В Аномальной зоне (не) до любви 2

11.2

— Не ожидал тебя здесь встретить, но рад. — Отец скользнул взглядом по его отросшей бороде, мотоциклетной куртке и шлему подмышкой. — У тебя что-то стряслось?

Различив в голосе родителя заботу, Алекс нахмурился. Ему это не шло. Особенно спустя столько лет отсутствия.

— Начальство в реанимации, — не стал вдаваться в подробности он и спросил лишь из ответной вежливости: — А у тебя?

— Навещал пострадавшего, — поделился отец.

Алекс понимающе кивнул. Значит, визит в больницу был связан с профессиональной деятельностью. Специально он никогда не интересовался, но несколько громких дел, которые вело агентство отца, имели большой резонанс в прессе, так что трудно было прикинуться ничего не знающим.

Кажется, отец хотел сказать что-то ещё, но, глянув ему за плечо, передумал. Алекс обернулся и столкнулся взглядом с Лидией Петровной. Всё время их короткого диалога она стояла рядом.

— Вы похожи, — чуть сощурив глаза, констатировала главный бухгалтер и перевела взгляд на Гринёва старшего. Испытывающе-любопытный. Тот мгновенно свёл брови, приподняв подбородок.

— Александр Гринёв, а вы?.. — представился он.

— Лидия, можно, просто Лида, — улыбнулась одними уголками губ главный бухгалтер. Её не смутил ни ответный взгляд, ни холодный тон. Сейчас рядом с ними стояла та Лидия Петровна, к которой Алекс привык.

— Рад знакомству, — сдержанно кивнул отец и, обратившись к нему, спросил: — Мы можем поговорить наедине?

Лидия Петровна фыркнула.

— Попробую выяснить, есть ли новости о Феде, — с усмешкой бросила она и удалилась.

— Отойдём? — Отец кивнул в сторону ближайшего окна, и только тут Алекс заметил двух серьёзных мужчин, следующих за ним, но чуть поодаль. Судя по повадкам и выправке это была охрана.

Отец вежливо попросил обнимающуюся парочку у окна уступить место. Парень хотел было возмутиться, но, глянув на каменные лица охранников, обнял свою девушку и ушёл.

Повисло неловкое молчание. Алекс устроил шлем на подоконник и поискал глазами мотоцикл. Отец не торопился продолжать разговор. Мимо них ковыляли больные и их родственники, вдалеке кто-то ругался, требуя вызвать главврача. Лидии Петровны нигде не было видно. Алекс не собирался заговаривать первым, но, почувствовав слишком пристальный, изучающий взгляд, не выдержал.

— Что ты хотел? — Эффект от дыхательной практики сходил на нет. Всё-таки встреча произошла не вовремя.

— Поглядеть на тебя. Понять, каким ты стал. — Взгляд отца смягчился.

— И каким же?

— Взрослым. Саша…

— Меня зовут Алекс.

Отец раздражено вздохнул, но быстро взял себя в руки.

— Пусть будет Алекс, если тебе так больше нравится. — Он вернулся к деловому тону. — Ты подумал о моём предложении?

— Каком?

— Я просил о встрече.

— Мы встретились. Я тебя слушаю.

— Я имел в виду не такую встречу, — поморщился отец. — У меня к тебе личный разговор, и хотелось, чтобы место было не столь публичным и… более приятным.

— Личный разговор? О чём? — Их взгляды скрестились.

— О многом. Считаешь, нам не о чём говорить? — приподнял одну бровь отец.

И Алекс хотел ответить, что так и считает, но не успел. Его прервал взволнованный женский вскрик.

— Алекс! — в этом голосе была и радость, и удивление, и неловкость.

Катя спешила в его сторону, отстукивая тревожную дробь каблуками, никого не замечая и не сводя с него глаз. В руках она держала плащ и сумочку, но не свои, так как была одета, и вторая сумочка болталась на плече.

— Я так рада тебя видеть… — Она быстро-быстро его осмотрела с ног до головы, будто убеждаясь, что с ним всё в порядке, затем закусила губу. — Как Фёдор Василевич? Что-то уже известно?

— Он в реанимации.

Катя часто-часто заморгала, опустила взгляд, но тотчас снова вскинулась.

— Мы все так перепугались, когда узнали, — сбивчиво начала она. — Наш кабинет дальше всех и… потом кто-то из бухгалтерии позвонил, а его уже увозили, — Катя беспомощно на него посмотрела. — И Лидия Петровна, она…

— Она где-то здесь, ушла узнавать новости, — прервал поток слов Алекс. — Поищи её. Я скоро освобожусь.

Только тут Катя заметила его отца.

— Простите, я… помешала… — она испуганно замерла, переводя взгляд с него на Гринёва старшего, и пока не успела что-нибудь ляпнуть, Алекс повторил просьбу.

Катя судорожно кивнула, всё так же покусывая нижнюю губу, — она всегда так делала, когда волновалась, и отошла, оглядывая коридор в поисках главбуха.

— Мог бы представить меня своей девушке, — с укором сказал отец.

Алекс с недоумением на него уставился.

— Это не моя девушка, — медленно проговорил он.

— Разве? — удивлённо приподнял бровь тот. — Поссорились?

В голове щёлкнуло. Вообще-то, зная род деятельности отца и его внезапное желание пообщаться, можно было догадаться и раньше. Ещё после звонка.

— Ты что, досье на меня собирал? — начал закипать Алекс.

Отец не стал отпираться и спокойно ответил.

— Хотел узнать, чем живёт мой сын.

— С чего вдруг?

— Мне всегда было не всё равно, но твоя мать…

— Не трогай её, — тут же оборвал его Алекс, поняв, что сейчас в адрес матери польются упрёки и обвинения. Слушать подобное он не собирался.

— Хорошо. Не буду, — всё так же спокойно согласился отец. — Но давай всё-таки договоримся о встрече.

И прежде чем Алекс успел хоть что-то возразить, продолжил.

— У тебя есть право желать со мной не разговаривать, и, возможно, основания для этого, — голос отца стал максимально серьёзным. — Но я прошу всего лишь об одной встрече. Одной. Выслушай меня, и после я приму любое твоё решение. Не захочешь общаться дальше — не будем.

Повисла пауза.

Они стояли, столкнувшись взглядами, словно борцы на арене. Ни один не хотел уступать. Алекс сделал медленный вдох. Отец был таким же упёртым как он сам и вряд ли отстанет, пока не добьётся своего. В голове всплыли слова Жени, когда они делились откровениями на берегу озера: «может, он жалеет, что так поступил…», и Алекс внутренне усмехнулся. Отец был не из тех, кто признавал свои ошибки, так что в подобное верилось с трудом. Тем не менее он медленно кивнул.