В Аномальной зоне (не) до любви 2

Глава 11. Неожиданная встреча

Алекс пересёк тёмную лестничную площадку и, стараясь не вдыхать местное амбре, поспешил спуститься на первый этаж и выйти из подъезда.

Этот странный, неопрятный старик ему сразу не понравился. И дело было не в тесной квартире, не видевшей ремонт больше полувека, и не в том, что её хозяин был не рад гостю, а в том, что Марк Валентинович, отставной офицер и бывший следователь ведомства по расследованиям паранормальных явлений, явно юлил и недоговаривал. Все его сетования на плохую память старика были выдумкой, как и попытка скрыть, что он не помнил Владимира Есенина.

Всё он прекрасно помнил. Об этом сказали вскинутые брови пожилого мужчины, стоило ему показать фото, а после — постоянно бегающий взгляд. Но почему-то Марк Валентинович решил прикинуться дураком, несмотря на то, что Алекс предъявил ему корочку тайного отдела и бумагу от главного. Может, конечно, злую шутку сыграла привычка старика скрывать и шифроваться, всё-таки много лет в такой профессии, где сплошные секретные данные, но что-то Алексу подсказывало, дело было в другом.

Толкнув железную дверь, он вышел на свежий воздух и наконец-то смог вдохнуть полной грудью. Последние дни погода не баловала, — то и дело шёл дождь, но он всё равно ездил на мотоцикле. Это было мобильнее и удобнее. Правда, если зарядят беспрерывные ливни, придётся всё-таки расстаться с любимым средством передвижения и отогнать в гараж к Михалычу.

Уже оседлав «суперфуру», он спиной почувствовал взгляд-буравчик. Оглянулся на окна третьего этажа и успел заметить качнувшуюся шторку. Старый конспиратор, чтоб его. Выехав со двора и влившись в поток машин, Алекс подумал, что это тоже зацепка. Если Марк Валентинович помнил Жениного отца, то наверняка мог знать, что-то важное. Значит, надо его разговорить. А вот как именно — стоило обсудить с главным.

Взяв курс в сторону офиса и застряв на перекрёстке, он подумал, что день выдался во всех смыслах хреновым: начиная с череды красных светофоров, преследующих его с самого утра, и заканчивая визитом к бывшему следователю. Хотя, если быть объективным, таковым был весь сентябрь. Большую часть месяца он мотался то туда, то сюда в поисках важных сведений, а по итогу не то, чтобы преуспел.

Например, взять Арсеньеву. На обращение главного в спецархив, как тот и предполагал, ничего не пришло. И всё, что удалось узнать за это время, — полное имя и дату рождения, спасибо за помощь Лизе. Да, благодаря этому стало возможным сузить круг поиска и разослать более точные запросы по обычным архивам, но они всё ещё обрабатывались, так что единственное, что оставалось — терпеливо ждать результата.

Светофор мигнул зелёным, и Алекс с остальными машинами тронулся с места, продолжая считать свои неудачи.

Поиск информации по временным перемещениям тоже зашёл в тупик. Как и планировал, он съездил к пострадавшему в зоне, найденному с реальными травмами. Ещё раз с ним поговорил, но понял, — этот случай к делу не отнести. Во-первых, потому что мужчина-алкоголик с частичной потерей памяти, а во-вторых, — любитель подраться.

Что же касается Тени, преследующей попавших в зону… Найти контакты пострадавшего нома не вышло. Оказалось, для этой информации его уровня доступа недостаточно, и пришлось этот вопрос передать главному. Зато общение с Адамом выявило ещё один случай нападения Тени. Так что перед отъездом из реабилитационного центра он попросил Лизу звонить сразу же, как она столкнётся с похожими рассказами пострадавших. Ибо пока такой отчёт попадёт в базу, могла пройти неделя, а то и две. А ему важно было собрать как можно больше данных об этой Тени до того, как он свяжется с Новиковым. Если не сам — так хоть бы через Фёдора Васильевича.

Алекс скрипнул зубами.

Он так и не смог дозвониться главе «Звёздных сетей». Раз десять телефон был в зоне доступа, но трубку никто не брал. Либо умелец, который достал номер, обманул Виктора, либо, что тоже нельзя исключать, его собственный номер давно пробили по базе и закинули в чёрный список. Виктор, конечно, обещал провернуть какой-то финт в эту субботу, но выйдет ли что-то из этого – неизвестно. Вот и выходило, что у него по-прежнему не было ни нужных данных для воплощения плана главного, ни возможности связаться с Женей.

С её отъезда прошёл месяц, а он до сих пор не знал, что у неё и как. Скупые сведения от Фёдора Васильевича ничего не проясняли, и единственное, в чём тот был уверен, — экспериментальных погружений ещё не было. Это радовало и настораживало одновременно. Если Новиков не спешил проводить задуманные исследования, к чему было так торопиться с отъездом?

«Нельзя упускать такую возможность и терять контакт с Варей. Тем более, она ждёт меня», — Алекс вспомнил умоляющий взгляд любимой и в который раз пожалел, что отпустил.

Варя, милая добрая Варя. Даже оказавшись по ту сторону реальности, полагалась на Новикова. Как ещё можно объяснить её веру в то, что он поможет? Хотя это скорее профессионализм и умение разделять рабочее и личное, то, чему ему самому неплохо бы научиться. Ведь сейчас его цель — сотрудничество с Центром, значит, придётся засунуть своё бесценное мнение об этом человеке куда подальше.

Алекс ехал в общем потоке, стараясь объезжать лужи и не делать резких движений: мокрый асфальт к такому не располагал. Хотя очень хотелось поддать газу и поскорее проскочить ленивую вереницу легковушек. Воспоминание о Варе разбередило душу. В голове до сих пор не укладывалось, как подруге удалось сохранить рассудок, находясь так долго внутри этой дряни. Сколько она ещё протянет, успеет ли передать, что хотела? И как это вообще, находиться внутри и понимать, что не сможешь вернуться? Алекс не был уверен, что хотел знать ответ. Он бы предпочёл, чтоб это оказалось выдумкой, но рассказ Давида подтвердился: в заброшенном тоннеле, где он попал в аномальную зону, нашёлся её передатчик. А вот трещины не было — значит, передатчик сработал как надо.

Алекс тряхнул головой, запрещая себе думать об этом. По крайней мере, в дороге. Свернул на маленькую улочку, чтоб срезать путь до офиса, но спустя пару минут снова застрял на светофоре. В этот момент в наушниках заиграла мелодия вызова. Он бросил взгляд на браслет — звонила Ира.