В чем тупил канон

Лист 11. Первая встреча

«Вот и летние каникулы идут, - скромно сидя в уголочке, вещала Совесть. – Весь канон медленно, но верно идет на х…»
«Эй», - тормознула ее хозяйка, не особо обращая внимания на это нытье, продолжавшееся уже второй день.

Совесть в ответ еще раз тихо вздохнула. Не видать ей желанной романтики как своих ушей.

Прошло несколько дней с тех пор, как Химемико была освобождена от нежелательных уз с человеческим юношей. Лина, проснувшись в тот день к позднему завтраку, увидела у своей постели Томоэ, рассматривающего те самые журналы путешествий, которые он не убрал. Богиня отругала слугу за то, что тот ее не разбудил по часам, на что лис смолчал и даже вслух признал свою ошибку. Да и вообще все эти пять дней был подозрительно покладистым. Но Романова, разумеется, не обратила на это внимания, по горло занятая своими делами.

«В прошлое не ходили, на море не поехали с друзьями…»
«Ахах, смешно», - фыркнула Лина, с линейкой проверяя расстояние и исправляя карандашом.
«Хотя да, о чем я – у нас же нет друзей, - трагично воздела руки к небу Совесть. – Ами нас боится и только изредка прячется за твоей партой от толпы, Химемико и думать о нас забыла, хранители запуганы…»
«Красота, согласись? – бодро хмыкнула девушка. – Никаких тебе дурацких привязанностей, никакой любви – мечта, а не жизнь!»

Зазвонил телефон. Иномирянка, закатив глаза, потому что ее оторвали от рассматривания карты города, которую она сама лично сделала, посмотрела на дисплей – звонила староста.

Вошедший Томоэ, заметив зорким демоническим глазом имя звонившего, сказал, щурясь и изо всех сил зачем-то сдерживая эмоции:

- Тебя зовут на внеклассные занятия?
- А, надоела, - нахмурилась иномирянка. – Выкинь это, - протягивая ему мобильный, сказала она. Лис выразительно выгнул брови. Девушка, встретившись с ним взглядом и что-то для себя решив, кивнула, кладя телефон обратно на стол: - Хотя да, ты прав, это расточительно. Где тут беззвучный режим…

То, что он и правда так подумал, Романова точно не могла знать, но своими словами подлила масла в огонь любви лиса к себе. Промолчав насчет всего, что так и хотелось сказать вслух, лис поставил перед хозяйкой принесенный поднос, на котором был зеленый чай, блюдечко с данго и какой-то цветастый флайер с пальмами, прошедший жесткий отбор среди других рекламных листовок.

- Фу, - покосилась на поднос девушка, - убери эту гадость, - отмахнувшись от еды, как от насекомого, добавила она.

Лис нисколько не расстроился, потому что принесенное угощение было выстрелом в холостую – он не имел понятия о том, какое лакомство предпочитает хозяйка, поэтому, руководствуясь стандартным набором блюд «для девушек», принес ей данго.

- Я предполагал, что ты не любишь сладкое, - забирая поднос, всё же высказался лис, донося до ее сведения свою частичную правоту.
- Чего это не люблю, - нахмурилась богиня. – Очень даже. Только вот эти рисовые шарики не сладость. Фе, терпеть их не могу.

Томоэ с тройным вниманием посмотрел на хозяйку.

- И что тебе нравится? – абсолютно ровным тоном поинтересовался хранитель.

Лина улыбнулась теплой улыбкой, которая пронзила сердце ёкая тысячной стрелой Амура. Выражение ее лица впервые было таким добрым, что хотелось плакать от счастья. Даже глаза будто осветились внутренним светом. Лис, отодвинув от себя буйные чувства и успокоив тахикардию, молча взирал на девушку.

- Мятные пряники с прохладным молоком, - подперев щеку рукой, ответила Романова, почувствовав тоску по родному менталитету. – Свежий домашний хлеб с хрустящей корочкой. Вареная картошка с маслом, чесноком и зеленью. Эх… - и столько ностальгии было в этом вздохе. – Точно! – щелкнула пальцами Лина, оживляясь от пришедшей в голову идеи. – Раз у меня всё равно каникулы, давай смотаемся в другую страну!

Задумавшись над словом «смотаемся» и его применением относительно одушевленных существ, Томоэ степенно произнес:

- Богу нельзя покидать пределы своей страны.
- Да ладно! – отмахнулась Лина, уже убегая в свою комнату и по дороге едва не сбивая Мидзуки. – Мы только на Курилы заглянем – там в магазинах наверняка есть пряники! – голос прервался топаньем ног, и озадаченное лицо Момодзоно показалось в дверях кабинета, нашаривая взглядом стоявшего столбом лиса. – Хотя да, это же острова, наверняка у них проблемы с подачей продуктов. Так что, - вновь унеслась к себе, - поехали во Владик! Но Сахалин ближе, - прервала она сама себя и тут же сама себе подтвердила: - В Южно-Сахалинск!

Мидзуки зашел в кабинет, натыкаясь на выходившего Томоэ, и направился хвостом за ним на кухню.

- Обычно все нормальные люди и боги летом на Окинаву торопятся, а наша хозяйка собралась в самую страшную страну, - змей с усмешкой развел руками. – А мы с Йономори-сама обычно путешествовали после октября…

Не слушая, что там говорил альбинос, лис вылил чай и выкинул данго, которые теперь и ему показались противными, хотя раньше он их ел и не брезговал.

- Но кстати, - серьезный тон змея прервал его задумчивость. – Если там узнают, что Нанами – японский бог земли, проблемы будут в глобальном масштабе.
- Мда? – на пороге стояла Лина, мрачно уперев руки в боки. – И что за проблемы? Только не говорите, что небо поделено по сферам влияния на мифы и легенды, и я рискую получить нагоняй от Ярилы, - насмешливо фыркнула девушка.
- Да, - не понимая ее насмешки, подтвердили хранители.

Приложив руку ко рту и пытаясь осознать масштаб всей трагедии абсурда, Лина прошлась по коридору взад и вперед, от души порадовавшись, что автор манги не стал покушаться на более сложный треш, который было бы сложнее исправить. А то умереть в манге только потому, что автор что-то придумал, но не обосновал – это то же самое, что, пережив три аварии, умереть, поскользнувшись в ванной.

- Ладно, - иномирянка остановилась и посмотрела на высунувшихся из кухни хранителей. – Мы за пряниками и картошкой, а ты, Мидзуки, остаешься тут с Оникири и Котетсу… Мдэ, - добавила она себе под нос, уходя в свою комнату, - а ад они, видимо, каждый под своей страной хранят. Ну ок. Ох уж мне эта самодеятельность…