В болезни и в здравии

Глава 1.

Май был в самом разгаре. На улице стояла теплая, почти летняя погода, в тени продавали мороженое и напитки, школьники заканчивали учиться, студенты закрывали сессию, чтобы тоже уйти на заслуженный отдых.

Юля Медведева уже сдала все требуемые от нее работы, оставалось только подождать пары экзаменов, но это были пустяки. К экзаменам она была готова и с чистой совестью наслаждалась выходными. А сразу после – лето! Что могло быть лучше? Разве что только выделить себе время на хобби и ни о чем другом не думать.

Коржи были готовы, и Юля, довольная собой, принялась за прослойку. Да, выпечка — ее страсть под номером два в этом мире. Первое почетное место заняли любимый кот Пушка, чье имя было производным от слова «пушистый», но все почему-то думали про пушку как орудие боя, и рыбка Дори. Мультфильмы Юля не смотря на свой почтенный возраст — двадцать лет — любила до слез и радужных соплей. Кому нужны вообще эти триллеры и детективы? У Юли и на любимой домашней одежде красовалась банда пингвинов.

В приемнике на кухне играло радио, и со слов ведущего Юля узнала, что уже два часа дня, а значит подруги должны были прийти с минуты на минуту. С тортами следовало поторопиться.

Отдавать выпечку в детский дом стало своего рода традицией уже лет пять назад, когда родители Юли — Георгий и Диана Медведевы — свозили дочь в рамках благотворительной акции в самый большой приют их города. Короткое интервью для журнала «Бизнес сегодня» Юля помнила плохо, зато в памяти прекрасно отложились сочувствие к брошенным детям и глаза матери, выражавшие в тот момент тоже самое. С тех пор и повелось. Каждый месяц Юля ездила в детский дом и отдавала свежую домашнюю выпечку. Ее там уже знали как родную и относились соответственно. Юля искренне надеялась, что радость по отношению к ней крылась в благородных позывах, а не потому, что ее родители мелькали на телеканалах и в газетах с такой же частотой, что и реклама подгузников.

Лиза и Вероника заявились только около трех. Вечные опоздуньи. Их даже в университете отчаялись ругать. Лизе стоило только хлопнуть пару раз большими голубыми глазками, как декан возводил очи горе, видимо, прося там терпения и милосердия, и отпускал нарушителей с миром.

Они трое были неразлучны, сколько Юля себя помнила. Садик, школа, институт — все это они прошли вместе, только факультеты разными оказались. Как они спелись, оставалось большой вселенской тайной. Вероника была неловкой и рыженькой, Лиза — самая высокая из их компании — закончила модельное и являла собой белокурое, голубоглазое изящное существо. Ну а Юля была просто Юлей.

Без пяти три, когда Юля закончила украшать третий торт, сняла фартук и потянулась раздался нестройный стук в дверь.

- Фух, я думала, мы из этой пробки никогда не вылезем, - поприветствовала Юлю Лиза и втянула носом воздух: - Это клубника? Ты делала торт с клубникой? А ягод оставила?

- А то ты не знаешь, - засмеялась Юля, закрывая дверь. - На тарелке лежат, иди ешь. Как дела у отца с ногой, Ника?

Подруга махнула рукой и едва не заехала Юле по носу:

- Оп-па, прости-прости. Отца бесит гипс, а так все хорошо.

На кухне Лиза уже успела съесть клубнику и теперь радостно улыбалась. Клубничный маньяк. Пару часов после такой взятки с ней можно было делать, что угодно.

- Что, как у кого дела? Истинного никто не нашел за то время, что мы не виделись? - поинтересовалась Лиза, возя пальцем по пустой тарелке, где лежали ягоды.

- Так мы же вчера разговаривали, - не поняла Вероника.

- Я так и не научилась шутить, да? - Лиза вздохнула. – Чувство юмора обошло меня стороной.

Юля нахмурилась. Парни, мужья... Везде все спрашивают про мужей и истинные пары. Для Юли эта проблема стояла особенно остро: у нее со школы начались проблемы с запахом. Что произошло, Юля могла только догадываться. То ли во время полового созревания система дала сбой и файлы внутри нее перезагрузились с критическими ошибками, то ли во всем был виноват тот случай, когда к ней еще маленькой пристали двое подвыпивших парней. Врач семьи считал, что проблема скорее психосоматическая и кроется где-то в подкорках ее панически испугавшегося однажды в детстве мозга. Это предположение было логичней всего, с ним была согласна и сама Юля, так как запах приходил, но рывками, без какой-то системы, появляясь и пропадая почти сразу.

Однако же, стоило родителям услышать применимое к единственному чаду слово, начинающееся на «псих», как тут же было организовано семейное заседание, где постановили, что Юля будет раз в неделю посещать другого «псих» - психолога. Этим бесполезным, как она считала, занятием дочь семейства Медведевых занималась вот уже два года, но прогресса пока не наблюдалось и не предвиделось. Психолог считал, что Юля не старается, а Юля считала, что психолог зря получает свою зарплату. Так и жили.

Из одной проблемы вытекала вторая: пара. Как найти истинную пару, точнее, как пара найдет ее, если от нее слышен запах только пару-тройку дней в месяц (если повезет!), и эти дни невозможно предсказать заранее? Вопрос на миллион. А, меж тем, было бы несправедливо остаться без пары. Истинные находили друг друга с вероятностью в восемьдесят процентов: их сталкивало вне зависимости от того, проживали они на одном континенте или на разных. Двадцать процентов занимали те, кто пару никогда не найдет. Это мог быть любой несчастный случай: младенцы и дети тоже люди, и имеют такое же свойство умирать.

Юля упрямо не хотела думать, что раз ей так «подфартило» с запахом, то и ее паре могло подфартить. А время, между тем, шло.

- Ты о чем задумалась? - раздался голос Лизы, и Юля вернулась на кухню, где на нее выжидающе смотрели подруги.

- А... Я так... Родители тут на днях интересовались, как у меня дела в личной жизни, нет ли кого на примете. Мне мамин тон не очень понравился, какой-то он подозрительный был.

- Может, они хотят тебя с кем-нибудь свести? Ну, из своего окружения. - предположила Вероника, сдувая густую челку с глаз.