Узоры, Кот и Тайны

Часть 2. Глава 1

Часть 2, Глава 1

Мири проснулась от солнца.

Не от будильника. Не от гудения флуоресцентных ламп за окном. От солнца — оно пробивалось сквозь ставни, золотое и тёплое, и падало на одеяло жёлтыми полосами.

Она лежала и смотрела на потолок.

Трещина — молния. Паутина в углу. Знакомый потолок.

Её потолок.

Кот лежал в ногах кровати. Тяжёлый. Мурлыкающий. Он не ушёл ночью — остался. Как будто знал что-то, чего она сама ещё не поняла.

Мири села. Потянулась.

В столице она просыпалась в пять тридцать. Будильник — резкий, злой. Одевалась в серое. Шла по серым улицам в серый офис, где серые люди считали серые цифры.

Сейчас — солнце. Тишина. Птицы за окном.

Она встала. Подошла к шкафу.

Строгие костюмы висели в ряд — три штуки, все одинаковые. Юбка-карандаш. Пиджак. Блузка.

Мири посмотрела на них. Потом — на простое платье на спинке стула. Вчера она надела его впервые. Сегодня — наденет снова.

Не костюм. Не каблуки. Не пучок.

Она оделась. Посмотрела в зеркало.

Женщина в зеркале выглядела... отдохнувшей? Нет, не то слово.

Живой.

Волосы — свободно, чуть вьются на плечах. Платье — мягкое, удобное. Туфли — на низком каблуке, те самые, "на всякий случай".

Другая. Почти незнакомая себе.

Странно, как мало нужно. Одна ночь с решением. Одно утро без спешки.

— Я иду учиться, — сказала она коту.

Он открыл один глаз. Жёлтый. Сонный.

— В Гильдию. Вышивать. Можешь не верить.

Кот зевнул. Закрыл глаз.

Мири улыбнулась — почти. Уголком губ.

Утренний Торнвуд Холлоу пах дымом и яблоками.

Мири шла по улице, и город просыпался вместе с ней. Булочница махала из окна — рыжая, в фартуке, с мукой на щеке. Кто-то нёс корзину с овощами — морковь торчала оранжевыми хвостами. Двое мальчишек гнали обруч по мостовой, смеясь и толкаясь.

Люди здоровались.

— Доброе утро!

— Как дом? Освоилась?

— Заходи к нам на пирог!

Не вежливая пустота столицы, где "доброе утро" означало "не разговаривай со мной". Здесь — по-настоящему. Смотрели в глаза. Улыбались.

Мири кивала. Отвечала. Это было странно.

Приятно странно.

Листья шуршали под ногами — золотые, оранжевые, красные. Осень в столице была серой, мокрой, холодной. Здесь — тёплой. Как будто солнце решило задержаться подольше.

Здание Гильдии показалось за поворотом.

Старый камень. Высокие окна. Вывеска — потёртая, но гордая.

Вчера она стояла здесь и не могла войти.

Сегодня — вошла.

Мастерская была залита светом.

Высокие окна — от пола почти до потолка. Солнце лилось внутрь, играло на нитках, на тканях, на инструментах. Пылинки танцевали в лучах — медленно, лениво.

Рабочие места вдоль стен — у каждого своё, со своим порядком или беспорядком. Корзины с нитками. Пяльцы разных размеров. Ножницы — большие, маленькие, с загнутыми кончиками.

Пахло нитками, воском и чем-то травяным. Лаванда? Или что-то другое — она не знала.

Женщины работали — кто молча, кто переговариваясь. Спицы постукивали. Иглы мелькали. Кто-то напевал — тихо, себе под нос.

Мири остановилась в дверях.

Двенадцать женщин. Двенадцать пар рук. Двенадцать историй, которых она не знала.

— О! Дорогая! Ты пришла!

Дот оторвалась от своей работы. Вскочила — быстро, несмотря на возраст. Подбежала. Обняла — крепко, пахнув пирогами и лавандой.

— Я так рада! Элспет сказала, что ты решила учиться. Садись-садись, вот сюда, рядом со мной.

Она потянула Мири за руку — к столу у окна. Лучшее место: много света, вид на улицу.

— Подожди. — Дот остановилась. — Сначала...

Она достала из корзины что-то белое. Развернула.

Фартук.

Белый. Чистый. Без вышивки.

— Вот. Для тебя.

Мири взяла. Ткань была мягкой, много раз стиранной. Пахла солнцем и чем-то цветочным.

— Это... официально?

— Ну... — Дот замялась. Посмотрела в сторону, потом на Мири. — Ты пока не совсем ученица. Не прошла... ну, формальности. Но...

Она достала иглу и нитку. Маленький моток — тёмно-синий, цвета ночного неба.

— Можно?

Мири кивнула, не понимая.

Дот взяла фартук. Быстро — несколько стежков — вышила что-то на кармане. Маленький узор. Похожий на дверь. Или на арку. Или на...

— Что это?

— Порог. — Дот улыбнулась. — Это не официальный символ. Но люди будут знать — ты с нами. Пока.

— Пока?

— Ты на пороге, дорогая. Ещё не внутри. Но уже не снаружи.

Мири смотрела на маленький символ. Несколько стежков. Ничего особенного.

Но почему-то — комок в горле.

— Спасибо.

— Надевай. — Дот похлопала её по руке. — И начнём.

Мири надела фартук. Завязала тесёмки. Посмотрела вниз — на маленький синий символ.

Порог.

Ещё не внутри. Но уже не снаружи.

Это было больше, чем она ожидала.

— Начнём с основ.

Дот положила перед Мири лист со схемами. Пожелтевшая бумага, чернила выцвели, но рисунки были чёткими.

Пять символов. Пять видов защиты.

— Смотри. — Дот ткнула пальцем в первый. Переплетённые линии, как решётка. — Этот — от воров. Незваный гость чувствует страх. Не может войти. Ты сама видела — на двери Элеанор.

Мири кивнула. Помнила. Тошнота, липкий страх, невозможность переступить порог.

— Этот — от огня. — Волны, одна за другой. — Пламя не разгорается. Не значит, что дом не сгорит — но шансов меньше.

— Этот — от болезней. — Круг с точкой посередине, как солнце. — Профилактика. Не лечение. Никто не простужается, насморк проходит быстрее. Но серьёзную болезнь не остановит.

— Этот — от несчастий. — Угол, как крыша над головой. — Меньше шансов упасть с лестницы. Меньше шансов, что кирпич упадёт на голову. Мелочи — но из мелочей жизнь.

— И этот — от сглаза. — Закрытый глаз. — Чужая зависть не достанет. Чужая злоба отразится.

Мири смотрела на схемы. Пять символов. Пять защит. Так просто — на бумаге.