Ужасы в деревне

26. Исчезли без следа

В ночь на десятое января жители деревни Малаховка бесследно исчезли, бросив на произвол судьбы свои вещи и домашних животных. Никто не мог поверить в случившееся: куда подевались 375 человек, большинство из которых — пожилые люди? Весь мир содрогнулся от этой новости. В деревню тут же хлынули толпы журналистов и учёных, отчаянно пытавшихся найти разгадку. Но все их попытки разбились о глухую стену молчания — ни одной зацепки, ни единой версии.

И когда о Малаховке уже почти забыли (прошло чуть больше двух месяцев), случилось невероятное. Опустевшая деревня вдруг ожила, и все пропавшие вернулись, абсолютно не понимая, что с ними произошло. Они не помнили ровно ничего. Пролить свет на тайну удалось лишь с помощью гипноза. То, что рассказали люди, введённые в транс, повергло в шок всех, кто это слышал.

До исчезновения

Сибирская деревня Малаховка, затерянная в пятидесяти километрах от ближайшего города, казалось, вымерла после 31 декабря. На безлюдных улицах не было ни души, лишь девственно чистый, недавно выпавший снег искрился и переливался под лучами холодного солнца. Даже собаки притихли, напуганные новогодними салютами. Единственным признаком жизни был дымок, лениво вьющийся из кирпичных труб, да тёплый свет в окнах, зажигавшийся с наступлением ранних сумерек.

Здесь жили и те, кто вёл своё хозяйство: держал коров, коз, свиней и кур. Таких хозяев можно было узнать с первого взгляда по аккуратно расчищенным тропинкам, ведущим к сараям. Праздники праздниками, а кормить скотину нужно было каждый день — именно она обеспечивала на столах душистое молоко, свежие яйца, мясо и, конечно же, сало. В глазах соседей такие жители считались по-настоящему богатыми, хоть и не в деньгах.

К третьему января деревня потихоньку начала просыпаться от праздничной спячки, возвращаясь к привычному ритму. Снег на тропинках утаптывался тёплыми валенками, а на проезжей части появились первые следы от машин. К старикам нагрянули дети — наговориться вдоволь, проведать здоровье. Кто-то, наоборот, покидал деревню, возвращаясь в город к рабочим будням. Ребятишки, гостившие у бабушек и дедушек, с визгом носились по улицам, лепили снеговиков и затевали весёлые снежные бои. Счастливые и румяные, они и не думали о том, что скоро придётся нехотя возвращаться за парты, делать уроки и снова считать дни до выходных. Они и представить не могли, что им невероятно повезло, ведь вскоре те, кто остался в деревне, бесследно исчезнут.

Праздники закончились, и на календаре уже стояло девятое января. Приезжие разъехались, и в Малаховке остались лишь коренные жители — пенсионеры да несколько молодых семей с маленькими детьми. Эти семьи сознательно променяли городскую суету на деревенское уединение. С работой проблем не было — в наш век удалённая работа весьма популярна. Да и с интернетом в России теперь полный порядок, даже в такой глуши.

Единственное, к чему не могли привыкнуть городские жители, — это отсутствие газа. Привыкшие к комфорту, они с ужасом думали о том, чтобы самим колоть дрова в лютые морозы. Выход, впрочем, нашёлся быстро: дрова можно было купить на любой кошелёк. Хочешь сэкономить — бери чурки и коли сам. Денег не жалко? Заплати, и тебе всё привезут и расколют. Этим нехитрым промыслом и промышляли местные мужики, ещё не достигшие пенсии, но оставшиеся без постоянной работы. Жизнь заставляла крутиться — жить-то как-то надо!

С наступлением вечера в окнах изб, словно по волшебству, зажигался уютный свет, а за тонкими занавесками проступали силуэты. Если бы в тот миг заглянуть в одно из таких окон, взору открылась бы мирная картина: дед, удобно устроившись в кресле, с кружкой чая смотрит по телевизору новости. Рядом, в такт мерному постукиванию спиц, вяжет что-то тёплое бабушка. В доме царит полная идиллия, покой и умиротворение. Но этому счастью оставалось существовать совсем недолго. Совсем скоро наступит ночь, и когда стрелки часов сойдутся на роковой отметке «00:00», над уснувшей деревней пронесётся оглушительный, леденящий душу гром...

Люди проснулись от пронзительного гула, от которого стыла кровь в жилах и цепенело тело. И тут же, сквозь сон, они услышали истошный собачий вой, а за ним — ослепительно яркий свет, что хлынул с небес. На мгновение перепуганным жителям показалось, что это обрушивается на землю огромный метеорит. Но едва этот свет проник в дома и коснулся людей, они растворились в воздухе. Бесследно, словно утренний туман под первыми лучами солнца.

Возвращение

Для жителей Малаховки прошло всего лишь мгновение. Они очнулись ровно на тех же местах, с которых исчезли. Но деревня была уже не той. Дома стояли полуразрушенные и выстуженные насквозь. Внутри царил хаос: всё было перевёрнуто с ног на голову, а всё мало-мальски ценное — бесследно пропало. Не осталось и живности: ни коров, ни кур — ни единой души. Возникало жуткое ощущение, будто за долю секунды по деревне пронёсся ураган, но это было не так. Пока деревня пустовала, сюда наведались воры и прочие охотники лёгкой наживы, которые обчистили дома до нитки, не оставив камня на камне.

Пенсионеры были в панике, они изо всех сил пытались держаться, но у некоторых нервы не выдерживали — люди плакали от беспомощности и горя. Один из мужчин попытался всех успокоить. «Держите себя в руках!» — умолял он, хотя и сам понимал тщетность своих слов. Смотреть на убитых горем стариков было невыносимо больно, и тогда он отправился в город за помощью. К его счастью, по дороге ему попался попутный транспорт.

Вскоре деревню заполнили полицейские машины, а вместе с ними нагрянула и орда журналистов. Репортёрам не было никакого дела до несчастных людей; они жаждали лишь одной — «взрывной» новости. Наглые, как сама смерть, они бегали вокруг пострадавших, тыча в их лица камерами и микрофонами, засыпая вопросами, на которые у тех не было ответов. Ситуация накалилась настолько, что полиции пришлось разнимать драку. Один из пенсионеров не стерпел, когда ему в лицо сунули объектив, и не выдержал — ударил нахала. Вслед за полицией вызвали и «скорую» — к счастью, вовремя. У нескольких старушек и стариков от пережитого ужаса заныло сердце, но, к счастью, обошлось без жертв.