В чем тупил канон

Лист 25. На горе тэнгу

- Я просто хочу доказать, что я ни в чем не виноват, - упрямо твердил ворон, сидя за широкими спинами шикигами, в то время как Лина, будучи вне себя от ярости, клялась разорвать его на перышки и набить им подушку. – Я не имею никакого отношения к тому, в чем ты меня обвиняешь…
- Никакого?! – от яростного ора Лины Ботанмару испуганно вытаращился, переведя взгляд на Кураму.

Надо сказать, что Романова решила не размениваться на гостеприимство и, даже не впуская пришедших в храм, сходу кинулась на них практически с кулаками. Хицу вместе с детьми огненного духа стояли между вороном и богиней, а Томоэ, улыбаясь одними глазами, пытался удержать девушку от опрометчивого избиения виновника многих "торжеств".

- Никакого… - эхом откликнулся Шинджиро, вдруг начав сомневаться в собственной непричастности к делу, в подробности которого Романова еще не успела его посвятить.
- У меня в храме два брошенных ребенка, одна из которых похожа на Суиро как сестра-близнец, - сжав кулаки, зло проговорила иномирянка. Курама изумленно моргнул. – А с крыльями тэнгу по городу летаешь только ты, - ядовито заметила она. – Так что либо ты мне объясняешь, какого лешего тут творится, либо я тебя придушу собственными руками.

Хицу, вскинув бровь, отошел в сторону, а ворон, все еще не придя в себя от изумления, уставился взглядом в землю. Видя его замешательство, Лина скривилась, но успокоилась, так что лис ослабил хватку, выпуская ее из объятий.

- Хм, - чему-то своему усмехнулся он, глянув в сторону.
- Что? – сквозь зубы процедила Романова, не глядя на него.
- Ты ведь совсем не злишься, - заметил лис. Лина непонимающе глянула на него, и они пересеклись взглядами. – Когда ты злишься, аура чернеет. Сейчас она не изменилась, значит, ты просто расстроена. – Теплота в серых глазах была настолько неподдельна, что Романова почувствовала, как сбилось собственное дыхание. Отвернулась, сердито буркнув:
- Нашел, о чем думать в такой момент.

- Шинджиро-сама, - обеспокоенно позвал Ботанмару, осторожно коснувшись рукава его плаща.
- Я… - словно очнувшись, Курама поднял взгляд на Лину. – Я хочу увидеть девушку.

Иномирянка сощурилась, словно оценивая искренность его порыва, но сказала:

- Котетсу, пойди к Сорану, посмотри, спит ли Цубаки.
- Да, Нанами-сама.

Курама устало поднялся с земли, куда его уронил внезапный хук справа богини полчаса назад. Отряхнулся и, поджав губы, уставился куда-то в осеннюю даль рощи. Стало заметно, каким уставшим он выглядел, словно провел бессонную ночь, тревожась о чем-то неведомом.

- Шинджиро-сама пришел сюда, - заговорил Ботанмару, беспокоясь о молодом господине. – Потому что сказал, что земная богиня сможет помочь. А богиня только драться умеет, - пробормотал он себе под нос.
- Борясь за счастье людей, иногда приходится применять силу, - криво усмехнулась Романова, услышав его.
- Так уж иногда… - вежливо заметил подошедший Мидзуки, улыбаясь. Лина, скользнув по нему рассеянным взглядом, обратилась к Кураме:
- Что за дело у вас?
- Возникли сложности, - уклончиво ответил тот, хотя полчаса назад он готов был все выложить как на духу. – Там, дома.
- Соджобо заболел неизвестной болезнью, а Дзиро, захватив власть, практически ввел военное положение и комендантский час, - полуутвердительно-полувопросительно проговорила Лина.
- Да-а, - изумленно протянул Курама, вытаращившись на богиню. Ботанмару во все глаза уставился на девушку. – Как ты узнала?
- И что ты собираешься делать? – вместо ответа поинтересовалась Романова, сложив руки под грудью.
- Я не… - Шинджиро осекся, вдруг уставившись на младенца в руках Мидзуки. – Можешь мне его дать? – попросил он, чем сильно удивил альбиноса.
- Еще чего! – возмутился тот, прижав к себе плотнее дитя. – Я не доверю ребенка безответственному тэнгу, сбежавшему из дома.

Курама обернулся за помощью к Лине.

- Мидзуки, - сощурилась иномирянка, и змей сдался, отдавая сверток в руки ворону. Тот осторожно развернул младенца, и все увидели маленькие проступившие крылышки на спине.

Воцарившееся молчание было таким многозначительным, что, казалось, недосказанность, повисшую среди них, можно было разглядеть невооруженным взглядом. Шинджиро мрачно, но неопрятно завернул младенца обратно и передал Мидзуки. Чувство вины вдруг накатило с такой силой, словно это его рук дело, и, помрачнев окончательно, он заговорил:

- Я ушел из дома сознательно и совсем не горю желанием возвращаться туда. Я пришел сюда, чтобы попросить тебя разобраться с этой проблемой… самой, - стрельнул бесстыжим взглядом в сторону. – Но сейчас я хочу знать, что все это значит… - он еще что-то хотел сказать, но так и замер с открытым ртом, уставившись в сторону входа в храм. – Су… Суиро? – едва слышно прошелестел он. – Не может быть…

Лина кинула туда взгляд: Соранраку осторожно вывел девушку во двор.

- Это Цубаки-сан, - пояснила богиня.

До стоящих во дворе донесся негромкий голос Сорана.

- Видишь того красивого молодого человека с каштановыми волосами? – он практически пальцем указал на ворона. – Он такой же, как ты, и не считает себя психом.

Куросава зябко повела плечами, давая понять, что ей в это не верится. Они приблизились, и девушка робко глянула в глаза тэнгу, застывшего столбом перед ней.

- Она совсем как Суиро, - потрясенно прошептал Ботанмару, не сводя с блондинки взгляда. Шинджиро уже был готов закрыть лицо руками и бежать куда подальше, но Лина успела пресечь его попытку.
- Курама, покажи крылья, чтобы Цубаки-сан не сомневалась в том, что она не одна такая.
- Не нужно, - тихо откликнулась та, и ей на глаза навернулись слезы. – Я уже ничего не понимаю. Этот цирк в моей жизни мне надоел…

Соранраку осторожно обнял девушку, закрывая ото всех. Тэнгу растерянно глянул на Лину, которая неопределенно пожала плечом в ответ.

- Неволить не буду, - проговорила она. – А вот с твоей родней с горы Курама я бы потолковала, - богиня мрачно усмехнулась.
- Ты все-таки поможешь мне? – с затаенной надеждой спросил Шинджиро.
- И тебе в том числе, - иномирянка смерила взглядом ворона. – Итак. План такой: все остаются в храме, я беру с собой только Томоэ и вас двоих, - указала рукой на тэнгу. – Мидзуки, пригляди за ребенком, Соран – на тебе забота о Цубаки. Хицу, ты за старшего. И да, - девушка глянула на лиса, - Томоэ, мне нужно выходное одеяние Микаге. Я знаю, что на горе не приветствуют женщин, но так как я хочу взглянуть в глаза Дзиро, я должна быть с ним на равных.