В этот раз я выбираю некроманта!

Пролог. Предательство ценою в жизнь

Элизабет Хоггарт

Воздух дрожал от недавно отзвучавшей битвы и пах гарью, кровью и сладковатой пылью увядающей жизни. Наш отряд давно оттеснили в сторону, от основной армии и от него осталось не так много людей: только я, мой жених, второй принц Альдора, который отправился на поле боя с Эвтаром, чтобы прославить королевский род Эвансов и показать другим королевствам, что мы сильны, и ещё трое.

Мы стояли в каменном мешке долины трёх странников – последние пятеро из «Стального Клинка». Глиняная земля трескалась под ногами от знойного полуденного солнца, которое уже стремилось к горизонту. Я сжимала посох из светлого дерева, инкрустированный серебром и небольшими, почти потухшими кристаллами в изогнутом в виде нарождающегося полумесяца навершии, что обозначало, что я достигла последний ступени магии света.

Ладони пылали каждый раз, когда я выпускала сгусток сконцентрированного света, хотя сердце сжималось от протеста. Моя магия создана, чтобы лечить людей и отгонять тьму, но никак не выжигать внутренности солдат, даже если они враги. Однако я делала это. Ради Альдора. Ради моего жениха и нашего совместного будущего.

Оглянулась на оставшихся от отряда принца. Гарретт, мой старый учитель фехтования, хрипел, прижимая руку к окровавленному боку. Его взгляд, который всегда был твёрдым и решительным, сейчас был затуманен. Ловкие пальцы Лиры, натягивавшие тетиву тысячу раз, теперь судорожно сжимали лук, который, казалось, ещё немного и разлетится на щепки. Теобальд… юнец, который вчера с таким восторгом говорил о моей магии, просто стоял, белый как полотно, еле удерживая меч в своих руках.

Рональд стоял рядом, почти не тронутый боем, о чём свидетельствовало отсутствие серьёзных повреждений и даже царапин на серебряных с золотой росписью латах. Он смотрел не на умирающих товарищей, а вперёд, туда, где на небольшом уступе,возвышался Карзиус Вульф, облачённый в доспехи цвета обсидиана, источающий только ненависть к всему миру. Было ясно одно: либо мы сражаемся и побеждаем, либо…

– Принц-мальчишка и его ручной светлячок, – проскрежетал его голос Вульфа. — Вы зашли слишком далеко. Эта долина станет вашей могилой.

– Или вашей, Вульф! – крикнул Рональд в ответ, и я услышала в его голосе не гнев, а азарт. Он бросил на меня острый, требовательный взгляд, в котором читался приказ.

Я ненавидела убивать,но Вульфа ненавидела сильнее. Его королевство напало на наше, постепенно уничтожая деревни. Сравнивая их с землёй. Унося жизни десятков ни в чём не повинных людей. И сейчас я была намерена поставить точку в этой войне. Мой посох дрогнул в руках, кристаллы вспыхнули тусклым, но яростным светом.

Гаррет и Теобальд с рыком бросились вперёд, желая отвлечь солдат Вульфа. Лира выпустила свою последнюю стрелу, вкладывая в её разрывное заклинание последние силы.

Моя магия, обычно упорядоченная, светлая, вырвалась кнутом из посоха, хлестнув по чёрной броне, и Вульф взревел, но не от боли, а от оскорбления. Его защита дрогнула.

И в эту щель, как скорпион, метнулся Рональд, нанося быстрый, грязный, точный удар под мышцу. Туда, где заканчивается сталь и начинается плоть. Меч вошёл беззвучно. Вульф замер, потом рухнул, словно подрубленное дерево. Грохот его падения был похож на похоронный звон.

И… всё. Теобальд обернулся и попытался улыбнуться, выразив радость от того, что мы выжили и справились, но неожиданно замер, а потом вместе с Гарреттом рухнул на землю, даже не вскрикнув. Лира вскрикнула коротко, словно подбитая стрелой птица, и упала на землю недалеко от меня.

Посох выпал из ослабевших пальцев, ударившись о камень. Мир сузился до серой, потрескавшейся глины под ногами и до фигуры Рональда. Он медленно и тщательно вытирал свой клинок о плащ Вульфа, потом поднял голову, и я увидела в его глазах не боль потери, не шок, не опустошение. Там горел холодный, ясный, почти ликующий огонь победы.

Я уже понимала, что происходит, но не хотела в это верить. Ведь он не такой! И сейчас на его лице играла усталая, нежная улыбка. Та самая, от которой у меня когда-то сладко щемило сердце.

– Мы сделали это, Элизабет, – его голос был ласковым, каким бывает в самые интимные моменты. Он протянул руку, будто чтобы отстранить прядь волос с моего лица. – Ты была великолепна. Но как иначе? Ведь ты – моё главное оружие.

«Главное оружие», – пронеслось в голове. – «Не любимая, а всего лишь оружие».

Я кивнула, дав волю слезам, которые, наверное, оставили на щеках грязные борозды. Закрыла глаза лишь на секунду…

– Королевству нужен герой, – его шёпот был так близок, что я почувствовала тепло дыхания на ухе. – Наследный принц-победитель. Единственный выживший в легендарной битве. Мне не нужна… ещё одна легенда рядом.

Я открыла глаза и не успела среагировать, ощутив холод где-то в районе груди. Посмотрела вниз, не веря своим глазам. Рукоять парадного кинжала принца, украшенная фамильным сапфиром, упиралась мне в бок, а его рука всё ещё лежала на ней.

Посмотрела на Рональда и не увидела в его взгляде ни ненависти, ни сожаления. Там была пустота.

– Ничего личного, – тихо сказал он, и в этих словах была страшная правда. Для него это и вправду не было личным. Просто успешное завершение очередной шахматной партии. – Спасибо за отличную службу.

С этими словами он провернул клинок внутри, и на этот раз боль пришла. Ослепительная, белая, разрывающая. Как бы ни хотелось кричать от боли, я не смогла. Воздух с шипом вышел из моих лёгких вместе с кровавым пузырём. Рональд вытащил клинок, и я рухнула, как и мои надежды на светлое будущее.

Спина ударилась о землю. Я смотрела на багровеющее небо. Шум в ушах нарастал. Но сквозь него и собственный хриплый, булькающий выдох, я услышала голос, рвущийся от боли и ярости, разрывающий сам воздух.

– Элизабет, держись!

Ещё крик, ближе, отчаянней:

– Не-е-ет!

Этот голос было сложно спутать с кем-либо ещё. Он принадлежал Майклу фон Глерссену – сильнейшему некроманту Альдора. И сейчас его голос, всегда такой сдержанный, глухой, был полон такого отчаяния, что оно пронзило меня острее клинка. Он был здесь, пробился к нам, чтобы спасти… Но слишком поздно.