. Я всё ещё здесь. Значит произошедшее вчера действительно было. Или же сон продолжается. Чем сегодня заняться? Спать не хочу. Удивительно, очень бодро себя чувствую. Стоит продумать план на день. Только не знаю сколько сейчас вообще времени. Вдруг вечереет, а я просто валяюсь на кровати. И солдат не приходит. А должен ли? Наверное. Нужно же проверки проводить.

Тогда для начала я умоюсь и схожу к терапевту. Путь помню, доберусь быстро. У него узнаю куда и кому сходить.

Точно, нужно же ещё коробки разобрать. Вещи разложить. Сделаю потом. Когда обратно вернусь сюда.

Никогда не чистил зубы без зеркала. Непривычно не видеть своего отражения. Надеюсь, что все зубы нормально почищу.

Странно себя чувствую. Вчера такого не было, а сейчас нахлынул страх. Всё это место такое... не смогу назвать как. От этого не мысли, а чувства. Подходящим словом будет, наверное, тревога. Всё здесь не совсем как дома. Зачем здесь солдаты? Зачем врачам проверять меня? Как долго буду находиться? Выпустят вообще?

Почему так пусто? Все двери в другие комнаты закрыты и людей нет. Напряжённая атмосфера. Сегодня что-то происходит? А почему не предупредили? Я вообще ничего не слышал. Может, ещё не поздно и найду людей?

Становится как-то страшно. Вчера тоже было тихо, но хотя бы видел действия людей. Кто-то сидел в комнате, кто-то вместе с солдатом выходил от врача, кто-то направлялся столовую. Сейчас же ничего. Слишком тихо. Так, я должен успокоиться. Просто тороплюсь. Сначала поговорю с врачом, он точно объяснит по поводу сегодняшнего.

- ...Да, сегодня нас будет ждать долгая операция, – голос принадлежит высокому незнакомцу. На нём нет халата. Он здесь работает?

- Релинфант, почему ты заходишь без стука? – терапевт настолько резко и грубо спрашивает, что дёргаюсь.

- Извините, я не знал.

- Ничего страшного, – спокойным голосом говорит незнакомец, – мне всё равно пора уходить, – его лицо совсем неживое.

- Хорошо. Я вас догоню. Приду вовремя.

Высокий человек выходит из кабинета. Странно, но голова будто и не двигается. И тело тоже. Даже дверь не закрывает.

- Релинфант, мне скоро уходить. Что тебе нужно? – терапевт недовольно спрашивает, записывая что-то.

- А что сегодня происходит? Так тихо и никого нет.

- Кое-что очень важное. Это всё?

И снова секреты. Так трудно ответить что ли?

- Нет, у меня ещё вопрос: какие проверки сегодня проводить нужно?

- Никаких. Можешь отдыхать как получится.

- Понятно, – хорошо это или плохо?

- Всё, иди. Я тороплюсь, нет времени. И в следующие разы стучись. Это обязательно.

- Ладно, простите, – неловкое чувство.

Целый день я свободен. Или не целый. Так и непонятно сколько времени. Ну ладно. Как это время проводить? Даже место не особо изучил. Можно с этого начать.

Нет, лучше поесть. Эта идея получше. Вдруг сегодня побольше покормят?

Кто же этот высокий человек? Он никак не подходит для врача. Хотя, он же говорил о какой-то операции. Что за операция? Над кем проводится? В любом случае речь точно не обо мне. Я здоров, цел. Боятся нечего. Надеюсь.

Теперь понятно, где люди – в столовой, едят и болтают. Их не так много, но больше чем вчера точно. Интересно, сколько здесь в целом людей, которые пришли на проверку? К счастью, очереди у раздачи нет, так что стоит быстро взять свою порцию еды и поесть.

Я молча отдаю поварихе оранжевую карточку и та уходит. Хорошо, что ждать долго не нужно – она быстро возвращается с подносом. Остаётся лишь поблагодарить, забрать поднос и сесть за одиночный стол.

Жареная рыба с капустой, помидором и ещё какой-то травой. И как такое съесть? Ещё чай зелёный. А выбрать ничего другого нельзя. Хоть шоколада столько же, как вчера. Без банана, но с сушёными черниками.

В карточке написано, что можно поесть два раза за день. Отлично, вдруг потом повкуснее дадут. Без рыбы с костями. Как вообще её едят? Слишком долго нужно перебирать кости, чтобы спокойно поесть. А у меня всегда маленькая косточка остаётся в рыбе и в последствии застревает в зубах. Эту боль аж сейчас почувствовал.

- Привет, тебя я здесь не помню. Как давно сюда попал? – резко начинает разговор человек, одетого в клетчатую белую рубашку и чёрные брюки.

- Эм... привет. Меня только вчера притащили, – внешне он выглядит взрослей чем я. Его лицо, как и у многих, кого здесь видел, пустое, без эмоций, отречённое. Пугает шрам на левой щеке. Он большой с кривой дугой. Что с ним случилось?

- Я присяду? – у него голос взрослей, но и хриплый.

- Да... садись, – может хоть он расскажет больше о месте.

- Ты сказал, что тебя притащили. Значит, ты тоже не помнишь как здесь оказался?

- Да, совсем не помню, – я не один такой? – А ты тоже не помнишь?

- Верно. У мною опрошенных такое же. Никто не помнит.

- И все просыпались в комнате?

- Ага, видимо, как и ты, – это совсем странно. Каждый человек оказался здесь как я. Но зачем так поступать?