Узы Круга: Дети полумесяца

Глава 1. Тихое место

— Майя... — раздалось еле слышно справа, но с таким чувством, будто кто—то вот—вот начнёт концерт кастрюлями по голове.

Она не повернулась. Сделала вид, что пишет. Хотя ручка даже не касалась бумаги.

— Майя, — тише, но настойчивей. — Если ты сейчас не повернёшься, я начну кидать в тебя бумажками. А потом ручкой. А потом... — Кирилл замолчал. — Потом я начну шептать тебе загадки о смысле жизни. И Ницше тебе покажется сахарным зайчиком.

Майя скосила глаза и с трудом сдержала улыбку. Преподаватель продолжал вдохновенно рассуждать о природе в романтизме. Кирилл, как обычно, был где—то между скукой, провокацией и желанием сбежать из окна. Кирилл в самом деле мог сделать это.

— Ты мешаешь мне быть прилежной, — прошептала она, не оборачиваясь.

— Прилежной? Ты последние пять минут смотришь в одну точку, как будто тебя гипнотизирует батарея, — буркнул Кирилл. — Ты вообще о чём думала?

— О том, как здорово бы было сейчас пить кофе с любимейшими сырными тостами, а не вариться в жаре под видом обучения. — прошептала Майя, фантазируя о перекусе.

— О, тосты… — он театрально закатил глаза. — Если ты пригласишь меня на кофе после уроков, я официально прощу тебе сегодняшнюю пассивную агрессию.

— Это была пассивная агрессия? — она удивлённо выгнула одну бровь, отворачиваясь к преподавателю.

— Это была ледяная стена невнимания. Я чувствовал себя забытым. Оставленным. Одиноким в этом мире литературы и метафор! — Кирилл показательно вытер глаза, делая вид, что плачет.

Майя повернулась к нему и, наконец, улыбнулась.

— Ладно, кофе, значит кофе.

— И ты расскажешь мне, почему сегодня у тебя было лицо, как у человека, который встал не с той ноги и врезался в реальность.

— Может, я и врезалась, — пожала плечами она. — Просто день странный.

Кирилл не стал спрашивать дальше. Он никогда не давил. Его присутствие было как одеяло в холодной комнате: тёплое, не навязчивое, своё.

— О, и кстати, — добавил он, наклоняясь ближе, — если ты снова сдала контроль по алгебре, то знай: ты больше не имеешь морального права ныть по поводу своей успеваемости. Ты — предатель.

— Я написала отлично, — хмыкнула Майя.

— Надеюсь. А то ещё чуть—чуть — и ты начнёшь списывать у меня, а я — это дорога в математический ад. Без возврата.

Звонок спас преподавателя от очередной философской цитаты, а ребят — от скольжения в спячку.

Кирилл поднялся первым и, не дожидаясь Майю, сказал:

— Не забудь. И если будешь опаздывать, знай — я съем всё один.

Майя закатила глаза, но не могла не усмехнуться.

Иногда, несмотря на всё вокруг, один нормальный человек рядом — это именно то, что нужно, чтобы выдержать ещё один учебный день.

Кирилл как на зло сбежал в неизвестном направлении, оставляя Майю одну на пути в кафетерий.

Она вышла из класса, расталкивая плечом чью—то чрезмерно объёмную сумку. В школе становилось шумно — как всегда, когда наступала передышка между уроками. Ученики разбредались по этажам, и воздух был полон голосов, звонков, смеха и шороха бумаг.

Тюльпина собиралась свернуть в сторону лестницы, когда услышала:

— Майя!

Голос был знакомый — звонкий, с лёгким ехидством, и принадлежал Лизе, которая вместо скучных уроков отдала предпочтение факультативным кружкам. Та шла по коридору, перебирая пальцами экран телефона, и, как всегда, выглядела так, будто случайно вышла из более гламурного мира.

— Я думала, ты опять ушла в астрал, — сказала Лиза, подходя ближе. — Или тебе просто понравилось прятаться в библиотеке?

— Сегодня я решила страдать на философии как все смертные, — фыркнула Майя. — Хотя, честно говоря, Кирилл спас меня своими комментариями. Он предложил выпить кофе перед началом урока. Ты бы не отказалась.

— Это весомый аргумент, — кивнула Лиза. — Особенно, когда душа требует смысла, а мозг говорит: «я выключаюсь». Кирилл, кстати, милый. Как всегда.

Майя сделала вид, что её сейчас стошнит и они обе засмеялись, проходя мимо кабинета музыки, откуда доносилась фальшивая скрипка. Лиза поморщилась.

— О, это пытка. Кто—то явно решил пойти по пути страданий ради искусства.

Они свернули в коридор к гардеробной, когда Лиза вдруг замедлила шаг.

— Кстати, ты идёшь сегодня вечером в усадьбу Марковых? — Лиза что—то быстро набрала в телефоне и убрала тот в карман брюк.

— Да. Мама сказала: «Это важно, Майя, покажи себя с лучшей стороны. И, пожалуйста, без твоего любимого выражения убейте меня взглядом». — она цокнула и попыталась спарадировать голос матери.

— О, классика. Моя сказала почти то же самое, только с добавлением «ты должна быть как минимум обаятельной». Я взяла это как личный вызов.

— Главное — не надеть что—то, что я потом увижу на тебе, — сказала Майя, прищурившись. — У нас и так вечная битва платьев.

— Спокойно, в этот раз я выбрала что—то сдержанное. Почти монашеское. Почти, — Лиза ухмыльнулась. — Но ты правда не хочешь туда? Вдруг там будет… интрига, судьба, красивые мальчики?