В цепях ее пламени

Пролог

Туман висел над ареной Хрустального Колизея, оседая на кое-где треснувших от времени плитах. Глен Вишер шагнул вперед, босые ступни бесшумно прилипли к мокрому камню. В голубых глазах светилась холодная ярость.

Вода послушно стекала с его рук, змейками обвивая рельеф мускулов и подчеркивая игру сухожилий на запястьях. Капли влаги скатывались по обнаженному торсу, оставляя блестящие дорожки между напряженными мышцами пресса. Его водяная магия была такой же, как он сам, — сильной, гибкой и неукротимой, как река в половодье.

Навстречу ему, сквозь дымчатый воздух, вышла Элидж Тэйне.

Зал разочарованно зашумел: настолько разительным был контраст между противниками.

Даже Глен на мгновение замер, оценивая девушку и ощущая вялое трепыхание совести. Она казалась такой маленькой рядом с ним — стройная, почти хрупкая смуглянка в обтягивающем алом комбинезоне, перехваченном золотым поясом.

Пламя не окружало Элидж — оно жило в ней. От каждого ее шага по мокрому камню поднимался легкий пар, а браслеты из черного обсидиана, единственное украшение, мерцали ослепляюще-красными искрами. Девушка не спешила занять боевую стойку. Просто ждала, поглаживая лежащую на плече толстую черную косу.

Взгляды магов встретились. В темных, как спелая вишня, глазах Элидж была лишь спокойная уверенность, и это еще больше разозлило Глена, хотя он и так клокотал от гнева.

— Твой род обратил мой в пепел! — рыкнул мужчина, яростно встряхнув головой. Его кадык резко дернулся, когда он сглотнул. Давно не стриженные светло-золотистые пряди прилипли ко лбу и вискам, будто сама вода пыталась охладить его бешенство. — Сегодня ты узнаешь, каково это — быть бесправной игрушкой.

— Обычно вода гасит огонь, — согласилась Элидж, сжимая в кулак тонкие пальцы. — Но иногда пламя бывает сильнее, и тогда вода горит, слышал о таком? — Ее голос был тихим, хотя каждое слово обжигало.

По позвоночнику Глена пробежался неприятный холодок. Отбросив дурное предчувствие, маг лишь презрительно ухмыльнулся и атаковал! Вода взметнулась изо всех трещин в плитах, сплетаясь в десятки хлыстов, со свистом рванувших к девушке, чтобы разорвать, захлестнуть, утопить…

Но Элидж даже не сдвинулась с места. Она вдохнула, ее грудь плавно поднялась, и первые водяные хлысты мгновенно испарились в воздухе.

Глен удивленно приподнял бровь, но не остановился: из тумана над ареной обрушился водопад — целая лавина, способная раздавить весь Колизей.

Элидж выдохнула. Маг успел заметить, как ее тонкие ноздри расширились, как напряглись мышцы шеи под гладкой кожей, а с губ сорвалось раскаленное белое пламя и… выжгло воду без следа, будто ее и не было.

Зато по телу и лицу мужчины побежали капли пота. Не только из-за жара вокруг, но и из-за осознания, насколько велики ставки. Тогда он атаковал снова!

Хрупкая фигурка, словно танцуя, заскользила между хлещущих струй. Тяжелая коса металась черной волной. Вдруг браслеты Элидж вспыхнули алым, и в воздухе зазмеились огненные кнуты.

Девушка уверенно двинулась вперед, а Глен начал отступать, выставив перед собой водяные щиты. Его босые ступни звонко шлепали по мокрому камню, дыхание стало частым и резким, пот уже ручьями тек по телу. Дурное предчувствие снова проснулось, сдавливая сердце.

Воздух наполнился шипением воды, испаряющейся при встрече с пламенем.

Огненный кнут рассек защиту, взрыв пара опалил кожу, глаза Глена заслезились. Жар от второго удара опять проник сквозь водяную завесу, оставляя след на плече, и маг зарычал от ярости, пытаясь увернуться от третьего. Споткнулся, чувствуя, как напряглись икры, когда он попытался удержать равновесие. Не вышло… Очередной кнут полоснул по ногам, обжигая и толкая вперед.

С громким проклятием мужчина рухнул на колени. В тот же миг Элидж оказалась рядом. Тонкие сильные пальцы сомкнулись на его горле. Глен инстинктивно напрягся, пытаясь вырваться. И не сумел. Самое страшное: он впервые не чувствовал воды вокруг. Его магия захлебнулась, подчинившись чужой воле.

— Ты проиграл, — голос девушки звучал тихо и в нем не было злорадства. Только уверенность.

Ее лицо было настолько близко, что Глен разглядел тени от ресниц на точеных скулах, золотистые крапинки в карих глазах, мелкие веснушки на переносице и капельки пота над верхней губой. Все в ней дышало совершенством, от которого кровь стучала в висках.

Элидж разжала пальцы, но маг все еще чувствовал их захват на шее. Огненная зараза оставила на нем след — клеймо под левой скулой, знак его нового положения.

— Ты… что ты сделала? — прохрипел мужчина, растерянно щупая эту странную горящую метку.

— Ты сам выбрал правила. — Девушка усмехнулась, глядя на него сверху вниз.

А потом пошла прочь, оставляя проигравшего мага на камнях. Ее коса колыхалась за спиной в такт шагам, и Глен не мог отвести взгляда, представляя, как наматывает эту косу на руку…

Теперь он испытывал к выскочке из рода Тэйне не только ненависть, но и сводящее с ума желание. Гордость мага требовала реванша, а гордость униженного мужчины — обладания, жаркого и страстного, как сама смуглянка.

У выхода с арены Элидж остановилась:

— Теперь ты мой. Но если хочешь найти настоящих убийц — научись думать и слушать.

И ушла не оборачиваясь, зная, что нового раба доставят к ней домой. Оставляя Глена одного — с яростью, стыдом… И первыми в жизни сомнениями.