В кадре только она

Глава 1. Чемодан, вишня и ужасная идея

Я стояла с чемоданом посреди своей бывшей квартиры и чувствовала себя героиней дешёвого фильма-катастрофы.

Только вместо цунами — переезд Грейс. Вместо землетрясения — её парень Итан, который наконец-то сделал предложение. А вместо спасательной шлюпки у меня был один-единственный вариант:

Переехать к брату Грейс.

— Ты уверена? — Грейс сидела на подоконнике и болтала ногами. — Я могу ещё кого-нибудь найти.

— У меня три дня, Грейс. Твоя мама уже звонила вчера и предлагала «чисто по-соседски поставить раскладушку в коридоре». Я выбираю меньшее из зол.

— Ты считаешь моего брата меньшим злом? — Грейс приподняла бровь.

Я задумалась.

Честно? Я считала его вообще не злом. И в этом была проблема.

Бакстер.

Старший брат Грейс. Тот самый парень, который в двенадцать лет научил меня кататься на велосипеде, потому что я боялась упасть. А когда я упала — просто молча поставил меня на ноги и отряхнул коленки. В шестнадцать — стерёг на школьной дискотеке, чтобы никто не приставал. А в восемнадцать… в восемнадцать я поняла, что смотрю на него чуть дольше, чем нужно.

Но это было давно. Мы почти не виделись последние три года. Он уехал учиться, потом работа, потом… неважно.

Сейчас я — начинающая актриса без ролей и с просроченной арендой. А он — владелец двухкомнатной квартиры, которая, по словам Грейс, «простоит пустая до лета».

— Он же ищет кого-то адекватного, — уточнила я. — Я адекватная.

— Ты — да, — Грейс вздохнула. — Но он… не сразу согласился.

— Почему?

Грейс отвела взгляд.

— Сказал, что ему не нужны соседи. Что он привык один. Но потом я надавила.

— И что он сказал в итоге?

Грейс улыбнулась своей фирменной улыбкой «не всё расскажу, но ты не бойся».

— Сказал, что ты можешь заезжать в субботу.

---

Суббота наступила быстрее, чем я успела испугаться.

Сейчас я стояла перед дверью с номером 47, держа в одной руке чемодан, в другой — пакет с продуктами. Сердце колотилось где-то в горле. Я даже не понимала, почему так нервничаю.

Это же просто Бакстер.

Мальчик, который однажды разрешил мне списать у него домашку по физике. Который дразнил меня «зелёной гусеницей» за длинный сарафан в пятом классе. Который…

Дверь открылась раньше, чем я успела постучать.

На пороге стоял он.

Высокий. Тёмные волосы чуть влажные — только из душа. Простая белая футболка, джинсы. И взгляд, который за секунду прошёлся от моих кроссовок до макушки.

— Привет, Мия, — сказал Бакстер.

Голос был спокойный. Даже слишком. Как будто он репетировал это «привет» десять раз перед зеркалом.

— Привет, — я попыталась улыбнуться, но вышло кривовато. — Я, э… можно войти?

Он посторонился.

— Кухня слева. Твоя комната — в конце коридора.

Коротко. Сухо. Без «как дела» и «рад тебя видеть».

Я сделала шаг внутрь. Квартира пахла деревом и чем-то свежим — может, мятой. Чисто, светло, на подоконнике стоял одинокий кактус в горшке.

— Слушай, Бакстер, — я поставила чемодан и повернулась к нему. — Спасибо, что согласился. Я правда не надолго. Как только найду что-то своё…

— Без проблем, — перебил он.

И отвернулся.

Просто взял и ушёл в кухню, оставив меня одну в коридоре с чемоданом и дурацким чувством, что я здесь совсем не нужна.

Я закусила губу.

Ладно. Я справлюсь. В конце концов, я — актриса. Сыграю роль идеальной соседки. Буду тихой, незаметной, вежливой.

И ни за что не скажу ему, что на самом деле согласилась на этот переезд не только из-за того, что деваться некуда.

---

Вечером я стояла у плиты.

Бакстер закрылся в своей комнате и не выходил уже часа три. Я слышала клавиши — он работал за компьютером. Или делал вид, что работает.

Я решила, что нужно как-то смягчить ситуацию. Сделать первый шаг.

Идея пришла сама собой — вишнёвый пирог. Старый рецепт мамы, который всегда работал безотказно. Мука, масло, сахар, горсть вишни из морозилки (спасибо Грейс, она сунула мне этот пакет на прощание).

Я месила тесто и тихонько напевала. Плечи расслабились. Впервые за день.

В дверях кухни возникла тень.

Бакстер стоял, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на мои руки. На муку на пальцах. На миску с тестом.

— Ты готовишь? — спросил так, будто увидел инопланетянина.

— А ты против?

— Нет. Просто… — он запнулся. — У нас никто не готовил.

Я усмехнулась:

— Думаешь, мужчины сами по себе не пекут пироги?

— Я думаю, — он чуть склонил голову, — что ты пахнешь не квартирой.

У меня замерло дыхание.

— Чем же?

— Домом, — тихо сказал Бакстер. И тут же добавил громче, словно испугался собственных слов: — Ладно, не отвлекаю. Покажешь, что получится.