Узники города ветра

Глава 8. Из спортсменов – в садоводы

«Боже, неужели это сейчас происходит со мной?» – единственная мысль, которая вертелась в голове у несчастной Фриды, пока та сидела у кабинета Кристофа в ожидании приговора. Помощница директора с сочувствием поглядывала на молоденькую практикантку, которая сейчас находилась на пороге того, чтобы попрощаться с карьерой педагога. По крайней мере, сплетни, ползущие по школе, были именно об этом.

Фрида вновь и вновь прокручивала в голове недавние события, пытаясь представить, могло ли произойти иначе.

Инцидент произошел на занятии по ветробике со старшим курсом, где учился ее Лекс, а заодно эта злосчастная Саранческа. Вначале все шло хорошо. Ребята по очереди выполняли многоступенчатое индивидуальное упражнение, которое разработала для них Фрида. Их навыки и подготовка уже позволяли выполнить его, несмотря на сложность. Ученики поднимались над землей, совершая хаотичные вращения прямым корпусом, как в колесе. Затем, прижав колени к подбородку и обхватив себя руками, делали кувырки, с каждым разом взлетая все выше и выше. А на определенной высоте уходили в резкую пикировку, притормаживая свой поток воздуха почти у самой земли. Справлялись все почти безупречно. И вот примерно в середине занятия к упражнению приступила Франческа. Фрида даже не успела заметить, что пошло не так и что именно не получилось у студентки. То ли она потеряла свой поток ветра, то ли не скоординировала вовремя движения, то ли просто поспешила, но спикировала она прямиком на площадку, которую еще не успели покрыть слоем дерна. Притормозить не получилось, и Ческа врезалась в каменную поверхность, несколько раз перекувырнулась и застыла в изломанной позе лицом вниз.

От неожиданности все замерли. На несколько секунд над плато воцарилась тишина, даже дыхания не было слышно, лишь мелодичный перезвон флюгеров и тихие гудки каменных свирелей в скальном доме разносились над площадкой. Фрида опомнилась и побежала к неподвижно лежавшей Ческе, но ее опередил Лекс. Он склонился над пострадавшей, приподнял ее за плечи, и та еле слышно застонала. Искаженное от боли лицо было белым, как полотно. На лбу, правой щеке и кончике носа алели ссадины. Левой рукой Франческа изо всех сил сжимала запястье правой, бледная кисть висела безжизненно и казалась опухшей.

– Дай посмотрю, – бросилась к Ческе Фрида, когда той с помощью Лекса удалось встать на ноги. Ческа со злостью отпрянула.

– Не трогайте меня! – почти крикнула она. – Доигрались со своими выкрутасами. Я давно заметила, какие вы нам непосильные задачи ставите. Сразу надо было пожаловаться.

– Франческа, да что ты? – поразилась Фрида и остановилась в растерянности. – Ты же всегда так хорошо справлялась! И я очень тщательно подбирала программу, и всегда очень медленно усложняла упражнения. Я слежу за вашей безопасностью, это же было не…

– Ага, вижу результаты вашего хваленого старания! – огрызнулась Ческа. Ее красивое лицо исказилось в гримасе, и она зашипела от боли. – Собственные амбиции вас только и интересуют. Ну ничего, больше не на чем будет их строить.

Она замолчала, тяжело дыша. Лекс, с упреком взглянув на Фриду, повел Ческу к скальному дому.

– Давай я отведу тебя в лазарет и объясню ситуацию, – Фрида побежала за ними. – Мне очень, очень жаль, что так произошло!

– Мы сами дойдем, – буркнула Ческа. – Мне вас на сегодня хватило. Идите, остальных об землю шарахайте. Камней только еще поострее накидайте.

В ее злых упреках крылись крупицы правды. Фрида и сама переживала, что им приходится заниматься на каменной поверхности. Она просила мягкое покрытие, хотя бы для новичков, но из-за этой идеи с новым садом все рулоны дерна унесли в Душную проплешину. Новое поступление травы обещали буквально на днях, но Фрида решила не дожидаться. Раньше занятия всегда проходили здесь, и студенты, которые способны были свободно подняться на любой этаж скального дома, находились вне зоны риска. К тому же это был старший курс – все совершеннолетние, которых уже пускали в верхнее кафе. Никто и не задумывался, что им стоило еще заниматься на травке. Однако именно во время занятия по ветробике у ученицы случилась травма. И именно Фрида разрабатывала эту программу. Не важно, что ее одобрило руководство школы. Первый спрос все равно будет с нее. И ладно, если только занятия временно остановят, чтобы обезопасить спортплощадку. А ведь могут и отстранить насовсем. Все зависело от жалобы самой Франчески, а та, кажется, настроена была очень агрессивно. Фриде даже показалось, что в этом было что-то личное.

Фрида уже выплакала все слезы и теперь сидела у кабинета с совершенно сухими глазами в ожидании своей участи. Наконец Кристоф позвал ее внутрь.

До этого она уже побывала там один раз. Тогда в кабинете находился директорский брат Тобиас, сама пострадавшая, Лекс и еще несколько студентов в качестве свидетелей, в том числе двойняшки Молли и Мисси. Ческа, с загипсованной по локоть правой рукой, продолжала заливаться слезами и сыпать упреками, что на ветробике их заставляют делать очень сложные и опасные упражнения. Без поддержки, без каких-либо безопасных приспособлений. Фрида слушала и недоумевала, как вообще эта девчонка, что так мастерски владела ветром, позволяя ему играть огнем ее волос, вдруг не удержалась в воздухе и рухнула наземь, как подстреленная утка. С чего это она разучилась летать?

Свидетели мялись и жались, отвечая на вопросы Кристофа. Все, конечно, видели падение Франчески. Никто не понял, как это произошло. Но в один голос они подтвердили, что задание было чересчур сложное, а камни слишком жесткие. Даже Лекс, ее Лекс, смущенно глядя в пол, бубнил про трудновыполнимые задачи! Фриде в какой-то момент происходящее показалось диким фарсом. Но наконец представление закончилось, всех распустили, а она осталась ждать за дверью. И вот ее пригласили, чтобы вынести вердикт. Предварительный. Впоследствии в любом случае предстояло разбирать по крупицам ее программу и это конкретное упражнение, что привело к перелому руки у одной из студенток, но сейчас нужно было решить, что делать с ветробикой.