В Аномальной зоне (не) до любви 2

Глава 7. Алекс у главного

Снова встретиться с главным удалось только два дня спустя. Ради этого Фёдор Васильевич задержался на рабочем месте после семи, а сам Алекс приехал в архив прямо с выезда: в одном из парков обнаружили трещину, и большую часть дня он провёл со своей командой там.

До офиса он гнал на мотоцикле, но в последние дни даже любимая «суперфура» не помогала вернуть внутреннее равновесие. После изучения папки голова то и дело взрывалась от неприятных предположений. В основном они касались Жени, и он ничего не мог с этим поделать.

Так что в бухгалтерию Алекс ворвался не в духе и со шлемом подмышкой, потому что забыл оставить его у охранника, и совсем не ожидал застать в кабинете хоть кого-то. На удивление спокойный и немного ехидный взгляд Лидии Петровны привёл в чувство — его словно окатили холодной водой. В ответ Алекс сдержано кивнул, прошел к заветной двери, набрал код и спустился в полумрак прохладного помещения.

Васильевич как всегда сидел за столом, уткнувшись в свой ноутбук, и что-то напряжённо читал.

— Оцепили. Ира сходила внутрь. Завтра можно будет закрывать, — отчитался он, поймав вопросительный взгляд. Устроил шлем на ближайшей свободной полке стеллажа и по привычке сел напротив.

— Пострадавшие?

Алекс мотнул головой и потянулся к остывшему чайнику на краю стола, затем, взяв одну из пустых кружек, плеснул воды. Очень хотелось пить. Главный терпеливо ждал. И только когда опустевшая кружка вернулась на место, спросил:

— Что скажешь?

Конечно же, он имел в виду не выезд.

Алекс вздохнул. Выражаться при главном не стоило, хотя очень хотелось. С тех пор, как он прочёл папку от и до, его то и дело бросало в холодный пот. Слишком уж хорошо он помнил Женин рассказ в лесу у озера и свежие ссадины на её ладони и бедре.

«Перед тем, как увидеть отца, зона поменяла локацию, и я упала на дворовый асфальт», — просто сказала она.

И они оба недоумевали, как такое может быть, ведь физических травм после зоны не случалось, что бы в ней ни происходило. Он тогда сильно напрягся, потому что встречался с подобным, но человек, попавший в похожую ситуацию, был немного не в своём уме, так что точно установить не вышло, травмировался он до попадания в зону или уже внутри. А это был важный момент. По возвращению же, это выпало из головы. Отодвинулось на задний план, тем более всё обошлось. А после, как он изучил один из допросов Есенина, вновь вспыхнуло тревожным маячком.

Позднее он перечитывал папку не раз, но ни откровения Жениного отца, ни информация о её матери не взволновали его сильнее перемещения в прошлое. Он даже полез в электронный архив проверить дело того самого пострадавшего и думал снова его навестить, но отложил инициативу до разговора с главным. Вдруг выяснится что-то поважнее?

Алекс поймал взгляд Фёдора Васильевича. Тот по-прежнему ждал ответа.

— Запутанное дело… — прочистил горло Алекс.

Достал свой блокнот и пролистал до первых заметок. Он больше не злился за то, что главный подсунул папку, как ему поначалу показалось, не вовремя, потому что неожиданно дело Владимира Есенина приобрело совсем другой статус. По крайней мере, лично для него.

Ведь если Женя попала в прошлое, это могло произойти снова, и никто не гарантировал, что она из этого прошлого вернётся. С этого Алекс и решил начать разговор.

Выслушав его доводы, Васильевич кивнул.

— Ты прав. Этим следует заняться в первую очередь. Завтра зайдёшь к Виктору или свяжитесь по телефону. Он настроит тебе новый доступ и объяснит, как пользоваться. Также в понедельник будет готов пропуск в ранее закрытые для тебя секции спец архивов. Собери всё, что найдёшь похожего. Потом обсудим.

Алекс облегчённо выдохнул — свершилось! Ему наконец-то одобрили новый уровень допуска. Это ощутимо облегчало предстоящие поиски, но расслабляться было рановато. Передавая ему документы, главный просил ничего не говорить Жене, если та выйдет на связь, и он, скрипя зубами, согласился, но после знакомства с содержанием папки стало ясно: Женя – первая, кто должен узнать о новых фактах.

Недолго думая, он высказал своё мнение главному.

— Пока что Евгения проходит реабилитацию, и о погружениях речи не идёт, — ушёл от прямого ответа тот.

— Вы связались с Новиковым? — тут же зацепился за его слова Алекс.

Фёдор Васильевич недовольно дёрнул бровью. При этом в глазах, окружённых сеточкой морщин, мелькнула тень сочувствия. Хотя, возможно, Алексу показалось, — легко ошибиться, когда в помещении горит лишь одна лампа, и та не самая яркая.

— Максим Петрович вне зоны доступа, а эта информация из недельного отчёта. Мы договорились о нём заранее, — терпеливо объяснил он.

Алекс нахмурился.

— Вы ничего об этом не говорили. Могу и я на него взглянуть?

— Нет, — отрезал главный, но после сразу смягчился: — Пока нет. Если всё получится, ты многое узнаешь лично.

— Я так и не понял, каким образом это должно произойти.

Его действительно волновал вопрос — как? До сих пор начальство отделывалось туманными обещаниями и ходило вокруг да около, хотя, казалось бы, что сложного, взять трубку и позвонить? Ах, да, ему же объяснили — отсутствие связи у главы «Звёздных сетей».

Тем временем Васильевич уже привычным для Алекса движением снял очки и потянулся в ящик стола за салфеткой. Он всегда так делал, когда брал паузу, чтобы собраться с мыслями. Протерев стёкла, главный кивнул на многострадальную папку.

— Ты уже и сам понял, насколько ценная информация попала к нам в руки. — Очки вернулись на законное место. — Я-то думал, подниму дело Володи, и мы попробуем найти хоть какой-то след, куда он мог исчезнуть и совсем не ожидал, что в папке окажется информация о другом человеке. И тем более не ожидал найти там отражение Жениных недавних приключений.

Их взгляды встретились, и Алекс понял, что не одного его бросает в дрожь от осознания возможностей аномальной зоны.

— Сам я не встречал похожих случаев, — продолжил Васильевич. — Так же, как не слышал об исследованиях и теориях, освещающих такую сторону вопроса, но это не значит, что их не было.