Ужасы в деревне

19. Мертвецы напали на деревню

Сергей, как это часто бывало, лёг далеко за полночь. Часы показывали два, но сон и не думал приходить. Его мысли вновь и вновь возвращались к той девушке, с которой он познакомился в соцсети месяц назад. Она будто всколыхнула, а может, и вовсе воскресила его разбитое первой любовью сердце.

Лёжа в уютной постели, он с замиранием души представлял их первую встречу. Как же сильно она тронула его душу, а он-то уже считал, что никогда больше не сможет полюбить. Время летело незаметно, и, погружённый в сладкие грёзы, Сергей наконец уснул.

Будильник оглушительно прозвенел в семь утра, и на удивление, Сергей чувствовал себя бодрым и выспавшимся. Умывшись прохладной водой и заварив крепкий чай, он натянул привычный камуфляжный костюм, взял плетёную корзинку с ножиком и направился в лес по грибы. Погода стояла дивная — ясная и без единой тучки, что было редкой удачей для их глухой деревеньки, затерянной в лесах. Он с детства жил в этих краях и никогда не помышлял о переезде в город. А зачем? Здесь его родной дом, хозяйство, оставшееся от бабушки, которой не было вот уже пять лет.

Войдя в прохладную тень леса, он растворился меж вековых стволов, и вскоре из травы на него посмотрел первый крепкий боровик, вызвав у парня прилив радости. За ним последовал второй, третий — и вот Сергей, увлёкшись, уже углубился в самую чащу. Корзина на этот раз наполнялась быстро, и уже около девяти утра, довольный, он заспешил обратно. По дороге сорвал горсть душистой лесной ягоды. Внезапно небо потемнело, нахмурилось, и хлынул холодный дождь. Парень ускорил шаг, вспомнив наказ бабушки: «Не ходи в лесу в дождь — заблудишься!»

Деревня была уже совсем близко, а небо превратилось в сплошное чёрное полотно. Загрохотал гром, озаряя всё вокруг ослепительными молниями, из-за которых Сергей невольно пригибался. Не успев выйти на окраину, он услышал отчаянные крики. Мелькнула мысль, что молния ударила в кого-то из соседей, и сердце его сжалось от страха за этих почти родных людей. Он резко сменил шаг на бег. Тяжёлая корзина норовила выскользнуть из потной ладони, но цепкая хватка не подвела.

Выбежав на деревенскую улицу, он остановился, чтобы перевести дух, и глазам своим не поверил. По заросшей дороге бродили существа, лишь отдалённо напоминающие людей. Их одежда висела лохмотьями, а кожа была мертвенно-серой и гнилой. У некоторых отсутствовали конечности или глаза, зияли страшные раны. Чудовища набрасывались на пожилых жителей, с животной яростью разрывая плоть, откусывая куски мяса почерневшими зубами. Мертвецы пытались догнать собак и кошек, но те, проворные, ускользали от их цепких рук. Увиденное было до жути знакомым — будто кадры из тех самых фильмов о зомби, что показывали по телевизору.

Сергей застыл в оцепенении, не в силах пошевелиться, пока на него не обернулся один из мертвецов. Безносая, с отсутствующей половиной лица, тварь заковыляла к нему, раскачиваясь. Выпавший глаз мерно болтался, ударяясь о почерневшую кость щеки. Парень, не отдавая себе отчёта, швырнул в неё корзину с грибами.

Пока монстр отвлекался на летящий предмет, Сергей рванул с места, пулей несясь к своему дому. Он в ужасе смотрел на соседей, в которых уже не оставалось и искры жизни, на то, как их бездыханные тела обгладывают мертвецы. Те, в свою очередь, заметили новую жертву и, издавая хриплые звуки, пустились в погоню, неестественно и пугающе быстро. Молодая кровь Сергея взыграла адреналином, заставляя сердце бешено колотиться, а ноги — нестись ещё быстрее.

Перемахнув через метровую калитку, Сергей, не теряя драгоценных секунд, влетел во двор и взобрался по старой лестнице на крышу. Распахнув узкую дверцу на чердак, он втянулся внутрь и с силой оттолкнул лестницу прочь — нельзя было дать мертвецам ни малейшего шанса добраться до него. Поступи он иначе, попробуй он открывать замок, его бы уже не было в живых. Да и какой толк от дома, если нет времени наглухо забаррикадироваться? Они бы вышибли окна, влезли внутрь и в конце концов добрались бы до его молодой плоти.

Чтобы не видеть творящегося внизу кошмара, Сергей захлопнул дверцу и рухнул на пыльные доски, зажав уши ладонями. Он не чувствовал ни холода от промокшей насквозь одежды, ни усталости — только леденящий душу ужас. Отчаянно хотелось, чтобы этот ад поскорее закончился.

С наступлением ночи измождённый парень всё же провалился в короткий, прерывистый сон, полный кошмаров. Ему снилось, что он бежит, задыхаясь, но страшные руки всё же настигают его, а затем — пронзительная боль, когда гнилые зубы впиваются в шею. Он вздрагивал и просыпался, чтобы через мгновение, под аккомпанемент доносящихся снизу криков и хруста, снова погрузиться в тот же самый ужас.

Утром Сергея разбудил одинокий луч солнца, пробившийся сквозь щель в кровле. Собрав всю волю в кулак, он приоткрыл дверцу. Внизу, на улицах, лежали лишь изуродованные, почти обглоданные до костей тела. Просидев в укрытии ещё несколько часов и так и не заметив ни одного ожившего мертвеца, он выбрался наружу и, ловко перебираясь по склону крыши, спустился вниз.

Он обошел всю деревню — ни единого выжившего. Даже его корову, которую он не успел выпустить из хлева, и свиней постигла та же страшная участь. Не осталось ни хозяйства, ни соседей — лишь оглушающая, леденящая тишина. Он был совершенно один.

Войдя в дом, Сергей взял телефон. На удивление, в новостях не было ни слова о нашествии мертвецов. Значит, кошмар обрушился только на их глухую деревню, и оставаться здесь, в этой ловушке, было смертельно опасно.

Собрав нехитрые припасы, он побрёл по знакомой дороге. Спустя час ему улыбнулась удача — он вышел на федеральную трассу, где ему удалось поймать попутку. Набрав дрожащими пальцами сообщение девушке: «Скоро приеду», — он отправился в город.

Девушка встретила его с сияющей улыбкой, но Сергей был уже не тем человеком. Его волосы местами тронула седина, а в глазах застыл ужас. Он больше никогда не говорил о своей деревне, храня случившееся в глубочайшей тайне. Только так он мог защитить себя — ведь его могли счесть сумасшедшим, а страшную вину за смерть людей взвалить на его плечи. Вот только о его деревне нигде и никогда не говорили, как и о сотнях погибших в ней соседях. Оно и понятно! Кто будет говорить об испытании нового вируса!