В час, когда замурлычет кот...

Глава 4

— Вот. Думаю, на время сойдет. Здесь вполне комфортно. За той дверью… м-м-м... удобства. — Широким жестом обведя собственную комнату, Азрайт шагнул к шкафу в углу, торопливо выудил несколько предметов гардероба. — Я соберу кое-какие вещи, которые могут мне завтра понадобиться, и оставлю вас. Кровать достаточно широкая, и вы с Хиль сможете спать тут вдвоем.

Пожалуй, удобства и комфорта Вере с малышкой здесь и правда хватало, но, по мнению женщины, только на время, на пару дней. Как и весь мрачный особняк, эта холостяцкая спальня некроманта совершенно не подходила для маленького ребенка. Чего стоила одна прикроватная лампа. Явно дорогую, поблескивающую самоцветами безделушку украшали крошечные золотые черепа с рубиновыми вставками в глазницах, а ее изогнутое основание было выполнено в виде косы с черной лакированной рукоятью и красной эмалью по краю лезвия, с которого свешивались на тончайших нитях светящиеся капли, явно изображающие кровь.

— Брр... — Веру Дмитриевну внутренне передернуло от такой прелести.

«Специфика профессии — с этим, конечно, ничего не поделать, но зачем тащить некромантские символы в спальню?» — размышляла она, помогая сонной девочке снять платье и грязные поношенные ботиночки.

Пальто-пелеринку Хиль сбросила еще раньше, в столовой, и одежду забрал кто-то из костлявой некромантской прислуги. Различать, как сам хозяин, одинаковых скелетиков Вера не могла.

Какой-то из них сейчас как раз расправлял постель, по приказу Азрайта меняя белье на свежее, такое же черное и шелковое, как было до этого.

Не успела на толстую перину лечь чистая простыня, как на кровать одним прыжком запрыгнул кот и начал там гнездиться с такой наглой бесцеремонностью, что Вера не выдержала.

— Тут ты спать не будешь! — Крепко ухватив паршивца за шкирку, она сердито встряхнула поджавшего хвост и уши Амура, не ожидавшего от нее такого демарша. — Неизвестно, где твоя мохнатая тушка до этого лазила и каких паразитов нахватала. Да и вымытому — а я тебя для начала отмою — тоже не следует ползти в кровать. Поспишь вон хотя бы на кресле, а потом придумаем тебе место.

— Уау! — Возмущению очухавшегося пушистого божества не было предела. — Верни меня на место, женщина! Я буду спать там, где хочу! Я бог.

А-а-амц. Клычки клацнули, когда его увесистое, махающее когтистыми лапами тельце крепко перехватила у Веры Дмитриевны магия некроманта и подвесила в переливающейся всполохами сетке, словно диковинную елочную игрушку.

— Я оставлю тебя в своем доме и не вышвырну на улицу только потому, что ты помог мне обрести дочь.

Голос господина Морбейна звучал холодно и равнодушно. Котище скалил зубы в магической ловушке, вертелся, драл ее когтями и шипел, однако без толку. Сеть даже звуки наружу не пропускала, но, по-видимому, все, что говорил маг, в ней было слышно, иначе некромант не стал бы объяснять наглецу правила поведения в своем жилище.

— Твое дальнейшее пребывание здесь под моей защитой — а ты, поверь мне на слово, в ней нуждаешься — обусловлено только хорошим отношением к тебе Хиль и Веры Дмитриевны. Стоит им решить, что от тебя больше беспокойства, чем пользы, и я велю вышвырнуть тебя вон. Поверь, это милосерднее, чем то, что проделали бы с тобой другие, ведь и из божественной сущности можно выкачать силу...

После этих слов Амур затих. Глаза кота стали огромными, а сам он сжался в комок. Видимо, ранее самоуверенному животному даже в голову не приходило, что в этом мире без покровителя и убежища он сам подвергается опасности и может стать объектом охоты.

Закончив с воспитанием мохнатого, Азрайт развеял заклинание над креслом, отчего тушка кота с приглушенным мявком шлепнулась на мягкое сиденье.

Хиль уже спала, свернувшись на кровати, куда ее уложила Вера Дмитриевна, пока некромант запугивал кота. Под платьем у ребенка обнаружилась полотняная сорочка, не очень свежая и местами штопанная, но хоть какое-то подобие ночной рубашки, а вот у самой Верочки ничего подобного и в помине не было. Все ее имущество составляли серые спортивные штаны, розовые пушистые тапки и растянутая футболка с изображением капибары. На роль ночнушки футболка не годилась, будучи лишь чуть ниже талии.

Пока Верочка раздумывала, стоит ли попросить у хозяина спальни какую-нибудь рубашку, или это будет не совсем прилично, мужчина, решив, что сделал все требуемое, вышел, забрав с собой слугу. Дверь за ним закрылась, и Вера Дмитриевна тихонько опустилась на краешек кровати.

«Одежда у меня, допустим, домашняя, чистая, — размышляла она про себя. — Тут совсем не жарко, да и, наверное, завтра нам с Хиль какую-нибудь одежду выдадут. Буду спать как есть, только надо еще осмотреть упомянутые удобства. Надеюсь, там не ночной горшок и лохань вместо ванны, хотя, учитывая свечи, вполне может быть и такое».

Нахохлившийся, как несушка на гнезде, котище мрачно наблюдал за ее раздумьями из выделенного ему кресла и молчал.

— Послушай, — Вера Дмитриевна первая решила пойти с ним на мировую, — давай не доставлять друг другу проблем. Ты же и правда неизвестно где своим мехом обтирался, а здесь ребенок.

— Не вижу логики, — фыркнул кот. — Девчонка меня к тебе притащила на руках, сама ты меня сюда тоже несла, а тут вдруг грязный. Тьфу! Чистоплюйка. И еще за шкирку! Меня-а-а...

Шерсть на его загривке опять вздыбилась.

— Хиль потом руки ополаскивала в столовой, я надеюсь сейчас помыться или хотя бы руки помыть. А кровать не место для животных. Чем тебя кресло не устраивает? И вообще, если надо исполнить твое пророчество, то лучше держаться вместе, помогать друг другу. Главное, как я поняла, счастье и безопасность девочки.

— Пф-ф-ф… — Зверюга фыркнул в усы. — Но мыть себя не дам! Учти! Я при переходе в этот мир вполне очистился. И хватать так за шкирку больше не смей!

Они кивнули друг другу, подтвердив это мирное соглашение. Амур свернулся в клубок, а Вера Дмитриевна, нерешительно потоптавшись перед дверью предполагаемого санузла, рискнула наконец его посетить.