В чем тупил канон

Лист 8. Палисадник для одного дерева

- Томоэ, ты весь красный, - озабоченно нахмурилась Лина, всматриваясь в лицо своему хранителю. Она сидела в кабинете и, вооружившись канцелярскими принадлежностями, что-то неистово пыталась создать. Лис же зашел к ней, чтобы принести обед. – Ты заболел, что ли? – девушка немедленно поднялась на ноги и, пройдя к нему, потрогала лоб. – Да ты весь горишь! – праведно возмутилась она. – Так, давай сюда! – забрала у него из рук поднос.
- Я в порядке, - вяло сопротивлялся ёкай, потому что причина покраснения была не простуда, а присутствие крутой и самодостаточной хозяйки, лихо расправляющейся с любой просьбой. Даже Микаге не додумался создать шикигами, разрывающего связи.
- Да какой в порядке! Я тебе говорила, чтоб ты двери с окнами не раскрывал? – уже ругала она его, толкая в сторону его комнаты. – Кстати, у тебя что, нет своей комнаты? – остановилась.
- Нет смысла отводить ее мне, я обычно не сплю, либо ночую на крыше или в чайном доме, - проговорил лис, чувствуя на своей спине ее руки и от этого краснея еще сильнее.
- Кошмар! Поспишь у меня, - постановила иномирянка. – Нет, ну надо же, бесовская сила, а и та тоже болеет! Вот уж мне все эти чудеса, если и их насморк берет, - ворчала девушка, заводя лиса в свою комнату и укладывая в своей постели. – Вот так подушечку положим, - Томоэ отвернулся, потому что, встреться он с ней взглядом, точно бы лишился чувств. – Одеяльцем прикроем… Шторочки занавесим… Так, ты ел? – встала посреди комнаты, уперев руки в боки. – Сейчас отварю тебе какой-нибудь бульон, так что не переживай, на поправку быстро пойдешь! Не волнуйся за хозяйство – я приберу весь храм и полностью возьму на себя твои обязанности на сегодня! – бойко проговорила девушка и вышла из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь.

От этой заботы кровь в голову била еще сильнее, так что, казалось, мозги превратились в одну сплошную артерию. Злая хозяйка, которая ненавидит демонов и защищает людей, сейчас возится с ним, словно он маленький ребенок, словно он достоин того, чтобы с ним возились. «Люди злые, пустоголовые и жестокие, потому что слабые. Слабость порождает зло. Они не могут проявлять тех самых качеств, к которым призывают остальных…» Эти слова, сказанные им когда-то при Микаге, были встречены очередной лекцией, но Томоэ до последнего держался этих суеверий о людях, потому что за свою жизнь встречал лишь подобные экземпляры. И никогда никто из них даже не думал проявить к нему заботу – все, лишь завидев его издалека, разбегались в стороны, вопя от страха.

Ёкай, уткнувшись носом в подушку, впитавшую запах девушки, закрыл глаза, утомленный собственными страданиями.

Тем временем Лина, найдя в холодильнике целую потрошеную курицу, очень обрадовалась и, поставив ее вариться, удалилась во двор, сгребать недоубранный мусор.

- Нанами-сама очень добра к Томоэ-доно, - заметил Котетсу.
- Конечно, - хмурясь, ответила та, - я ведь в ответе за тех, кто живет в моем доме. Если я не буду следить за ним, за вами, да и за Хицу-тяном, какая же я тогда хозяйка?
- Нанами-сама, - восторженно закивали хранители.

Пространство над ними колыхнулось, и из воздуха возник Ками-кадзе собственной персоной.

- Глупая девчонка не смеет занимать пост бога земли, - сходу заявил он.
- Отохико-сама! – воскликнули Оникири и Котетсу.

Лина обернулась.

- К твоему несчастью, я нетолерантный гомофоб, - просветила она его, состроив мрачную гримасу и перехватив поудобнее метлу.
- Эй, что за намеки! – возмущенно прикрикнул тот.
- А ты веди себя нормально, тогда и отношение будет соответствующее! – повысила на него голос иномирянка. – Приперся тут, раскрашенный, как проститутка, еще и права качает! В гости пришел – так проходи! Проверять пришел – ну так давай сюда свои проверки поганые, я их мигом пройду! – погрозила ему кулаком в запале гнева.
- Да как ты смеешь мне что-либо предъявлять, недостойная! – вокруг Отохико начали собираться туча, ветер грозился обрушиться бурей.

Внезапно между ними встал Томоэ, склонившийся в вежливом поклоне.

- Простите, Отохико-сан, моя госпожа совсем не знакома с богами, поэтому прошу ее простить и не гневаться.
- Да ты еще будешь прогибаться перед этой крашенной…! – Томоэ, мигом подскочив, зажал ей рот, вежливо улыбаясь богу ветра. Лина продолжала что-то возмущено бурчать, и из-под ладони то и дело доносились угрозы, что, куда и как можно сделать с Отохико.

Посмотрев на сию картину, бог ветра припомнил слова Микаге и, хмыкнув, гордо исчез, решив отплатить ей потом сполна за оскорбление.

- Твоя протеже вульгарная грубиянка! – выговаривал он другу.
- Я тебя предупреждал, - стоя на дереве и наблюдая за ними, мягко напомнил ему бог земли. – Она не нуждается в проверке, даже шикигами сумела создать без чьей-либо помощи.
- И что теперь? – нахмурился Отохико. – Теперь вот это вот, - кивнул он на них, - пригласят на Камухакари?
- Да. А ты против? – простодушно улыбнулся ему Микаге.

Тот что-то буркнул в ответ, раздраженно дернув плечом.

- Ты когда-нибудь начнешь исправлять свой скверный характер? – отчитывал хозяйку Томоэ, потому что всерьез испугался, что незваный гость может поступить как Наруками. На еще одно превращение в бесхозного ёкая у него бы не хватило самообладания.
- А ты сам посуди, - хмурясь, отвечала Лина, активно жестикулируя. – Пришел он тут, - тыкнула пальцем в землю, - в мой храм, - тыкнула пальцем в себя, - еще и права какие-то качает! Это вообще нормально, что всякий сброд может посещать чужие владения безнаказанно, да еще что-то требовать, а?! Мне это не нравится, и я защищаю свою территорию, своих хранителей и свой храм!

От резко поднявшегося давления разболелась голова, потому что слова хозяйки, пропитанные заботой и любовью к вверенным ей существам, подействовали лучше сакэ. А лис, пробыв с ней столько времени, научился определять среди гневного крика чувство заботы. Слуга, потерев пальцами переносицу, вновь покраснел, забыв ей указать на то, что гости незваные приходят сюда, потому что как богиня она всё же слаба.