В Аномальной зоне (не) до любви

3.8 Туристический домик

Спустя какое-то время домик действительно нашёлся. Ну как домик: четыре стены, крыша и широкие нары, занимающие две трети единственной комнаты. Со стороны входа стоял сложенный из прокопчённых камней очаг с рогатинами и перекладиной, чтобы можно было повесить котелок, а чуть поодаль — небольшой деревянный стол с двумя скамейками по обе стороны и прохудившейся крышей от дождя. Но больше всего Женю удивило странное сооружение за домом: невысокое возвышение с дырой посередине и навесом.

— Очень мило, — прыснула она, уперев руки в поясницу, выдыхая после непродолжительной ходьбы. От, казалось бы, небольшой нагрузки колени дрожали, и хотелось скорее куда-нибудь присесть, а лучше прилечь, но Женя упорно делала вид, что всё хорошо. — Я всегда знала, что стены в туалете, это излишество.

— Главное отверстие, всё остальное блажь, — поддержал её веселье Алекс. Пару раз он предлагал сделать привал или понести её на руках, на что она фыркала.

— А если медведь?

— Что ты, местная живность вполне себе интеллигентна.

— Думаешь подождёт, пока я закончу свои дела?

— Несомненно.

Они оба рассмеялись.

У Жени потеплело в груди. Подумать только, они шутили как в старые добрые времена. Чуть отдышавшись после перехода, она исследовала домик. На удивление он оказался чистым, будто тут недавно прибирались. В углу притулилась ощипанная метла, а с краю нар лежала видавшая виды, но аккуратно сложенная телогрейка.

— На днях, скорее всего, кто-то ночевал, — предположил Алекс. — Вон и кострище свежее, он кивнул на прокопчённый очаг, — и трава примята.

Постепенно их накрывали сумерки, и Алекс поспешил сообразить костёр пока окончательно не стемнело, а Женя вызвалась поискать сухих веток. Тут-то и началось веселье. Пока светило солнце её донимали только мошки и иногда кровожадные слепни, но комары на удивление почти не показывались. С приходом же сумерек их стало слишком много и чтобы отбиться, пришлось чуть ли не плясать, а ведь ещё надо было собирать ветки. Поэтому вернулась Женя злая и раздражённая.

Алекс тут же считал её настроение, хотя она не произнесла ни слова.

— Что случилось?

— Меня сожрали, — пожаловалась она, кидая ветки рядом с очагом. К этому моменту там дрожал робкий огонёк, облизывая влажный обрывок старого журнала и кусочек берёзовой коры.

— Садись поближе, сейчас как следует задымит, и это их сдержит. А если ещё и полынь найдётся, то, считай, мы спасены.

— Я больше в лес ни ногой, — мотнула она головой и уселась поближе к очагу на широкий чурбан, обтёсанный временем и дождями.

Алекс улыбнулся и кивнул на рюкзак.

— Достань хлебцы и глянь, что там за консервы, которые оставили нам альфовцы. Я не прочь перекусить.

— Ты, наверное, жутко голодный, — спохватилась она. Саму её весь день мутило от слова «еда», а ведь Алекс с обеда ничего не ел.

— Не то, чтобы жутко, но медведям лучше обходить нашу стоянку стороной.

Женя прыснула и полезла в рюкзак, и первым, что она нащупала, были её очки. Надо же, она ведь даже не заметила, как потеряла их. Ей вспомнился разговор в дороге. На вопрос, как её нашёл, Алекс отшутился, что по хлебным крошкам, а потом объяснил про многоходовку и несколько связанных между собой координат. Женя сглотнула и представила, что было бы, если бы он пошёл на другую точку. В душе всколыхнулась новая волна страха, и она поспешила с поиском консервов, чтобы хоть как-то отвлечься.

Когда костёр разгорелся, Алекс пошёл обшаривать дом, пояснив, что там может быть запрятана посуда или хотя бы котелок. Было бы неплохо сварить рыбный суп, и он вполне мог получиться, если бы им повезло ещё и с этим, но увы. Пришлось обходиться бутербродами из хлебцев и кильки в томате, и Женя в очередной раз проверила точность поговорки, что аппетит приходит во время еды. Алекс настоял, чтобы она хоть немного поела, и в итоге пришлось себя тормозить, чтобы не сожрать всё.

— А что мы будем делать завтра? — наслаждаясь последним кусочком второго бутерброда, спросила Женя. Кто бы мог подумать, что килька бывает такой вкусной. Всколыхнувшийся страх немного отступил и теперь маячил где-то на краю сознания.

— Если нас к утру не найдут, вернёмся к озеру, а там я попробую вспомнить какой дорогой на него вышел. Если удастся вернуться к месту погружения, оттуда рукой подать до лагеря пожарных. Да и альфовцы, думаю всё ещё там. Значит, будет транспорт. Но я всё-таки надеюсь, нас найдут. Нужно, чтоб тебя срочно осмотрел врач.

Женя недовольно поморщилась. Если не считать панических мыслей, то и дело мелькавших в голове, чувствовала она себя неплохо. Хотя с приходом темноты её снова пробил озноб, но признаваться в этом она не спешила. Пока они шли, ей казалось, что внутренний холод ушёл, но стоило немного посидеть без движения, как он принялся постепенно завладевать всем телом. Жар костра помогал мало. Вот если бы они всё-таки нашли котелок и вскипятили воды, можно было отогреть внутренности травяным чаем, наверняка Алекс разбирается, что можно заваривать, а что нет, а так — оставалось смачивать горло потеплевшей водой из родника.