В Аномальной зоне (не) до любви

1.8 В баре. Окончание

         Серж никогда не повышал голос, но присущая ему мягкость сегодня дала слабину. Он настойчиво пытался выяснить, почему Женя игнорировала его звонки, не обидел ли он её неосторожным словом, а, быть может, у неё проблемы, и он мог бы помочь.

         — У меня всё хорошо, правда. — Сегодня его навязчивая забота не бесила. Женя ощутила, что помимо тех людей, которых она раздражала, пугала и тех, кому она безразлична, есть тот, кто испытывал к ней нежные чувства. На душе потеплело. — Знаешь, я вернулась на старую работу, и пришлось разгребать кучу дел. — Она подмигнула подошедшему бармену, тот многозначительно кивнул в сторону алкогольного стенда. Прикрыв динамик ладошкой, Женя шепнула: — Двойной виски, с колой и льдом.

         Красавчик-Билли широко улыбнулся и две его громадные руки, разрисованные китами и космосом, нырнули под барную стойку и тут же вернулись с бокалом-тумблером и бутылкой Джека Дениэлса.

         — Я волновался. — Серж устало вздохнул. — Прошу, ма шери, не делай так больше.

         — Прости. — Женя ностальгически вздохнула, вспомнив загорелые руки, перебирающие её непослушные кудри и слишком нежные касания, а затем перевела взгляд на могучие предплечья бармена. Неожиданно для неё самой, в голову полезли неприличные фантазии. Вот бармен смело притягивает её к себе, его руки ныряют ей под майку…

         — Почему ты замолчала? — Серж вернул её в реальность. В этот момент затихшая в какой-то момент музыка громыхнула раскатистым басом. — И… где ты вообще? Не дома?

         — В баре, отмечаю день рождения друга.

         — Я его знаю? — Серж напрягся, и Женя даже сквозь тысячи километры увидела, как сдвинулись широкие брови, а в зелёных глазах промелькнул тень ревности.

         — Не думаю, — усмехнулась она. — Ему двадцать один, Серж, и он ещё практически ребёнок. Вы бы точно подружились, если бы встретились, он, как и ты, обожает солёные арбузы.

         Французский друг хмыкнул, а Женя продолжила:

         — Мне тут подкинули новый проект и, скорее всего, я снова пропаду.

         — Твоя работа ужасна, — возмутился Серж, послушно переключаясь. — Я не понимаю, как можно в здравом уме вернуться туда, где тебя не ценят. Джейн, а что если… — Он помедлил. — Ты вернёшься в Париж? Россия слишком сурова для тебя. Обещаю, ты ни в чём не будешь нуждаться…

         — Я знаю. — Она грустно улыбнулась и обхватила свободной рукой бокал с бархатным содержимым. Пальцы тотчас обожгло холодом. — Мне нужно побыть одной и разобраться в себе.

         — Ты говорила, но я ужасно скучаю. Может, мне приехать к тебе? Быть рядом, пока ты разбираешься?

         Женя представила идеальные утра в своей старой квартире, давно не видевшей хорошего ремонта, завтрак в постель, приторную нежность крепких загорелых рук, пропахших кофе и морским бризом и вспомнила, почему сбежала.

         — Не сейчас. Хочу побыть одной.

         Серж тяжело вздохнул.

         — Как скажешь, ма шери. Хотя бы обещай, что будешь брать трубку.

         — В ближайшую неделю вряд ли, у меня выезд за город.

         — Шашлыки, мужики, водка?

         Женя весело рассмеялась.

         — Серж, твои представления о России прекрасны, но в реале: комары, консервы, тяжёлая работа.

         — И ни одного мужика на этой самой тяжёлой работе?

         — Только лысые и толстые дядьки, я тебя уверяю!

         — Я буду ревновать!

         — Не стоит, я не в их вкусе, — она продолжила веселиться.

         — Если ты не перезвонишь через неделю, я всё-таки приеду.

         — Договорились.

         Скинув звонок, Женя ещё какое-то время крутила бокал в руках, наблюдая, как преломляется свет сквозь древесного цвета жидкость, а затем, практически залпом, выпила содержимое. Горло приятно обожгло саднящей лавиной, которая тут же превратилась в приятное, разливающееся по всему телу тепло.

         — Ещё? — игриво подмигнул бармен.

         Женя кивнула.

         — Сразу видно, свой человек.

         На какое-то время Красавчик-Билли отвлёкся на других посетителей, но затем снова вернулся к ней.

         — Давно тебя не было видно, Бемби. Я уж думал, тебя угнал охотник на голубом Мерседесе, и рад, что это не так.

         — Практически так и было, — Женя расслабленно улыбнулась. Виски смыл остатки дурных мыслей и выключил голову. Она пригубила новую порцию алкоголя. — Но я сбежала, предпочтя свободу королевскому парку.

         — Наш ковёр цветочная поля-а-на-а, — забасил бармен и игриво сощурился.

         — Ага, никак мне без сосен великанов.

         — Ещё?

         Женя глянула на бокал и с удивлением обнаружила, что тот снова пуст.

         — Валяй.

         Кажется, её маленькая мечта потрепаться с кем-нибудь ни о чём и обо всём одновременно, начала сбываться. Билли оказался словоохотливым малым, Жене нравились его шутки, неожиданно дерзкие взгляды, а ещё — руки с космическими китами. Когда бармен в очередной раз хотел наполнить её бокал, его накрыла чья-то ладонь.

         — Просьба: этой женщине больше не наливать.

         Женя недоумённо уставилась на Алекса.

         — Какого хрена?

         — На сегодня хватит.

         — Это не тебе решать, — зло бросила она.

         — Эй, ребят, спокойнее.

         — Я совершенно спокоен. Билли, будь добр отдохни.

         — Только не подеритесь, — бармен примирительно поднял руки и отошёл в сторону.

         — Не дождёшься, — Алекс впервые за всё время улыбнулся. Правда, не ей.

         Она вырвала бокал из-под его руки и потянулась за бутылкой. Что он о себе возомнил?

         — Женя, — в голосе бывшего появились стальные нотки, — я предупредил.

         — А то что? — усмехнулась она.