"Узурпатор" и "Грымза" от ненависти до любви

Глава 2: "Грымза" в действии

Утро после «тронной речи» Узурпатора выдалось на редкость солнечным. Лучи света беззастенчиво лезли в окна офиса «Альфа-Консалтинг», играя бликами на хромированных поверхностях и безнадежно пытаясь прогнать мрачную атмосферу, витавшую в коридорах. Люди передвигались тише, говорили шепотом, вздрагивали от каждого резкого звука. Словно фирму накрыло невидимое покрывало страха перед грядущими «оптимизациями» и еженедельными KPI.

Лариса Орлова, вопреки всеобщей нервозности, излучала ледяное спокойствие. Она сидела в своем кабинете, погруженная в анализ данных, которые вчера к 16:00, как по волшебству (читай: под угрозой немедленной казни), предоставила ее заместительница Ирина. Цифры, графики, структура ФОТ – все это было ее стихией, ее оружием. Она выискивала слабые места, точки роста, неэффективные расходы – не для бездумного сокращения, а для аргументированного отпора Бармину на завтрашнем совещании. «Хочешь оптимизации, Глеб Викторович? Получишь. Но по моим правилам», – думала она, ставя жирный вопросительный знак рядом с цифрой затрат на аренду дорогущего офиса для отдела маркетинга.

Вдруг дверь распахнулась, впуская запыхавшуюся Ирину. Лицо заместительницы было бледным, глаза – круглыми от ужаса.

– Лариса Дмитриевна! Там… в отделе продаж… Ад!

Лариса медленно подняла взгляд от монитора.

– Ирина, дыши. Ад – это когда бухгалтерия не выдает аванс вовремя. Что случилось?

– Смирнов и Козлова! – выпалила Ирина. – Дерутся! Ну, почти! Кричат так, что стекла дрожат! Про какого-то клиента «ГлобалТек»! Смирнов обвиняет Козлову, что она перехватила его клиента, используя его же наработки! Козлова кричит, что он бездарь и клиент сам к ней пришел! Уже материться начали! Все отдел в шоке, народ из соседних отделов к стеклянным стенам жмется! Петров из ИТ даже попкорн принес!

Лариса вздохнула. Глубоко. Так вздыхают родители, заставшие своих детей за рисованием фломастерами на свежепоклеенных обоях. Отдел продаж всегда был местом повышенной турбулентности – адреналин, деньги, амбиции. Но сегодня, на фоне всеобщей нервозности после речи Бармина, это вылилось в открытый бунт. «Идеально. Как раз перед совещанием у Его Величества. Чтоб вам пусто было, идиоты», – промелькнула мысль. Но внешне – ни тени раздражения. Только холодная решимость.

Она встала. Ровно. Плавно. Как королева, готовящаяся к казни мятежников. Поправила безупречный жакет (сегодня – темно-синий, под цвет ее взрывоопасного настроения). «Попкорн? – переспросила она ледяным тоном.

– Скажи Петрову, что следующий внеплановый вызов службы поддержки ИТ для его отдела будет обработан… с особым вниманием. И к скорости реагирования будут вопросы. Иди, успокой народ. Скажи, что я разберусь.

Ирина кивнула и выскочила, явно рада была сбежать с поля грядущей битвы.

Лариса не спеша направилась к выходу. Ее каблуки – сегодня черные, с серебристой цепочкой на шпильке, – отстукивали мерный, неумолимый ритм по полу коридора. Этот звук действовал на сотрудников как сигнал тревоги. Те, кто толпился у стеклянных стен отдела продаж, заслышав знакомый цокот, мгновенно рассеялись, стараясь выглядеть занятыми или просто раствориться в воздухе. Только Петров из ИТ, с пакетиком попкорна наполовину припрятанным за спиной, застыл как вкопанный, глядя на Ларису с немым ужасом. Она бросила на него короткий, но выразительный взгляд. «Попкорн, Петров? Серьезно? Твоя зарплата – не развлечение. Убери. Сейчас же». Он понял без слов, покраснел до корней волос и шмыгнул в ближайшую переговорку.

За стеклянной стеной отдела продаж картина предстала действительно эпическая. Андрей Смирнов, молодой, амбициозный, обычно гладкий как глянцевый журнал, сейчас был красен как помидор, взъерошен, галстук болтался набок. Он тыкал пальцем в направлении Алисы Козловой, чей вид тоже не внушал спокойствия: глаза метали молнии, идеальная укладка походила на гнездо разъяренной птицы, а скрещенные на груди руки дрожали от ярости. Между ними стоял начальник отдела продаж, Олег Борисович, пытавшийся что-то вяло втолковать, но его голос терялся в гвалте. Остальные менеджеры сидели по своим местам, делая вид, что усердно работают, но на самом деле поглощали скандал глазами и ушами.

Лариса без стука распахнула дверь. Звук был негромкий, но ледяная волна, исходившая от нее, мгновенно заморозила кричащих. Смирнов замер с открытым ртом, Козлова резко обернулась, гнев сменился на миг испугом. Даже Борисович вздрогнул.

– Прекрасное утро, не правда ли? – произнесла Лариса ровным, спокойным голосом, который резал тишину острее крика. Она вошла, закрыла за собой дверь. – Такой солнечный день. Так хочется мира, добра и… высокой прибыли. А у вас тут, я слышу, страсти по «ГлобалТеку» разгорелись? Прямо как в мыльной опере. Только без бюджета на костюмы и грим.

Она медленно обвела взглядом комнату, останавливаясь то на Смирнове, то на Козловой. Ее взгляд был тяжелым, аналитическим, как рентген. «Идиоты. Прямо перед носом у нового директора. Сами себе яму роют. И мне на голову».

– Лариса Дмитриевна! – начал было Борисович. – Я сейчас все улаживаю…

– Олег Борисович, – мягко, но не допуская возражений, перебила его Лариса, – ваш отдел – ваша зона ответственности. Но когда уровень дискуссии опускается ниже плинтуса и начинает мешать работе всей фирмы, это автоматически становится зоной моей ответственности. Садитесь, пожалуйста.

Ее тон не оставлял сомнений. Борисович, покраснев, опустился в свое кресло.

Она подошла к центру комнаты, к эпицентру скандала. «Итак, – повернулась она к Смирнову.

– Андрей. Вы утверждаете, что Алиса незаконно, неэтично и, вероятно, с применением темной магии переманила у вас ключевого клиента «ГлобалТек», используя ваши секретные наработки? – Ее голос был полон ложного сочувствия.