Узы Круга: Дети полумесяца

Глава 3. Странные сны

Майя проснулась в середине ночи, ощутив странную тревогу. В комнате было темно, только тусклый свет луны проникал через шторы, рисуя мягкие тени на стенах. Её сердце билось так сильно, что казалось, оно не может уместиться в груди. В голове осталась тяжёлая тень от сна, который не отпускал.

Она опять была в том саду — в этом месте, которое было частью её детства. Только теперь всё выглядело иначе. Розы, когда—то яркие и полные жизни, теперь были серыми, как мрак, поглотивший их. Туман стелился по земле, скрывая её шаги, и всё было затоплено в том зловещем полумраке, где не было ясности. Словно кто—то нацепил черно—белый фильтр и заставил её идти вперёд — в неизвестность.

Майя шла вперёд, но не понимала, зачем. Страх сковывал её тело, но она продолжала двигаться, несмотря на него. И тогда она увидела его. Он стоял перед ней, как тень, её взгляд мог скользить сквозь его фигуру, а его лицо было размытым и чужим.

Её сердце заколотилось, и она попыталась сказать что—то, но слова не выходили. Вроде бы всё было так знакомо и так странно одновременно. Он стоял там, и его глаза будто видели её насквозь.

— Ты забыла, — сказал он, его голос звучал как эхо, потерянное среди густого тумана. — Почему ты забыла? — Он казался таким знакомым, но в его тоне была неуверенность, почти боль.

Она не могла ответить. Всё, что она могла, — это смотреть на него, пытаясь понять, что происходит. С каждым его шагом ощущение тревоги становилось сильнее, и вдруг она почувствовала как её запястье горит.

Внезапно она почувствовала жжение на своём запястье. Странное, невыносимое чувство, как если бы что—то внутри неё проснулось, но она не могла понять, что именно.

Стас подошёл ближе, и её тело замерло на месте. Он был так близко, что она могла почувствовать его присутствие. Туман вокруг них сгущался, как будто сам воздух пытался сжаться, поглотить их обоих.

— Ты не можешь убежать от этого, — сказал он, и его голос был тяжёлым, как если бы Стас сам был потерян в этом лабиринте. — Ты не можешь забыть.

Майя попыталась шагнуть назад, но её ноги не слушались. Всё стало странным и запутанным, и голова начала кружиться. Она вскрикнула, когда почувствовала сильную боль в руке, будто обожглась.

— Нет, — прошептала она, не понимая, что происходит. — Что это? Почему ты здесь?

Стас не ответил. Он лишь стоял там, как призрак, и смотрел как её сковывает туман, как всё глубже тянет в неведомую бездну. Страх охватывал Майю, но сознание не могло объяснить, что же это было, почему она так боялась.

И вот, в самый последний момент, когда всё вокруг неё стало терять контуры, она проснулась.

Майя резко села на кровати, тяжело дыша. Резкий вдох, как будто она поднялась из глубокой воды. Огляделась по сторонам — комната была тёмной, ночь не отпускала, и только слабый свет луны освещал её стену. Всё было так реальным, но она знала, что это был всего лишь сон. Или нет? Потому что чувство тревоги, которое осталось в её груди, не давало покоя.

В месте, где она видела лишь родимое пятно, была ощутимая боль и кожа до сих пор горела, будто предупреждала о чём—то.

Майя обняла колени и поднесла их к груди. Не понимая, что происходит, и почему её сердце всё ещё трясётся, девушка закрыла глаза, пытаясь забыть сон, который казался таким важным, но одновременно таким пустым.

Это было как напоминание о чём—то давно забытом. Как если бы она что—то знала, но никак не могла вспомнить. Стас. И это чувство. Но что это было?

Майя снова взглянула на свою руку. Почему—то она была уверена, что это что—то важное. И хоть ещё не могла понять, что именно, она чувствовала, что не сможет избавиться от этого ощущения, пока не вспомнит.

****

Стас проснулся с резким вдохом. Комната была тёмной, но он не сразу понял, где находится — воздух казался слишком плотным, как будто сон всё ещё держал его за горло. Лёгкая испарина на лбу, но он не дрожал. Он просто смотрел в потолок, пытаясь отогнать остатки сна, который был слишком реальным, чтобы быть просто иллюзией.

Он снова был в саду. В том самом, где всё когда—то началось.

Но в этот раз был один. Всё вокруг тонуло в холодном, вязком тумане. Деревья гнулись от безветрия, цветы были мёртвыми, будто мир, к которому он вернулся, знал: всё сломано. Парень знал, что это сон — и всё равно шёл вперёд, будто шагал в пропасть.

А потом она появилась.

Майя.

Он снова видел её. Но на этот раз — совсем юной.

Майя была младше. Её лицо — свежее, нежное, ещё не успевшее скрыться за масками богатой наследницы. Шестнадцать. Он знал точно. И от этого во сне становилось только хуже. Потому что именно такую её он не имел права трогать, тревожить, вмешивать в то, от чего сам с трудом сбежал.

Сад был мёртв. Цветы — выжжены, небо — низкое и серое, будто давило на плечи. Она стояла в этом мраке, босиком, в простом светлом платье. И смотрела — не на него, а мимо. Сквозь. Как будто он был частью сна, а не его сновидцем.

Он попытался что—то сказать, но язык будто слипся. Только горло дёрнулось от беззвучного имени:

— Ма…