Узник чести

Глава 5 (Часть 1)

Восходящее солнце задорно искрилось в пене подступавших к бортам корабля волн, изредка прячась за одинокими облачками. Попутный ветер бодро развевал паруса «Вайтера Великого», и корабль будто парил над морской гладью навстречу все новым и новым горизонтам. Вскоре земля северного континента скрылась за кормой, и команда судна осталась один на один с бескрайним простором Моря Стихий. Оно обладало весьма своевольным характером, так что никто из моряков не расслаблялся: приятная солнечная погода могла в любой момент смениться кораблекрушительным штормом, и тогда лишь Тайрольд сможет уберечь их от верной гибели.

Капитан корабля, закаленный ветрами всех известных океанов, торжественно приветствовал Рандала и Мортенса на борту «Вайтера Великого».

— Добро пожаловать, господа! Надеюсь, пребывание на моем судне сохранится в вашей памяти как приятный заплыв по Фолкстайнскому каналу на прогулочной лодке. Но все равно не расслабляйтесь — Море Стихий, чтоб его. Ах да, забыл представиться — капитан Ангол Кестрейн, ваша нянька на ближайшую неделю пути. Каюта для гостей на второй палубе в кормовой части, там уже все подготовлено. Кормить будут дважды в день. Правила поведения на корабле — моряков не злить, меня не отвлекать, с бортов не прыгать. Будете придерживаться распорядка, и путешествие пройдет благополучно для обеих сторон. В остальном — чувствуйте себя как дома. Полагаю, вы сами понимаете, как сильно мне не нравится идея плыть в Каганат, но ваш отец, господин Рандал, умеет быть убедительным. — Капитан похлопал по увесистому мешочку с золотом, висевшему на его поясе.

Рандал вместе с Мортенсом решили зайти в свою каюту, но прямо у дверей их перехватил высокий человек, одетый в простую одежду путешественника. Его собранные в длинный хвост золотистые волосы падали на бугрящуюся мускулами спину, а гордое лицо было покрыто многодневной порослью.

— Господин Рандал? — вежливо склонил он голову перед юным лордом. — Мое имя Вилмер Курт, я командую «Клыками и копьями» уже без малого три года. Лучшая бригада наемников на всем западе, можете мне поверить.

— Рад знакомству, господин Курт, — ответил ему юный лорд. — Уверен, ваши люди не словом, а делом покажут свое мастерство.

— Верно мыслите, лорд Вайрмен, — самодовольно улыбнулся капитан. — Ну что ж, не смею вас больше задерживать. — Вилмер раскланялся с господами и продолжил путь. Рандал удовлетворенно переглянулся с Мортенсом, после чего они, наконец, вошли в каюту.

Довольно просторная комната освещалась узорными окнами, вдоль боковых стен расположились в меру комфортные кровати, которые ничем не отличались от постелей богатых жителей Туринстайна. Пространство между ними занял небольшой столик для приема пищи, к которому приставили два табурета. Вся каюта мерно покачивалась в такт дыханию моря, и вместе с лучами дневного солнца Рандала наполняло невиданное чувство свободы.

— Ничего себе хоромы! — присвистнул Брон. Он сбросил свой объемный мешок в изножье кровати и тяжело уселся на нее. — Признаться, я ожидал худшего.

— Мне тоже нравится. — Рандал разложил свои вещи и занял место за столом.

— Ну что, парень, готов к приключениям? — командир грустно улыбнулся.

— Вполне, господин Мортенс.

— Зови меня просто Брон. Все-таки не чужие люди. Отец говорил тебе об Акиле ибн Ганиме?

— Да, — уверенно кивнул Рандал. — Он наказал, чтобы я обязательно обратился к нему за помощью.

— Это верно, — сказал Мортенс, стаскивая с ноги кожаный сапог. — Я тоже бывал у Ганима в гостях, и скажу честно: мужик он жадный, но все-таки справедливый. Конечно, не без причуд, — хохотнул командир и прилег на кровать. — Знаешь, какой родовой герб у этой семейки? Здоровенный лось с когтями и клыками, прямо как у льва!

— Что бы это могло значить? — улыбнулся и молодой Вайрмен, представив себе такую страхолюдину.

— А Тайрольд его знает. Это еще учитывая, что в Каганате лоси отродясь не водились, ни с клыками, ни с жабрами.

Вдруг в каюту постучались.

— Войдите, не заперто! — крикнул командир человеку снаружи. В узкую щель приоткрытой двери протиснулось лицо матроса.

— Капитан Кестрейн спрашивает, не изволят ли господа, чтобы им подали завтрак?

— А это отличная мысль! — Мортенс посмотрел на Рандала. — Я не успел поесть перед выходом из «Стола, постели и очага», так что если ты не возражаешь…

— Я только за, Брон, — ответил Рандал, прислушавшись к урчанию в собственном животе.

— Вот и отлично! Распорядитесь нам на двоих, хорошо? — обратился он к матросу.

— Будет исполнено, господины! — Моряк вытянулся по струнке и скрылся из виду.

— Я тоже переночевал в «Столе, постели и очаге», — с улыбкой заметил Рандал. — Второй этаж, первая дверь направо.

— Воистину тесен мир! — засмеялся Мортенс. — Я остановился во второй комнате справа по коридору. Выйди я хоть немного позже, глядишь, мы бы и вместе пошли в порт. — Командир с улыбкой посмотрел на Рана. — Судьба прочно связала меня с вашей семьей, и это очередное тому доказательство.

Дверь снова отворилась, и в комнату вошел уже знакомый матрос. В руках он держал деревянную дощечку с двумя большими тарелками, на каждой из которых лежала аппетитная яичница и пара кусков черного хлеба. В первые дни морских путешествий хлеб еще подавали в свежем виде, но совсем скоро в рацион прочно войдут сухари.

За завтраком Рандал задал Мортенсу вопрос:

— Брон, расскажи, пожалуйста, о моем отце. У нас всегда были хорошие отношения, но о своем прошлом он никогда особо не распространялся.

— Ха-ха, еще бы! — сказал командир и вытер рот платком. — Гроин всегда был скромнягой, не любил говорить о собственных успехах. Ну что ж, познакомились мы с ним на службе у Дердена Второго, дяди нынешнего Короля. Будучи членами элитной гвардии, задача которой — охрана венценосца, мы с твоим отцом десятки раз спасали его от верной гибели. Видишь ли, Ран, Дерден был суровым королем, и у него было собственное представление о правосудии. Эпоха правления Дердена запомнилась государству чередой постоянных казней и других неприятных событий, которые, признаться, мне не хочется вспоминать. Недовольство властью росло, и многие горячие головы решались на покушение. Гроин и сам был не в восторге от Дердена и его методов, но данная однажды клятва верности Короне обязывала его защищать правителя. Твой отец справлялся со своей работой отменно, более того — он был примером для всех нас. Король не раз отмечал заслуги Вайрмена поощрениями и наградами, которые сыпались на Гроина, как снег посреди зимы. Затем последовала военная кампания на юге. — Брон шумно отхлебнул чая из высокой кружки и удовлетворенно почмокал губами.