В Аномальной зоне (не) до любви

4.14 Женя. Окончание

— А ну-ка, скажи мне, конспиратор хренов, кто именно попросил тебя узнать, куда я уехала, — спросила она, входя в комнату следом.

— А? Что? — Виктор обернулся и захлопал глазами.

— Не притворяйся идиотом. Ты понял, о чём я. — Она приблизилась, грозно сложив руки на груди.

— Женьк, ну ты чего, — под её напором, статист отступил и, прижав к груди бутылку тёмного стекла, плюхнулся на диван. — Весь отдел переживал! — и хитро сощурившись добавил: — Хорошо, хоть в этот раз ты догадалась нас предупредить.

— А ты уже небось всем разболтал?

— Фиг там, — расстроенно заломил брови Виктор, — главный сказал, инфа закрытая, правда, только до завтра, пока он не подпишет приказ.

— Хм, это радует. Ну так что? — продолжила наступление Женя.

Вик попытался сделать невинное лицо, но она поджала губы и смерила его взглядом исподлобья.

— Просто скажи кто, и я отстану.

Вик обречённо вздохнул и протянул ей бутылку:

— Обещай, что не сдашь меня.

— Даже если б хотела, не смогу. — Она забрала бутылку и не глядя поставила на тумбу. — Завтра меня здесь уже не будет. Так что…

— В смысле завтра?! Женя, как так то? — Вик вскочил с дивана и почесал затылок.

— Не отвлекайся. Итак, кто?

Друг закатил глаза и покачал головой.

— Мне кажется, ты и сама уже догадалась. Ой, не смотри на меня таким взглядом, будто собираешься убить. Алекс просил, кто же ещё?

— Но зачем?

— Да блин, — Вик одарил её недоумённым взглядом. — Ты бы видела его, когда он узнал, что с тобой случилось. Чуть кабинет главного не разнёс, образно конечно, всё простить не мог, что ему не сказали. Он же на выезде был и не сразу узнал.

— Не сразу… — как эхо повторила Женя, но тут же спохватилась. — Ещё скажи, волновался!

— Ты что думаешь, если вы расстались, уж не знаю почему, ему на тебя плевать?

— Если бы ему было не плевать, он навестил бы меня в больнице! — с обидой выпалила она. И тут же ужаснулась, что выдала себя с головой.

— Пришёл бы, если бы кто-то не свалил в закат, сменив симку, — припечатал статист.

Женя мгновенно потеряла боевой настрой. Села на диван, обхватив лицо руками и растерянно посмотрела на Вика. Тот махнул рукой и присел рядом.

Она уже жалела, что затеяла этот разговор. На душе стало паршиво, как после глубокого погружения. Выходит, она как всегда поспешила с выводами, надумала себе всякого, а всё могло бы быть иначе?

Вик не выдержал длительного молчания.

— Прости за бар. Я ж не знал, что ты до сих пор того…этого…

— Заткнись, — зло бросила Женя. — Ничего я не этого. Всё давно в прошлом.

— Угу…

Женя мысленно застонала.

Новый звонок в дверь, заставил вздрогнуть обоих и помог собраться с мыслями. Нечего распускать сопли. Поздно. Всё равно не узнать, что было бы, задержись она на несколько дней или вовсе останься. А предполагать можно что угодно.

Женя решительно направилась в коридор и там чуть не столкнулась с Эллой.

— И давно ты подслушиваешь? — нахмурилась она.

— Я только вышла, — пискнула подопечная и в доказательство прикрыла дверь ванной комнаты.

Женя молча выругалась и впустила гостей: улыбающихся Иру с Робертом. Они приветливо помахали пакетом с гостинцами, после чего Ира крепко её обняла.

— Мы так испугались, когда ты потерялась в лесу, — шепнула она. — Спасибо, что пригласила в гости. Сто лет у тебя не были. Здравствуй, Виктор. Привет, Элла.

Роберт в отличие от неё просто пожал руку, на взгляд Жени слишком крепко.

Все вместе они быстро вытащили стол и расставили посуду. Женя отослала статиста на улицу за столичными гостями, одновременно с этим прибыл курьер с боксами готовой еды, так что уже скоро они уселись за накрытый стол. Комната мгновенно сделалась жутко тесной. Но в этой тесноте, наполненной знакомыми людьми, их улыбками и теплом, было неожиданно уютно.

Док и Виктор первым делом налегли на жаркое, Ира скромно ограничилась греческим салатом, Руст, с интересом дегустировал сырную тарелку, а Элла с Робертом сговорились и нацелились на торт. Черничный, с мягким бисквитом и меренговой прослойкой. Он стоял на тумбе и манил съедобными соцветиями.

Женя же поняла, что не голодна. После разговора с Виком кусок в горло не лез, а мысли крутились вокруг бывшего. Господи, она уже и забыла, что сорвалась на следующие сутки, как пришла в себя, почему-то ей казалось, она провела в больнице вечность. И в эту вечность единственные, кто к ней заглянул, сегодня были здесь.

— Ты так и не сказала, что празднуем! — вклинился в её размышления жующий Вик и хитро подмигнул.

Он больше ни словом, ни взглядом не помянул произошедшего разговора, и за это Женя была ему благодарна. Она оглядела собравшуюся за столом компанию и заставила себя улыбнуться, — не хватало, чтоб и остальные узнали о её отвратном настроении.

Ира, сидевшая напротив, улыбнулась в ответ, а Роберт — отложил надкусанный кусок торта. Кажется, она никогда не видела их по отдельности или чтобы ребята ругались. Разные внешне и по темпераменту, они каким-то волшебным образом составляли единое целое. Светлая во всех смыслах Ира, мягкая как вода, легко обтекала даже её, Женины, острые углы, но эта мягкость была обманчива. Роберт же на фоне подруги выглядел излишне суровым: темноволосый, крепко сбитый, он следовал за ней молчаливой тенью, но стоило узнать его поближе, как миру открывался добрейший души человек. Пусть и немногословный.

Затем взгляд перекинулся на жующего Вика. Легкого на подъём, болтуна и автора дурацких шуток. Безалаберность — было его второе имя, и в то же время главный считал его специалистом высшего класса. Как в парне совмещались эти два качества, Женя не понимала.

Рядом со статистом обосновался док. Этого человека она знала всего пару дней, но уже заметила его невозмутимость практически в любой ситуации. Разве что тогда, в кемпере, после её неожиданного вылета в зону, на его лице промелькнули следы беспокойства.