Узурпатор ниоткуда

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Несмотря на то, что мне и Майку выпала сомнительная слава отсиживаться в джунглях во время атаки, штурм города не прошел без нашего участия. Конечно, я не мог видеть всех его сторон, но впоследствии удалось восстановить довольно полную картину этой безумной авантюры.

Хотя нападение было тщательно спланировано, дело пошло не совсем так, как ожидалось. «Джерико» подошел к городу с северной стороны, там, где находилась гавань, а армия Жоама разделилась на две части, чтобы войти в город с юга – со стороны пляжа и со стороны джунглей, то есть, с востока. Если бойцам, которые прошли через южные развалины, уже знакомые нам с Балтазаром, оказалось очень просто войти в город, то тем, кто попытался прорваться через древние ворота, ведущие почти прямо в лес, повезло значительно меньше. Их почти тут же накрыло огнем, но одновременно с первыми выстрелами в городе прогремели пять или шесть взрывов: диверсанты выполнили часть своей задачи.

Навстречу «восточным», которых сопровождал «ДАФ», из ворот выкатилась почти такая же боевая машина, поливая огнем пространство перед собой. Ракета с воем промчалась выше леса и взорвалась над деревьями. Белый огонь на какой-то миг заполнил смотровые щели. С визгом пронеслись осколки, и по броне словно загремели сотни ударов кувалдой.

Не меньше дюжины стволов автоматического оружия обстреливали нападавших. Взводный Балтазар, так и оставшийся по совместительству командиром БТР, дал команду механику-водителю проскочить как можно дальше вперед и встать под стену, в «мертвую зону». Бешеным скачком наш транспортер выскочил из-под удара орудий машины защитников города, а в этот момент по ней и ударили сразу три расчета РПГ. Реактивные гранаты попали в цель: одна разнесла два колеса, другая просто гвахнула на броне, зато третья уничтожила пушку и пулемет, взорвавшись под стволом орудия. Пока вражеский экипаж приходил в себя, наши начали действовать: поскольку через прицел ничего не было видно, а угол подъема орудия был невелик, шестерка солдат покинула машину через задний люк. Пригибаясь и прижимаясь к стене, бойцы подобрались к воротам и открыли ураганный огонь по тем, кто засел на стене.

А вражеский транспортер был еще жив. Из его щелей валил дым, но вдруг яркая оранжевая струя сорвалась с башни машины, на лету превращаясь в раскаленное облако. Два солдата с нечеловеческими воплями превратились в горящие факелы. Кто-то открыл огонь из люка над смотровой щелью, положив еще двоих. Но это были последние попытки огрызнуться: короткая очередь из станкового гранатомета АГС, известного среди русских солдат как «швейная машинка», и от экипажа БТР остались только трупы.

Тем временем и отважная шестерка расчистила путь через ворота. По всей видимости, в этот момент весь город уже стоял на ушах, гарнизон мчался на перехват вторгшихся наглецов, дворцовые гвардейцы занимали свои посты согласно табелю, а если в городе имелись ополченцы, то и они не должны были оставаться не у дел.

И надо было видеть растерянность экипажей БТР и расчетов зенитных орудий, которые пока что оставались не у дел, когда со стороны моря подошло странного вида судно, встало рядом с древним бастионом и принялось лупить трехдюймовыми снарядами по укреплениям, которые уже давно таковыми не являлись.

Мэр-президент совершил ошибку: решив, что боевой корабль представляет собой куда более грозную силу, чем вооруженные автоматами партизаны, он приказал поднять в воздух вертолет. На деле же «Гил» сейчас осуществлял психологическую атаку, причем одновременно провоцировал командование Рузданы. Провокация имела успех: пока на всех окраинах города завязывались позиционные бои, вертолет мог бы легко пройтись по всем местам прорыва и ударить по боевикам Жоама, но летчики поднялись над морем и пустили ракету по «Гилу». Как это ни печально, ракета попала в цель, поразив судно в борт чуть выше ватерлинии. Но больше вертолету не было суждено атаковать. Сидевший у зенитного орудия нигериец тоже выстрелил, и, скорее по причине везения, нежели своего мастерства, тоже удачно: ракетный снаряд разорвался в месте соединения хвоста вертолета с фюзеляжем.

Вертолет содрогнулся. От взрыва обшивка разошлась, обнажив несущие детали конструкции. Еще секунда – и алюминиевые балки лопнули, заставив хвост винтокрылой машины нелепо задраться вверх. Выписывая неровную нисходящую спираль, вертолет рухнул в океан. Не слишком далеко от берега, где было не настолько глубоко, чтобы вертолет камнем ушел в пучину, но и недостаточно мелко, чтобы удариться и взорваться либо развалиться на куски. Потому и все три члена экипажа остались живы в момент падения. Они благополучно выбрались из кабины и выплыли на поверхность. К вящей радости парочке тигровых акул.

Но и «Гил», получивший пробоину, стал игрушкой в руках стихии. Двигатели его замолчали, из машинного отделения повалил густой черный дым, а через дыру постепенно поступало все больше воды. И на помощь «Джерико» пока было трудно рассчитывать: транспортное судно оставалось в гавани, но на нем не было ни одного человека – все «северные», в основном, нигерийцы, сейчас бились с солдатами гарнизона и довольно успешно теснили их. Но едва они ступили на прилегающие к центру улицы, как им навстречу вышли не менее пятидесяти солдат гарнизона, да еще с прикрытием в виде второго бэтээра.

Пехотинцы прижались к каменным заборам, по которым щелкали пули. Треск очередей то и дело перемежался одиночными винтовочными выстрелами: иногда защитники города метали гранаты, которые своими осколками уже оставили навсегда замолчать трех парней, торгующих своей шкурой.

Чтобы прекратить бессмысленное избиение и попробовать прорваться вперед, взводный «тайсон» принял решение. Каким-то образом он сумел заставить гранатометчиков действовать более-менее согласованно, и по условному сигналу «северные» бросились в атаку.