В этот раз я выбираю некроманта!

Элизабет Хоггарт

Тишина в зале потихоньку заполнилась шепотом, но я стояла неподвижно, как скала, чувствуя на себе тяжёлый взгляд отца и недоумённый – матери. Где-то на краю зрения я видела, как Майкл фон Грессен, мой «партнёр» по охране границ королевства, слегка склонил голову в знак согласия с решением короля. В его ледяных глазах я искала хоть тень злорадства или триумфа, но не нашла. Лишь ту же глубокую, сосредоточенную оценку, что и раньше. Я смогла украдкой перевести дыхание, всё ещё не до конца веря в то, что моя затея удалась.

Музыка заиграла снова, но уже иную – более торжественную, в честь нового «Света» Короны. Ирония ситуации заставила меня едва сдержать горькую усмешку. Бал в мою честь, а не в честь нашей с Рональдом помолвки. План сработал лучше, чем я могла представить.

Первым ко мне подошёл, конечно, Рональд. Он взял меня под руку с такой силой, что на коже точно останутся следы от его пальцев, и повёл в сторону от главного потока гостей к колоннаде.

– Ты сошла с ума? – его шипение было тихим, но полным такой бешеной ярости, что она почти обжигала. Он всё ещё улыбался для посторонних, но эта улыбка была оскалом. – Что это был за идиотский спектакль? Какой ещё долг перед королевством? Ты унизила меня! Унизила нас обоих перед всем двором!

Я позволила глазам наполниться искренней, девичьей растерянностью и лёгкой обидой.

– Рональд, милый, я только хотела… как лучше. Ты же сам говорил, как важна стабильность границ. Я увидела реальный шанс помочь, проявить себя не просто как твоя невеста, а как маг, полезный Альдору. – Положила ладонь ему на рукав, заглядывая в глаза с наигранной нежностью. – Всего на год. Это же не так долго. И наша любовь только закалится, станет крепче. Ты же не сомневаешься во мне?

Он смотрел на меня, и в его глазах бушевала буря: гнев, подозрение, расчёт. Мой образ наивной, патриотичной дурочки, похоже, сработал, его хватка чуть ослабла.

– Это опасно, Элизабет. Фон Грессен… он не человек. Он монстр. Его магия разъедает разум. Ты не представляешь, с кем связалась.

«О, милый, я представляю, как выглядит настоящий монстр. И он стоит прямо сейчас передо мной, притворяясь оскорблённым женихом» – мелькнула в голове мысль.

– Король и закон будут меня оберегать, – сказала я с лёгкой дрожью в голосе, которую не пришлось подделывать – отвращение к его близости было настолько сильным, что мне с трудом удалось не морщиться, как от кислого неспелого фрукта. – Это служба. Я буду под защитой Короны. А через год… мы отпразднуем нашу помолвку с ещё большим размахом, чем сейчас, может, даже придумаем, как избавиться от нежити! Станем героями в глазах народа и твоего отца, – да, я говорила именно то, что он хотел слышать. Но на деле, даже если случится чудо и нам с герцогом удастся что-то придумать, то к тому моменту точно найду способ расторгнуть нашу помолвку с Рональдом. Обязательно придумаю. Либо… даже попрошу помощи у герцога, если уж совсем не будет никаких вариантов. Одна голова – хорошо, но две – лучше.

Между тем Рональд пробормотал что-то невнятное и отпустил мою руку. Его взгляд всё ещё был колючим, но ярость сменилась привычным холодным расчётом. Он взвешивал: публичный скандал сейчас или возможность через год получить обратно не только невесту, но и героиню, прошедшую через ад бок о бок с некромантом. Его амбиции взяли верх. Он кивнул, натянуто улыбнулся.

– Будь осторожна. Я не хочу терять тебя. – Ложь звучала в его голосе так сладко, что мне захотелось рассмеяться в его лицо. Это как минимум. Как максимум… выхватить ненавистный кинжал и сделать с ним то, что он сделал со мной в будущем. Но я сдержалась, впившись до боли ногтями в ладони, отрезвила себя и прошептала в ответ, робко потупив взор:

– Я буду очень осторожна.

Затем мы с принцем закружились в танце, как того и требовал этикет. Всё же будущие невеста с женихом. Пусть пока и негласные. Я молила богов, чтобы танец закончился как можно скорее, потому как ощущать его руки на себе было неприятно. Физически неприятно. Почти до тошноты. Но надо было отыграть свою роль влюблённой дурочки до конца, пусть я и ненадолго показала своё истинное лицо. Благо принц не обратил внимания на это внимания, поверив моим словам.

К третьему танцу я уже откровенно проклинала оркестр и серьёзно обдумывала при помощи магии «подправить» парочку инструментов, чтобы музыкантам пришлось срочно их перенастраивать. Но отбросила эту идею, не желая подставлять ни в чём ни повинных людей.

И тут мне повезло, принц удалился, занимая место рядом с троном отца, и я, наконец, смогла перевести дух, но ненадолго. Танцующие ещё пару минут назад пары, вновь образовали свободное пространство, как сделали это ранее, когда мы с принцем открыли бал. Закралось подозрение, что что-то происходит, но я никак не могла понять, что именно пока не услышала, как король объявляет танец «Света и Тьмы».

Обычно в связке «Света и Тьмы» шли именно мужчины. Я была первой девушкой в истории Альдора, которая не только достигла высот в развитии магии, но и первым «Светом» противоположного некроманту пола. И да, обычно танец «Света и Тьмы» танцевали с половинками или хотя бы знакомыми, чтобы обозначить, что в будущем маги планируют оставить потомство, которое продолжит нести службу во благо королевства, но только не в этот раз. Не знаю, почему, но король решил, что в этот раз танец «Света и Тьмы» мы с герцогом должны были исполнить без постороннего вмешательства.

Сердце заколотилось сильнее, чем при разговоре с Рональдом, когда Майкл фон Грессен подошёл ко мне. Он не улыбался. Его лицо было маской вежливого безразличия. Но когда его рука коснулась моей талии, а пальцы другой обхватили мою – я почувствовала не грубость, а сдержанную, почти неуловимую осторожность. Как будто он боялся причинить вред или испугать.

С первыми тихими переливами новой музыки мы с герцогом закружились в танце. Его движения были точными, лишёнными изящества, но эффективными. Он вёл твёрдо, без суеты, лишних движений, которые иногда проскальзывали у Рональда, а потом он обвинял меня в том, что я недостаточно хорошо знаю тот или иной танец и мне приходилось репетировать движения под надзором королевского преподавателя по танцам.