В 45 я влюбилась опять

Глава 14

Иван

Телефон в кармане вибрирует, как назойливый комар. Достаёт меня уже минуту подряд – это точно мама. Отвечаю, пока она не набрала третий раз подряд.

– Алло.
– Ванечка, ты дома? Как там у вас дела?

Выдыхаю. Не маленький. Но ей можно.
– Всё в порядке, мам, – открываю холодильник.

– Вань, я к вам, может, вечером зайду, приготовлю что…

– Мама, у меня тут битком еды. Марья Андреевна наготовила.

Смотрю на ровные контейнеры: супы, гарниры, салаты. Все аккуратно подписаны, чтобы не перепутать.

– Наготовила? На всех, что ли?

– На всех.

– Ай… какая молодец. Ну, ты это, женщину-то не нагружай, а то сбежит.

– Так я ее не держу, мам. Но ей идти некуда. Там от квартиры ничего не осталось. Когда она ее еще восстановит…

– Но ты все равно… Она твоя гостья, а не домработница. Пусть лучше девочкам с уроками поможет.

– Мам, мы разберемся сами.

– Знаю я, как ты разберешься. Тебя же ни одна женщина выдержать не может, как ты разбираешься.

– Мам, все, не начинай, а?

Выкладываю на стол контейнер с котлетами, картошкой и свежим салатом. Марья действительно постаралась, хотя я ей говорил, что не обязательно готовить.

– Таких женщин, Ваня…

– Каких таких?

– Вот таких! Отзывчивых, внимательных быстро разбирают. Ты вот редко ходишь, а я как приду, все расспрошу, она всегда расскажет и подскажет.

Ну-ну. Помнится, как отчитать меня хотела как мальчишку, когда зашел к ней, и сам себе усмехаюсь.

– Успокойся, мам. Всё под контролем.

Накладываю в тарелку еду и ставлю в микроволновку.

– Ладно, Ванечка, я загляну завтра, супчик сварю.
– Супчик уже есть. Мам, отдыхай, – строго говорю, чтобы отбить её энтузиазм.

– Угу. Ты только слушай, как бы она от тебя не убежала. Такие женщины – редкость.

Мама отключается. Смотрю на телефон и хмыкаю. Марья действительно молодец, но зачем из этого раздувать целую историю?

После обеда, отоспавшись, еду на вечерние занятия для будущих спасателей. Потом забираю компанию из школы. И понимаю, что все-то не поместятся. У отца машина больше, он их всех разместил, у меня обычный кроссовер на пять мест, а пассажиров у меня теперь – семеро.

– Вы езжайте все домой, – предлагает Марья, – а я еще хотела сходить и написать заявление на восстановление паспорта.

– Нет, давайте все вместе, а я вас потом отвезу.

– Так мы не поместимся…

– Поместимся.

Рассаживаю детей. Косте на колени сажаю Милу. Остальные плотно ужимаются, Мишка вообще опускается в ноги. Безопасность, конечно, хромает, но тут ехать минут десять и что-то надо придумать.

– Пап, мне тесно, – начинает первой Поля, едва отъезжаем от стоянки.

– Нам недолго ехать.

– Милка мне всю юбку помнет.

– Погладишь, – отвечает за меня Костя.

– Я тебя не спрашивала, – огрызается в ответ.

Что за характер… Но надеюсь, что все же только период такой, потом станет получше.

За десять минут долетаем до дома. Вываливаемся из машины. Пусть тесно, пусть как шпроты в банке, но зато вместе.

Марья быстро всех кормит, потому что оставить всех голодными она не может. Я назначаю Костю главным. Несмотря на его провинность, он все же старше всех и мужчина. Посмотрим, как справится.

Отъезжаем с Марьей от дома. Она теребит постоянно кольцо на пальце.

– Что-то хотите спросить?

– Да. Нет. Ммм…

Хочет. Торможу на перекрестке, пропуская машины.

– Говорите, – поворачиваюсь к ней.

– Иван Андреевич, во-первых…

– Маш, а давайте уже без отчеств? – перебиваю ее. – Не на работе же.

От неожиданности раскрывает свои губы и нервно облизывает их кончиком языка.

Марья замирает на секунду, потом всё-таки выдавливает:

– Хорошо… Иван.

Улыбка проскальзывает сама собой. Сложно не заметить, как она смущена, но старается держаться.

Это мило.

– Иван, я хотела извиниться еще раз за тот звонок. Просто телефон звонил несколько раз подряд, я подумала, может, что-то срочное… – голос становится тише, – я, правда, не хотела вмешиваться.

Нервничает, и это отзывается легким теплом внутри. Она другая. Её искренность сразу выдает настоящие эмоции. Взгляд спрятала, пальцами теребит край шарф. Никакой игры, никаких масок.

Странное чувство – почти как привилегия. Видеть кого-то таким настоящим.

И даже злость за этот случай развеялась сама собой.

– Всё нормально, Маш, – стараюсь ее успокоить. – Ситуация неприятная, но ничего страшного.

– Я, правда, боялась, что это ваша женщина и я… так сказала… потому что она так возмущалась… – Марья запинается, не оставляя шарф в покое.

Это не та тема, о которой хочется говорить, но, наверное, ей лучше знать.

– Наталья – моя первая жена.

Марья слегка приподнимает брови, но ничего не говорит.

– Полина её дочь, – добавляю.

– Эм… А Мила и Виолетта?

– Они от второго моего брака. После развода Поля по суду осталась жить с матерью. Мне она полностью ограничила встречи с дочерью.

– Так же нельзя.

– Она выставила меня жестоким тираном, который издевается над ребенком. И пока я доказывал обратное, она Полю довела до нервного срыва. Из больницы ребенка забрал уже я, после этого она живет со мной.

– А какие отношения сейчас у них?

– Сейчас мамаша опомнилась, что у нее взрослая дочь и ей нужна подружка. Но Поля сама не хочет общатся с ней.

– Я… чем больше вас узнаю, тем больше понимаю, что ошибалась тогда в вашей оценке… когда вы ко мне пришли в кабинет поговорить.

– Да вы мне тоже, Маш, показались той еще строгой училкой-стервой.

Она поджимает губы и усмехается.

– Думаете, я другая?

– Похоже на то, – улыбаюсь ей, мимолетно, чтобы не смущать ещё больше.

– Не каждый выдержит жену-учительницу.

На несколько секунд в салоне становится тихо, только ровный звук мотора.